Парень с берегов Нила учит арабскому и мечтает вырастить всех восьмерых дочерей первоклассными врачами, которые в Бишкеке в дефиците

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Share on Google+
Google+
Print this page
Print

Преподаватель арабского языка и литературы Ризк Аль-Касаби Амин Фатхи Мухаммад уже 17 лет тесно связан с Кыргызстаном: он здесь живёт, работает, растит своих детей, строит дом… Более того — пять лет как гражданин нашей страны. Так что правильнее называть его уже не египтянином, а кыргызстанцем арабского происхождения.

На тренинге в QatarDebate
На тренинге в QatarDebate

Родом наш собеседник из города Аль-Мансура с 800-летней историей. Если посмотреть на карту, Аль-Мансура находится почти на самом краю северо-востока Африки, недалеко от Средиземного моря и Персидского залива. Каир — всего в 120 километрах, Александрия и Порт-Саид, хорошо известные нам по учебникам истории, ещё ближе. Дом Ризка Аль-Касаби Амина Фатхи Мухаммада располагается в трёх минутах ходьбы от Нила. Эту подробность сообщил нам уже он сам.

У Аль-Мансуры, как и у всех городов в Египте, интересная история. Оказывается, он так назван в честь победы, которую египтяне одержали в XIII веке над крестоносцами. «Мансура» на арабском означает «победительница».

Для начала прошу своего собеседника помочь разобраться с его фамилией, потому что, в отличие от наших, арабские длинные и многоступенчатые: не поймёшь, где имя-отчество. Он объясняет: Ризк Аль-Касаби — фамилия, Амин — имя, Фатхи Мухаммад — имя отца.

— Амин, смысл вашего имени понятен всем: им завершается молитва и у мусульман, и у христиан, и у иудеев, оно означает «верно, истинно». Мухаммедом звали Пророка. А как переводится с арабского ваши фамилия и имя?

— «Ризк» — это всё, что дарует нам Всевышний (и материальное, и духовное, иными словами, наш удел). «Фатхи» переводится как «открытый».

— Расскажите, пожалуйста, о своей семье.

— Отцу 80 лет, до пенсии работал начальником почты. А вообще он по специальности преподаватель арабского языка и литературы, отлично знает английский и французский. Я тоже ими владею. Мамы в прошлом году, в возрасте 74 лет, не стало. До замужества она трудилась медсестрой, потом появились на свет все мы, и она уже занималась только нами и домом. У нас была большая семья — девять детей, но выжили только мы — две сестры и два брата.

— Получается, ваша мама выучилась на медсестру где-то в 1960-е годы? В арабских семьях тогда мало кому из девушек разрешали продолжать образование после школы.

— Отец матери был учителем и всем своим детям дал хорошее образование. Мама окончила медицинский колледж в Аль-Мансуре.

— Вы сказали, что отец владеет английским и французским, и вы тоже…

— У нас полное среднее образование составляет 12 лет и во всех школах преподают английский и французский. Раньше английский изучали после 7-го класса, а французский после 9-го, сейчас английский — с первого класса.

На уроке арабского
На уроке арабского

— Вы решили стать преподавателем арабского языка и литературы под влиянием отца?

— Да, так пожелал он, а я хотел выучиться на врача. В Египте все отличники (я всегда учился на отлично) становятся инженерами или медиками. Там врачи пользуются большим уважением.

— Как вы оказались в Кыргызстане?

— Окончив в Аль-Мансуре университет и магистратуру, я прочитал в газете объявление Министерства трудоустройства о конкурсном отборе для работы за рубежом. Там всех выпускников распределяет это министерство — и внутри страны, и за границу направляет. Конечно, у кого есть большие деньги, сами могут поехать, куда пожелают. …Я хотел работать за рубежом, потому что в Египте зарплата у преподавателей невысокая (больше, чем в Кыргызстане, но не намного). Конкурс я выиграл и попросил направить меня в одно из африканских островных государств. Видел его снимок в Интернете: кругом океан — красиво, и зарплата большая. Но сказали, что есть возможность поехать только в Кыргызстан. Тогда я ничего не знал об этой стране: нашёл в Интернете только информацию, что столица — Фрунзе. В авиакомпании, куда отправился за билетом, о таком городе даже не слышали. Наконец, удалось выяснить, что есть такой город — Бишкек. Это было в 2001 году…

— Мне сказали, что вы очень занятой человек…

— Да, я преподаю в университете имени Арабаева и в Исламском университете. Во втором вузе работаю ещё помощником ректора. Учусь в аспирантуре БГУ. Завершил работу над диссертацией на тему «Языковая коммуникация в практике обучения» на примере арабского и русского языков. Кроме того, сейчас готовлю команду Кыргызстана для участия в международных дебатах в Катаре. Это очень большой чемпионат, в котором участвует огромное количество университетов.

— Интересно…

— Катар выражает большую заинтересованность в развитии арабского литературного языка, в том, чтобы он не исчезал, а, наоборот, всё больше людей говорило на нём. Мы все желаем того же. В своё время арабская цивилизация сыграла огромную роль в развитии человечества. Попасть на чемпионат непросто. От Кыргызстана, например, подали заявки три вуза. Прошла только заявка Исламского университета. Потом меня пригласили в Катар для прохождения тренинга — рассказали, как готовить участников, каковы требования и т. д. Теперь мы каждый день с ребятами занимаемся по несколько часов. В команде четыре студента (четыре — это условие чемпионата). Сложность в том, что темы дебатов неизвестны, но круг их может быть очень широким, охватывая разные стороны жизни общества. Ребята должны показать не только великолепное знание арабского языка, но и интеллект, умение доказывать свою точку зрения.

— У Кыргызстана уже есть опыт участия в Катар-дебатах?

— В этом году чемпионат проводился среди школьников, и нашу страну представляла команда учащихся средней общеобразовательной школы «Давха», в том числе моя старшая дочь Захра. Но, к сожалению, им не хватило одного балла, чтобы пробиться в финал. У девушек было очень мало времени для подготовки — всего месяц. У нас больше: чемпионат пройдёт 17 марта.

— Ну что ж, успеха вам! …Чем вас удивил Кыргызстан, когда вы приехали сюда? Правда, это было давно, но всё же.

— Поразило то, что после шести часов вечера все магазины закрывались, и мы с супругой не знали, где, к примеру, купить хлеба или молока. В Египте магазины работали до полуночи. Здесь же супермаркетов ещё не было, стояли только комки. И ещё, помню, все кыргызы показались мне на одно лицо. «Как же я буду различать студентов?» — подумал.

В Тёплых Ключах
В Тёплых Ключах

…Понравились ваша природа, климат, натуральные, без химии, овощи, фрукты, мясо.

— А что, в Аль-Мансуре уже в те годы было проблемой найти натуральные продукты? Мне в Египте очень понравились финики, только что снятые с пальмы, апельсины… — в общем то, что традиционно выращивается в условиях его климата. Не понравились несладкие, с прожилками, арбузы, безвкусные огурцы, «деревянные» помидоры… Но то было в 2009-м.

— …И не только в Аль-Мансуре. К сожалению, в Египте в почву много вносят химических удобрений, и земля перенасыщена ими.

— Русский язык вы освоили уже здесь?

— Да, каждый день записывал по пять русских слов и заучивал. Студенты помогали общаться.

— Почему вы решили принять гражданство Кыргызстана?

— К тому времени, когда созрело такое решение, я жил здесь уже достаточно долго. Приходилось регулярно продлевать вид на жительство. Сложно оставаться в стране иностранцем. Тем более если и семья тут.

— Связываете своё будущее с Кыргызстаном?

— Пока да. У меня здесь много друзей.

— У каждого языка есть изюминка. А чем особенным отличается арабский язык?

— Он очень красивый и необыкновенно богатый. Одним маленьким предложением можно сказать очень многое и об одном и том же можно сказать по-разному. К примеру, сколько вы подберёте на русском языке вариантов фразы «вы красивая»? Десяток или чуть больше: «вы прекрасная», «необыкновенная», «ни на кого не похожая», «единственная»… а на арабском языке можно найти не меньше 100 определений. Ни на одном языке в мире не говорит столько государств, сколько на арабском — 26! В то время как английский является официальным в 10-12 государствах, французский — может, в пяти, фарси — в трёх-четырех… Я своим студентам всегда говорю: было бы хорошо, если бы Кыргызстан открывал свои посольства всё в новых и новых арабских странах. Тогда бы развивались культурные отношения между нашими странами, совместный бизнес и находилась работа для студентов…

— А много в Кыргызстане желающих изучать арабский язык?

— Много. Это особенно видно по Исламскому университету.

— Вы сказали, что стали преподавателем по воле отца. А как сейчас относитесь к своей профессии — полюбили её?

— У меня в характере — любую работу делать основательно. К примеру, когда начинал строить дом, то даже не знал слова «кирпич». Теперь разбираюсь, какой — лучшего качества, где купить, как уложить…

— Раз дом начали строить, то уже точно никуда не уедете. У вас и в Египте был собственный дом?

— Нет, мы росли в квартире в двухэтажном доме. Жена тоже городской человек. А тут потянулись к земле, чтобы кушать всё своё — с грядки. Правда, строительство дома идёт уже три года, по мере того, как заработаю денег. Но сад мы уже посадили: 28 корней — яблони и абрикосы нескольких сортов, груши, сливы, вишни…

— В каких регионах Кыргызстана смогли побывать?

— Во всех. Кыргызстан — красивая страна, жаль, только моря нет. Больше всего мне нравится ездить в Ошскую и Джалал-Абадскую области. Пейзажи там местами напоминают мне родину.

— Кем, вы хотите, чтобы стали ваши дочери?

— Врачами. Здесь очень востребованы хорошие специалисты-медики. Старшая дочь уже готовится к поступлению в медицинский вуз.

— А самому часто приходится обращаться к врачам?

— Последние 12 лет обхожусь без лекарств. Например, лучшее средство при гриппе — масло чёрного тмина. Когда оно поступает вовнутрь, то всю простуду выгоняет. Первые один-два дня будет плохо, потом — хорошо. Как говорил Пророк: «Масло чёрного тмина помогает от всех болезней, кроме смерти». Его можно купить в Бишкеке возле мечети, оно как раз египетского производства.

— Вы могли бы посоветовать нашим читателям, как оставаться здоровым?

— Каждое утро пить натощак маленькую ложку оливкового масла холодного отжима и стакан воды комнатной температуры с размешанной в нём чайной ложкой мёда. Но мёд нужно покупать разный. А не так, чтобы одного вида — пять килограммов. Пророк говорил: мёд должен быть разного цвета. Кроме того, в чай мы стараемся добавлять гвоздику, либо кардамон, корицу или имбирь…

— А вы знаете, как различать настоящий мёд?

— Это просто: нужно маленькую ложку мёда залить холодной водой, слегка поболтать — натуральный мёд не растворится, а как бы распадётся на ячейки, станет похожим на соты.

— Вот как! Надо попробовать. Один опытный пасечник мне говорил, что пчеловоды научились так искусно подделывать мёд, что даже сами не могут отличить настоящий от халтурного. …А вот интересно, кухня у вас дома арабская?

— Не-ет, разная: и кыргызская, и узбекская, и дунганская, и русская, и итальянская, и французская… Например, жена готовит мясо по-французски — с сыром. Арабские блюда, конечно, тоже — как без них? Например, махши, слышали про такое? Мелко нарезанные и обжаренные овощи, зелень, рис заворачиваются в виноградные листья, как долма. Или маклюбе: в казан слоями укладываются мясо, овощи, рис… Потом, когда блюдо готово, казан переворачивается на поднос и рис оказывается сверху.

— Тоже надо попробовать. …На Родине бываете? Не тянет туда?

— Езжу раз в два-три года. Конечно, тянет — к родным, друзьям. Хотел бы встретиться с людьми, с которыми вместе рос, учился. Многие из моих одноклассников сделали успешную карьеру: среди них есть судьи, один работает заместителем генерального прокурора.

— Египет после революции 2011 года изменился?

— Да. К сожалению, в худшую сторону. Многие предприятия развалились, высок уровень преступности и коррупции. До так называемой арабской весны 1 доллар в стране стоил 5-5,5 джуная. А сейчас — 17,085. По всей вероятности, ситуация будет становиться всё хуже и хуже, потом начнёт выправляться.

— Откуда вы знаете?

— Это закон жизни. Всегда плохо не бывает. Наступает точка предела, когда народ взрывается. Знаете, египтяне сами про себя говорят, что революции не будет, пока есть хлеб. …Я объездил весь Египет. Это огромная и богатая страна. Богаче всех государств Персидского залива. У неё есть все предпосылки для подъёма экономики: два моря — Коралловое и Средиземное, золото, нефть, газ, железо, много других полезных ископаемых, наконец, есть Нил — одна из двух величайших по протяжённости рек мира…

— И всё же. Великолепный знаток арабского мира, когда-то служивший переводчиком в составе контингента советских войск в Сирии, профессор БГУ, один из создателей факультета востоковедения и международных отношений этого университета Валимжан Танырыкович Танырыков (наверняка вы его знаете) в интервью нашей газете как-то привёл слова бывшего главы Лиги арабских стран Омара Мусы: «Арабы в одном едины: в том, что они никогда не будут едины».

— К великому сожалению, Муса Омар был прав. Единственный регион в мире, охваченный сейчас войной, это Ближний Восток. Против арабов воюют на деньги арабов же. Пророк Мухаммед в своё время попросил у Всевышнего о трёх вещах для своего народа: чтобы он не умирал от голода; не погибал от наводнений, землетрясений и других стихийных бедствий; чтобы жил в мире, а не в разладе. Аллах две просьбы выполнил, а о третьей сказал, что даёт право выбора: рай или ад. Так что у людей самих должно хватать мудрости, чтобы принимать правильное решение.

— Но вы надеетесь, что арабы всё-таки будут жить в мире?

— Я в это верю.

Кифаят АСКЕРОВА.

Фото автора и из альбома собеседника.

Добавить комментарий