Что мы знаем о своих правах?

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Share on Google+
Google+
Print this page
Print

10 декабря — День прав человека. В этот день в 1948 году Генеральная Ассамблея ООН приняла Всеобщую декларацию прав человека — первый универсальный международный акт по правам человека.

Целью провозглашения этого дня является привлечение внимания «людей во всём мире» к Всеобщей декларации как к общему идеалу для всех людей и народов. Она включает в себя широкий перечень политических, гражданских, социальных, культурных и экономических прав и внесена в Книгу рекордов Гиннесса как документ, переведённый на более чем 400 языков и диалектов, что свидетельствует о её универсальном характере и масштабах распространения.

Кыргызстан первым присоединился к декларации и заинтересован в соблюдении международных стандартов по защите прав человека.

Одним из показателей последовательности выбранного республикой курса в этом направления является то, что в рамках судебно-правовой реформы с 1 января 2019 года вступают в силу Уголовный кодекс, Кодекс о проступках, Уголовно-процессуальный и Уголовно-исполнительный кодексы, Кодекс о нарушениях, законы о пробации и основах амнистии и порядке её применения. Принцип равенства всех перед законом и судом, гарантированный Конституцией Кыргызской Республики, должен воплощаться в принимаемых законах и реализовываться всеми государственными органами, чтобы эта конституционная ценность могла быть ощутима каждым человеком, проживающим на территории Кыргызской Республики.

Нововведения в области судебно-правовой и уголовно-исполнительной систем стали возможными по инициативе и при активном участии организаций гражданского общества. Путём проведения семинаров, тренингов, круглых столов активистам удалось провести колоссальную работу по внедрению в правоприменительную практику современных методов, основанных прежде всего на уважении к личности и соблюдении прав человека. Нельзя не отметить продуктивную деятельность в этой сфере постоянных участников множества конструктивных преобразований в нашем государстве — ПРООН, общественного фонда «Центр исследования демократических процессов», Ассоциации кризисных центров, UNFPA и др.

Одни из болевых точек, которым требуется не только терапия, но и, образно говоря, хирургическое вмешательство, — судебная и правоохранительная системы. Даже если не упоминать в связи с этими ведомствами пресловутую коррупцию, достаточно сказать, что методы работы и образ мышления сотрудников этих важных и влиятельных сфер давно устарели, во многом основываются на патриархальных, местечковых обычаях.

Вы спросите: как эта информация соотносится с декларированными правами человека и насколько близко эти реформы затрагивают интересы каждого гражданина нашей страны? Уверяю вас — самым непосредственным образом. Ведь деятельность служителей Фемиды и правоохранительных органов касается практически каждого кыргызстанца, чаще мы общаемся разве что с продавцами и водителями общественного транспорта.

Как уже сказано выше, в будущем году вступят в силу новые кодексы и законы, и от того, насколько они соответствуют духу времени, от результативности и приверженности соблюдению прав человека, зависит, станет ли государство уважать своих граждан как личностей. Стоит отметить, что самое активное участие в разработке и практическом применении новой законодательной базы приняли как руководители силовых структур, так и сотрудники милиции — практики, не понаслышке знающие, с какими проблемами приходится ежедневно сталкиваться правоохранительным органам.

Вот один из объектов, на которые нацелены коренные перемены в законодательстве.

О семейном насилии, да и о сексуальном тоже, говорить не принято. Общество считает это частным делом, а пострадавшему стыдно рассказать о том, что происходит в семье, он боится, что его не поймут, осудят или накажут. Но насилие в семье, в том числе и преступления, совершённые против детей и подростков, особенно в отношении их половой неприкосновенности, в последние несколько лет превысило критическую массу.

Так, согласно различным исследованиям общественных организаций, а также по данным средств массовой информации, интернет-изданий, за последние три года увеличилось число случаев сексуального, домашнего насилия над женщинами и несовершеннолетними девочками. Насилию стали подвергаться дети дошкольного возраста, причём со стороны даже близких родственников. Участились случаи домашнего насилия, возросло количество случаев многожёнства, ранних браков, сексуальных домогательств на рабочем месте, участились «кражи невест».

Несмотря на активное обсуждение этих вопросов в обществе, оформление различных призывов и лозунгов, государственные органы недостаточно мобильно и эффективно пытаются разрешить острые проблемы дискриминации в отношении женщин и девочек, чаще всего сопряжённой с сексуальным насилием над ними. Отношение институтов государственной власти к этой проблематике остается всё ещё формальным и часто исключается из основного потока актуальных управленческих решений. Несмотря на некоторые сдвиги в этой области и появление в госорганах ответственных за гендерные вопросы, серьёзных изменений в подходах к разработке отраслевых политик, реальном доступе к равным правам и возможностям для большинства населения так и не произошло.

Возникновение этих явлений в жизни страны и отношение к ним в обществе и со стороны государства являются ярким подтверждением того, что проблемы дискриминации по гендерному признаку не признаются публично. Вопросы дискриминации замалчиваются, и отсутствие их обсуждения приводит к тому, что ни общественное сознание, ни судебные и правоохранительные органы не готовы к изменению профессиональных, культурных и социальных норм в этой сфере.

Так, фактическая невозможность применения принципа неотвратимости наказания за сексуальное насилие в определённой степени порождает у граждан синдром привыкания к таким явлениям и поощряет к такому поведению лиц, осуществляющих насилие.

По данным МВД Кыргызской Республики, за 2010-2014 годы зарегистрировано 35 759 преступлений, совершённых в отношении женщин, в том числе против половой неприкосновенности, принуждению к вступлению в брак, причинению вреда здоровью. Фактов изнасилования и покушения на изнасилование за 2014 год, например, зарегистрировано 253, принуждения к вступлению в брак — 22. По данным Нацстаткома КР, в 2015 году 8 458 граждан обратились в суды аксакалов и кризисные центры по проблемам домашнего насилия, из них только в кризисные центры — 6 980. Однако судебная статистика показывает, что по изнасилованию (ст. 129 УК КР) за 2015 год судами рассмотрено всего 137 дел. О совершённых преступлениях лишь небольшая часть пострадавших заявляет в правоохранительные органы, а из них ещё меньшая часть заявлений получает продолжение в правоохранительных органах в виде возбуждения уголовных дел и доходит до судов.

По данным интервью с пострадавшими от сексуального насилия, каждая такая женщина стояла перед выбором: обращаться в органы внутренних дел за защитой или нет. Главной причиной, сдерживающей её, было чувство стыда и страха огласки совершённого над ней насилия, боязнь общественного осуждения, а также сомнения, что правоохранительные и судебные органы в полной мере обеспечат защиту их прав. Существенным фактором является и правовая безграмотность граждан, женщины не имеют достаточных знаний о защите своих прав, не уверены в собственных силах, материально не обеспеченны и часто принимают решение не обращаться за помощью в органы внутренних дел.

Вместе с тем при обращении пострадавших женщин в правоохранительные органы они испытывают давление со стороны близких родственников, влиятельных знакомых, представителей уполномоченных государственных органов по защите прав детей, сотрудников ОВД, а также врачей, адвокатов, которые часто отговаривают женщин от поддержания обвинения против лиц, совершивших преступления.

Похожие причины необращения в органы внутренних дел и у родителей детей, пострадавших от сексуального насилия. Практически каждый взрослый, узнав о половом насилии в отношении своего ребёнка, стоял перед выбором — заявлять или не заявлять в органы внутренних дел. Результаты проведённого исследования показали, что большинство родителей не обращались в правоохранительные органы, так как не знали признаков, указывающих на существование сексуального насилия в отношении девочек, и не знали, что делать при обнаружении факта насилия. Достаточно часто решение об обращении в милицию было принято спустя несколько дней, при этом многие важные доказательства были утеряны (детей искупали, а одежду постирали или выбросили).

Сомнения родителей по поводу обращения в правоохранительные органы возникают также и по другим причинам. Так, например, не все родители принимают сторону детей, некоторые не верят своему ребёнку, иные не хотят принимать факт насилия в отношении детей, некоторые считают, что ребёнок сам спровоцировал насилие. Это особенно очевидно проявляется в случаях, когда в насилии подозревается родственник, знакомый или гражданский супруг. Эта группа родителей не осознаёт всей тяжести последствий сексуального насилия в отношении ребёнка, не хочет судебных разбирательств и настаивает на закрытии дела.

Что касается детей, то они часто не сообщают родителям о совершённом насилии, поскольку одни не понимают смысла происходящего в силу малолетнего возраста, а другие боятся рассказать. Дети хранят молчание, когда запуганы насильником, боятся наказания со стороны родителей, при этом многие не уверены, что родители им поверят.

Семейное насилие чревато не только физическими, но и психологическими травмами, которые порой невозможно излечить на протяжении многих лет. Насилие в семье — это отсутствие интереса к жизни, детская беспризорность, рост преступности. Это безразличные люди, которые проходят мимо избитых женщин, запуганных детей и беспомощных стариков. Из униженного и избитого ребёнка вырастает тот, кто станет унижать и избивать членов своей семьи. По большому счёту семейное насилие — это разрушение общечеловеческих ценностей, несчастные семьи, потерянное детство, заброшенные старики и, как следствие, деградация всего общества.

Всё вышесказанное и послужило достаточным основанием для разработки нового уголовного законодательства. Кроме того, для более эффективного функционирования современных кодексов и законов Министерством внутренних дел в сотрудничестве с гражданским обществом в целях профилактики гендерного и семейного насилия подготовлены практические пособия для сотрудников милиции. Для следственной службы — по внедрению международных стандартов обращения с жертвами насилия и обучению эффективному расследованию данных преступлений; для сотрудников инспекций по делам несовершеннолетних — по профилактике этих преступлений в отношении детей и подростков. Уникальность сборников заключается в наличии разделов по проведению судебно-медицинской, судебно-биологической и судебно-психологической экспертиз. Примечательно, что около тысячи экземпляров каждого пособия получили сотрудники соответствующих служб, в основном, в регионах, где наблюдается катастрофическая нехватка профессиональной методической литературы.

Однако если бы все проблемы решались лишь с помощью разработки законов и издания учебных пособий… Суровая реальность, в которой живут и работают подавляющее большинство сотрудников правоохранительных органов, такова.

В этом году изучена работа следователей в Бишкеке, Оше, Ошской, Таласской, Джалал-Абадской и Иссык-Кульской областях. Вот с чем ежедневно сталкиваются дознаватели и оперработники при расследовании и раскрытии преступлений, связанных с насилием, в том числе и семейным.

Оставляет желать лучшего инфраструктура зданий, кабинетов, техническое оснащение ОВД, в ряде отделов не предусмотрены специальные кабинеты для проведения опознания; в отличие от следователя по особо важным делам, имеющего отдельный кабинет, остальные следователи размещаются по двое-трое (о какой тайне следствия и доверии пострадавших к органам дознания в таких условиях может идти речь, особенно в сёлах, где чих каждого слышен всем?); не хватает оргтехники, например, в одном РОВД на семь следователей три компьютера; не хватает мешков для трупов (простите за цинизм, но и это реальность, с которой сталкиваются эксперты), перчаток, ГСМ и пр. Существуют проблемы с проведением судебно-медицинской и психологической экспертиз. В районах этого попросту нет. Из-за того, что судебные эксперты работают пять дней в неделю с девяти до 18 часов, пострадавшие от сексуального насилия женщина или ребёнок, чтобы не потерять следы преступления, вынуждены до двух суток не мыться. А в некоторых случаях уголовные дела не возбуждаются по причине задержки экспертизы.

На этом фоне отсутствие ДНК-экспертизы представляется чем-то несущественным. Наше государство может себе позволить не проводить ДНК-анализ, других забот полон рот, а если кому из граждан приспичит его сделать за свой счёт, «за тем углом» Казахстан, у которого эта экспертиза уже давно есть. На мой субъективный взгляд, отсутствие перчаток не сильно повлияет на статистику раскрытия преступлений, а вот наличие собственной (причём государственной!) лаборатории для ДНК-теста существенно укрепило бы доказательную базу при расследовании преступлений, направленных против половой неприкосновенности человека.

Таким образом, чтобы новое законодательство заработало эффективно не только на словах, крайне необходимы заинтересованность и серьёзное финансирование со стороны государства. К сожалению, возможности гражданского общества не безграничны, оно делает всё, чтобы привлечь пристальное внимание руководства к острым проблемам, тормозящим развитие страны. И если уж провозглашать приверженность Кыргызстана соблюдению прав человека, то на этом тернистом пути стоит делать решительные шаги.

Ирина ПРОКОФЬЕВА.

Добавить комментарий