Игра в игре, или Вся жизнь — театр

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Share on Google+
Google+
Print this page
Print

Недавно в Кыргызстане подвёл итоги международный театральный фестиваль «Айтматов и театр», посвящённый 90-летию со дня рождения знаменитого кыргызского писателя. Спектаклем, получившим премию «За лучшую режиссуру», стала постановка Жамбыльского областного русского драмтеатра «Мать Найман». Инсценировку по произведению «И дольше века длится день» написали Султан Раев и Нурлан Абдыкадыров. Режиссёром выступил тоже наш соотечественник, заслуженный деятель культуры Кыргызстана Нурлан Абдыкадыров. Спектакли Н. Абдыкадырова завоёвывали призовые места не только в Кыргызстане, но и в Казахстане, Узбекистане, Таджикистане, Башкирии, Татарстане. Мы поговорили с режиссёром о творчестве, о театральном искусстве в Кыргызстане.

— О чём ваша постановка, отмеченная наградой международного театрального фестиваля «Айтматов и театр»?

— Мы с моим давним соавтором Султаном Раевым создали пьесу по роману «И дольше века длится день». Действие разворачивается в полувоенизированном железнодорожном училище. В нашем произведении сохранены персонажи: Сабитжан, Едигей, Казангап, мать Найман, Жоломан, но отсылки ведут к эпохе сталинизма. Отца Ч. Айтматова расстреляли, семье и будущему писателю лично пришлось испытать много лишений и испытаний. Мне кажется, тематика антидиктатуры была ему близка. Размышления по этому поводу звучат в его произведениях достаточно часто. В своей постановке я развил эту тему. В центре действия юноши, родители которых признаны врагами народа. Ради учения великого учителя молодые люди отрекаются от своих отцов и матерей, они становятся манкуртами. Одна из основных мыслей этого спектакля — как диктатура идеи большевистского террора приводит к разрушению человеческих ценностей, нравственности, а вместе с этим гибнут и человеческие судьбы.

— Это ведь не единственное ваше обращение к творчеству Айтматова?

— В институте часто ставил отрывки по его произведениям. На третьем курсе поставил «Пегий пёс, бегущий краем моря». Мой дипломный спектакль по окончании Ташкентского государственного театрально-художественного института имени Островского создан по повести «Тополёк мой в красной косынке». Мне тогда очень повезло, я ставил его в Ошском областном кыргызском драмтеатре и многие из занятых в постановке актёров как раз играли в фильме, снятом по этому произведению. Ильяса играл Дуйшен Байтобетов, Назира Мамбетова — диспетчера, в роли Асель народная артистка Гулайым Каниметова. Очень интересными получились декорации, в создании которых помогал известный сценограф Юлдаш Нурматов, они представляли собой борта от настоящих грузовиков, придорожные столбы, пыльные дороги. Спектакль оказался ярким, запоминающимся и в чём-то символичным для меня. В день премьеры мой отец, режиссёр Джалил Абдыкадыров, умер в Алматы во время гастролей Кыргызского академического драмтеатра. Получается, отец ушёл из жизни, а я как раз вступил на творческий путь. Позже я создавал по Ч. Айтматову спектакль «Белый пароход», но он перерос в иное, самостоятельное произведение «Колыбель желаний». Подготовил к постановке спектакль «Джамиля», но пока так и не поставил. Недавно написал оригинальный киносценарий по повести «Пегий пёс, бегущий краем моря», участвуя в конкурсе киносценариев по этому произведению. Он был утверждён художественным советом Национальной киностудии «Кыргызфильм». Сейчас им заинтересовались в России.

— С точки зрения режиссуры, чем привлекательны романы и повести Ч. Айтматова?

— Впервые с книгами Чингиза Торекуловича я познакомился в школе. В подростковом и юношеском возрасте всё чувствуется острее, тоньше. Я был потрясён его героями, их судьбами. Особенно запал в душу «Белый пароход», поразила его притчевость, эмоциональность, поэтичность и наполненность трагизмом. Став старше, стал глубже понимать произведения Айтматова, завораживают персонажи, созданные им. У них много мечтаний и страданий, они наполнены переживаниями, недосказанностью — это всё интересно с точки зрения режиссуры, можно по-разному трактовать поступки и характеры, расширять пространство сюжетов. Да и, как известно, сам Айтматов, как человек творческий, всегда с пониманием относился к экранизациям и инсценировкам своих произведений. Многие фильмы, поставленные по его повестям и рассказам, не являлись буквенным прочтением. Чингиз Торекулович осознавал, если люди нашли в его книгах что-то новое, то это только расширяет горизонты творчества. А писал он о вечном, затрагивая очень тонкие нравственные темы: человек и война, долг, предательство, любовь. Это всегда находит отзыв у читателя и зрителя.

— Ваш отец — известный отечественный режиссёр Джалил Абдыкадыров, это как-то повлияло на выбор профессии?

— Можно сказать, что я вырос за кулисами театра, наблюдал за процессом создания спектаклей. В такой ситуации человеку либо надоедает всё, что его окружает с детства, либо, наоборот, приводит к осознанному выбору. Когда стал старше, отец попросил, чтобы я поступил после школы в театральный институт. С 7-го класса я целенаправленно увлёкся драматургией. Но и до этого я рано пристрастился к чтению, отчасти на это повлияло то, что мама работала в библиотеке. Вспоминаю, что в 4-5-м классах уже читал Тургенева, Некрасова, Толстого с их многостраничными описаниями окружающего мира. Сейчас думаю, как ребёнком мог осознавать мир героев этих сложных произведений?

Я благодарен жизни, что попал в театр и прошёл путь театрального режиссёра. Хотя у меня изначально было кинорежиссёрское видение, близкое к абсолютному жизненному правдоподобию, документалистике. Если сравнивать с жанрами живописи, кино похоже на реализм, импрессионизм, изредка сюрреализм, а авангардный театр — это абстракционизм, модернизм, где не всё похоже на жизнь, присутствует больше символизма, условностей, абстрактности. В Москве, за рубежом мне посчастливилось видеть немало интересных постановок, которые помогли мне в профессиональном становлении. Я выбрал стезю небытового, нереалистичного театра. Театр для меня более сложное по форме действо — это игра в игре.

— А насколько зритель готов чувствовать и понимать задумки режиссёра, символизм, условности?

— Есть фестивальные спектакли, созданные с учётом того, что их оценит профессионально подготовленное жюри, готовое к смелым экспериментам, глубокой философии. А есть репертуарные постановки, рассчитанные на зрителя, который пришёл в театр, чтобы отдохнуть от житейских проблем, посмеяться, погрустить, получить массу положительных эмоций. Поэтому люблю ставить трагикомедии, они позволяют затронуть самый широкий спектр человеческих чувств. Сейчас в Национальном русском драмтеатре им.

Ч. Айтматова хочу создать спектакль «Нежность» российского драматурга Н. Коляды, трагикомедию С. Раева «О, девушки». Это шикарные трагикомедии с современными театральными формами, наполненные музыкой, песнями, танцами.

— Вы уже упоминали, что окончили Ташкентский государственный театрально-художественный институт имени Островского…

— Да. Там преподавали педагоги из Москвы и Ленинграда, попавшие в наш регион во время войны. Благодаря этому в Ташкенте сложилась сильная театральная школа. Многие выпускники этого вуза сегодня в Москве снимают фильмы, работают театральными режиссёрами. На два года позже меня учился на сценографа Тимур Бекмамбетов.

Руководителем моего курса был известный кинорежиссёр Шухрат Аббасов, приходил он не каждый день, а ежедневно с нами занимался Улугбек Зуфаров. Он три года до этого учился в аспирантуре у знаменитого советского режиссёра Георгия Товстоногова. Всё, что Зуфаров постиг в Ленинграде, он передал нам. Считаю себя приверженцем театральной школы Товстоногова.

— У вас довольно богатый послужной список. Вы занимали должности директора и худрука ТЮЗа, художественного руководителя Кыргызского национального академического драмтеатра им. Т. Абдумомунова, заместителя директора Департамента кинематографии, сейчас — режиссёр-постановщик Национального русского театра драмы им. Ч. Айтматова. Ставили спектакли в Кыргызстане, Башкирии, Казахстане. Вы не связали свою жизнь с одним театром — это личный выбор или стечение обстоятельств?

— Думаю, так распорядился Бог, я по натуре человек, ценящий свободу. Мне интересно менять обстановку, получать новые впечатления от жизни. Если не имелось работы в театре, писал пьесы, сценарии для фильмов. Всё время обдумываю постановки, пьесы, сочиняю сценарии, сюжеты. Даже когда отдыхаю, идеи не отпускают. Замыслов много, беда в том, что не всегда знаешь, как их реализовать. Хочется создавать не проходные спектакли, а наполненные мыслями, идеями, порождёнными нашей сложной жизнью. Чтобы в них отразить реальность такой, какую мы её ежедневно проживаем, с её конфликтами и битвами. Ведь в нашей жизни полно бессмысленных противостояний, а есть очень глубокие и важные по содержанию и смыслу события, которые игнорируются властью и обществом.

— Режиссёр для актёра — учитель и наставник?

— Я режиссёр с актёрскими задатками, в институте прошёл эту школу, для меня актёры понятны, близки. Но я с них много требую в процессе работы, порой они даже жалуются на меня за это. Но это как в спорте, если ты не выкладываешься на тренировках, если ты не растёшь, то не добьёшься никаких результатов. Порой ведь и артисты не хотят профессионально развиваться, нашёл свой типаж и не желает меняться, отходить от достигнутых рамок. Есть ли смысл помогать актёру, искать новое, если он тебя за это ненавидит? Такая провинциальная болезнь у нас. Поэтому я сейчас в театральных постановках стараюсь делать, как на киносъёмках: подбираю на роли актёров, похожих по психотипу на героев спектакля, и это даёт хорошие результаты.

— В Кыргызстане для режиссёра есть возможность реализовать свой талант и идеи?

— Театр за последние годы в нашей республике поднялся, то же можно и сказать и о кино, стали больше снимать кинокартин. Появляется шанс заработать, и в искусство приходят талантливые люди. Но, к сожалению, многие и уезжают. Больше возможностей для своей творческой реализации в том же Казахстане, России. У меня до сих пор есть возможность уехать и работать в Казахстане, России. Когда-то были даже мысли переехать на Запад. Но… У меня много готовых киносценариев о жизни моего народа в моей стране, их можно и нужно реализовать лишь тут. Хотя параллельно пишу сценарии, которые отправляю в Казахстан и Россию. Сейчас готовлю два совместных кинопроекта с Узбекистаном и Россией.

Как уже упоминалось выше, Нурлан Абдыкадыров успешно ставит спектакли в России и Казахстане. Его имя известно в театральных кругах далеко за пределами стран СНГ, он имеет награды и призы международных театральных фестивалей. Хорошо известен Абдыкадыров в Кыргызстане, он «Человек года» в номинации «Зеркало нации — вклад в возрождение искусства и духовности» согласно интернет-опросу журнала «Замандаш», один из учредителей национальной кинопремии «Ак Илбирс». Его постановки «О, девушки», «И течёт река лунных снов», «Тайамам», «Нежность», «Последнее море Чингисхана», «Колыбель желаний» и многие другие хорошо знакомы, любимы отечественными зрителями. На его счету несколько игровых и документальных лент, киносценарии, снятые как в республике, так и за рубежом. Но во многом Абдыкадыров остаётся недооценённым. Звание заслуженного деятеля культуры Кыргызстана режиссёр получил в 2000 году, на пике яркой творческой молодости. С тех пор им немало сделано для развития театрального искусства не только в Кыргызстане, но и за его пределами, и достигнута творческая зрелость мастера своего непростого дела.

Дмитрий ОЗЕРОВ.

Добавить комментарий