Лошади — наша достопримечательность. Народная мудрость гласит: «Конь — крылья человека»

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

В середине прошлого века лошади станут достопримечательностью не только «Кенеша», но и республики. Так, например, в 1955-1956 годы колхоз-миллионер «Кенеш» посетили и были гостями в этом доме (ныне музей И. Кочкорбаева) сенатор Роберт Кеннеди и Уильям Дуглас, член Верховного суда США, известный специалист по странам Азии, а также делегации из Японии, Китая, Кореи, Венгрии во главе с Яношем Кадаром, многие члены Политбюро ЦК КПСС, которые восхищались, увидев здесь сказочных скакунов.

Роберт Кеннеди и Уильям Дуглас в гостях у Кочкорбаева

В августе 1955 года колхоз-миллионер «Кенеш» посетили ставший вскоре знаменитым в США молодой юрист Роберт Френсис Кеннеди и Уильям Орвид Дуглас.

После посещения достопримечательности «Кенеша» — конефермы по производству чистокровных лошадей английской и новокыргызской пород Исак Кочкорбаев пригласил американских гостей в свой дом в центре села. Кеннеди и Дуглас с радостью приняли приглашение, захотели увидеть, как живёт колхозник, пусть и высокопоставленный. Перед домом гости увидели белую юрту, собственноручно изготовленную супругой Исака — Ширин апой. Хозяйка встретила фирменными боорсоками и необычайно вкусным кумысом. Около юрты Ширин апа подоила привязанную кобылицу, и гости получили возможность наблюдать весь процесс приготовления кумыса. В казане варилось мясо ягнёнка, конина, телятина, кипел самовар.

Исак ата показал гостям кобылу кыргызской породы с жеребёнком, породистую корову с телёнком, баранов, кур, а ещё 30 соток огорода, яблоневый сад, где паслись элики.

— Всё это обеспечивает мою семью свежими продуктами, в магазине не покупаем, — с гордостью говорил гостям Исак Кочкорбаев. Дугласу, как старшему по возрасту, подали баранью голову, к которой гость не притронулся. Однако судья с удовольствием пил поданное к столу вино — кыргызский розовый мускат. Представители компетентных органов зафиксировали, что Роберт Кеннеди не пил, ел только боорсоки и мясо. Застолье было очень тёплым, весёлым, много шутили и смеялись. На прощание судья подарил хозяину авторучку и пригласил погостить в Америку. Роберт Кеннеди сфотографировал обнимающихся Дугласа и Кочкорбаева.

Посещение Яношем Кадаром колхоза «Кенеш»

Осенью 1956 года колхоз «Кенеш» посетила венгерская делегация во главе с первым секретарём компартии Яношем Кадаром. Гостей на конеферме встречали легендарный председатель колхоза Исак Кочкорбаев, заведующий конефермой Сыдык Кочкорбаев, знаменитый табунщик, улакчы Жумакмат Байзаков, тренеры Кадырбек Маймылов, Нурдин Усупбеков, Апек и Мырзабек Абылгазиевы, Элеманов и другие.

Сыдык ата подводил гостей к каждой лошади и рассказывал: «Эти лошади новокыргызской породы, в народе их называют «аламаншики» — голубых кровей. Курон ат — внук чистокровного жеребца английской породы с мировым именем Гипса. Тулпар Курон ат — многократный обладатель кубков Дерби, Калинина, Будённого и других международных призов. На больших праздниках в скачках и кок-бору (улак) всегда занимал первые места.

— Отсюда вышли выдающиеся рысаки новокыргызской породы Курон Жорго, Тор Жорго, — продолжал Сыдык ата. — Оба трижды выиграли большой всесоюзный приз Дерби. Курон Жорго и Тор Жорго — потомки внука знаменитого американского рысака-рекордсмена Боба Дугласа.

На улице в загоне гости рукоплескали, увидев Жумакмата на скакуне Курон ат, который не мог стоять на месте, танцевал, грациозно двигался, готовый лететь стрелой. Потом выпустили в загон скакунов Курон Жорго и Тор Жорго. Гости из Венгрии восхищались красотой и грацией, увидев, как мчатся кони — ветер в гривах. Курон Жорго, встав на дыбы, бил копытами, гордо фыркал и стремительно уносился прочь — удивительное зрелище! Особенно восторгался Янош Кадар. Потом Сыдык ата подвёл гостей к пасущемуся рядом с загоном табуну и сказал: «Это кыргызская лошадь, она отличается невероятной выносливостью, терпением, умением адаптироваться к условиям высокогорья. Она может не есть несколько дней, зимой самостоятельно находит пропитание под снегом, долго не теряет в весе. Экстерьер помогает ей подниматься по самым крутым склонам. Эти лошади смелы, решительны, могут переходить бурные реки, спокойно идут по узким тропам, над пропастью, по каменистому грунту». Гости из Венгрии высоко оценили эти качества кыргызских лошадей.

В гостях у Кочкорбаева

По случаю приезда венгерских гостей И. Кочкорбаев пригласил их к себе домой. Сидя за столом, Янош Кадар и делегаты из Венгрии задавали много вопросов Исаку. Как образовался колхоз и его структура? Где работал Исак раньше и как стал председателем колхоза? В чём успех вашего хозяйства? Какой доход у хозяйства? Чем отличается колхоз от совхоза? Как живут простые крестьяне-колхозники? Как колхоз улучшает жизнь крестьян?

И. Кочкорбаев рассказал гостям, что в молодости он был скотоводом-кочевником, пас лошадей бая. Жили в юртах, в горах, а зимой спускались в долину. В 1920-х годах советская власть дала всем кыргызам-кочевникам, ему и его семье землю. Работая на своей земле, он кропотливым трудом создал частное крестьянское хозяйство, то есть стал фермером, объяснял Исак.

— Затем в 1929 году эти частные хозяйства стали объединяться по родоплеменному признаку. Я, например, из рода монолдор, объединился с 38 своими соплеменниками, и вместе мы создали кооператив «Алга», меня избрали его председателем. Таким же образом получили земли и создали кооперативы и другие. Например, 48 тойматов создали кооператив «Болотбек». В 1931 году наш кооператив «Алга» разбогател, стал сильным, и к нам присоединили более слабые родоплеменные кооперативы «Болотбек», «Уюм», «Ынтымак», «Бирлик». Меня избрали председателем и этого коллективного хозяйства — колхоза «Кенеш», в состав которого вошли эти кооперативы как бригады.

На базе этих производственных коллективов-бригад сложилась сильная община, где шла постоянная здоровая конкуренция, где общественная собственность сочеталась с личной, где работали на общий успех, была максимальная концентрация, строгая дисциплина. В этом и заключался успех колхоза. Каждый член колхоза имел свой пай, каждый боролся и болел за свой коллектив — бригаду. В конце года, кроме ежемесячной зарплаты, работники растениеводческой бригады получают по несколько тонн сахара, риса, пшеницы, а животноводы — ягнят, телят и жеребят.

Колхоз-миллионер «Кенеш» построил на свои деньги животноводческие комплексы для выращивания овец, коров, свиней и лошадей, а также большой дом культуры, двухэтажное административное здание, большую школу, баню, свою электростанцию, есть свой пруд для разведения рыбы и отдыха. Всё это находится в общей собственности колхозников, а работники совхозов, находящихся в государственной собственности, получают только зарплату.

Члены венгерской делегации слушали очень внимательно и были благодарны И. Кочкорбаеву за подробные разъяснения и ответы на вопросы. Янош Кадар сказал, что они потомки кыпчаков, оставшихся в Венгрии со времён похода войска Бату-хана во главе с военачальником Субудай баатыром. Кыпчаки сохранили свой язык, родоплеменные связи, традиции и обычаи. Многие слова из кыргызского языка похожи на кыпчакские. Директор института экономики из Венгрии сказал, что в их стране колхозов и совхозов нет. Тысячелетнее родоплеменное разделение не стали разрушать или запрещать, а использовали на пользу народному хозяйству. Поэтому многие частные крестьянские хозяйства в Венгрии — кооперативы — родоплеменные общины, где идёт здоровая конкуренция.

Саякбай Каралаев в гостях у И. Кочкорбаева

Саякбая Каралаева я впервые увидел осенью 1956 года на слёте охотников, который проходил в лесных охотничьих угодьях колхоза «Кенеш» Иссык-Атинского района. Сюда съехались колхозные охотники из районов и областей республики. Прибыли они на лошадях с охотничьими ружьями, некоторые с ловчими соколами и беркутами на правой руке, в сопровождении быстрых кыргызских тайганов. Среди них был и Саякбай Каралаев с беркутом. Тогда я не знал, что он манасчи.

Колхоз «Кенеш» представляли наши известные в то время охотники: Райымкул Адиков, Жумалы Токбаев, Осмон и другие. Каждый из них посвятил охоте не один десяток лет. Едва ли уместились бы на пятитонном грузовике шкурки сурков, сданные Райымкулом Адиковым за 32 года, а количество добытых им лисьих шкур измеряется четырёхзначным числом. Они могли с завязанными глазами пройти тропами Белсаза, Кегети, Туюка, каждый обучил десятки молодых охотников, как по повадкам зверей и по их передвижениям предсказать перемену погоды.

В то время всем зарубежным гостям показывали колхоз «Кенеш», вместе с ними прибывали и известные артисты филармонии, оперного и драматического театров Кыргызстана. Среди них был и Саякбай Каралаев.

После посещения гостями достопримечательности колхоза — фермы по разведению высокопородных лошадей английской и новокыргызской пород, которые прославились выносливостью и резвостью по всему Советскому Союзу, их встречали в доме (ныне музей И. Кочкорбаева) вкусными национальными блюдами. Вечером приехавшие артисты дали большой концерт в переполненном большом старом клубе. После этого все артисты, аксакалы и актив колхоза собрались в большой комнате дома на ужин, и концерт продолжился до утра. Здесь же я познакомился с Саякбаем Каралаевым, Осмонкулом Болобалаевым, Калыком Акиевым, Ысмайылом Борончиевым, Бюбюсарой Бейшеналиевой и др. Все гости сидели по-кыргызски на шырдаке с тошоком. Помню, Каралаев, сидя вверху на почётном месте в середине комнаты, рассказывал «Тайторуну Суро» из эпоса «Манас». Этот эпизод остался в моей памяти на всю жизнь и оказал большое влияние на мою любовь к скакунам. После этого я стал брать в библиотеке эпосы «Манас», «Семетей», «Сейтек», «Курманбек» и вместе с отцом читал, запоминал, потом рассказывал своим детям.

Известно, что любовь к эпосу «Манас» у Саякбая зародилась ещё в раннем детстве. Одарённый мальчик, который вначале слушал и запоминал отрывки из эпоса, пополнял свой словарный запас и сам начал сочинять собственные произведения.

Сагын Кусегенов, проживающий сейчас в селе Оттук Тонского района Иссык-Кульской области, рассказывал: «Манасчи Саякбай Каралаев (1894-1971) из рода арык — наш соплеменник, родился и жил в соседнем селе Ак-Олон. С молодости Саякбай ата увлекался не только эпосом «Манас», но и охотой, держал беркута. Среди его друзей были беркутчи Аширбай и охотники Турумбек и его ученик Сатынды Кусегенов (родной брат Тулку Кусагенов). Рано утром они садились на выносливых кыргызских лошадей, с беркутами и тайганами, высоко в горах Кунгей-Ала-Тоо охотились на зайцев, лис, волков, архаров.

В 40-е годы прошлого века Саякбай ата работал в селе Маман Ак-Сууйского района заведующим колхозной конефермой. В 1960-е, когда он переехал во Фрунзе, оставил своего любимого беркута другу беркутчи Аширбаю. Он очень скучал и по птице, и по охоте, поэтому вместе с другом Сатынды Кусегеновым, работавшим в то время деканом юрфака Киргосуниверситета, в летний отпуск часто приезжал в родное село.

В то время мой отец Тулку Кусегенов работал заместителем председателя колхоза, а его младший брат Ырыс ата — на той же должности в селе Ак-Олон. По случаю приезда любимых родственников — соплеменника и родного брата Сатынды младшие братья Тулку ата и Ырыс ата устраивали той. На берегу Иссык-Куля ставили юрты, тай-казаны, кроме соплеменников, собирались жители сёл Оттук и Ак-Олон, аксакалы из других сёл. Приехав в родное село, Сайякбай ата вместе с Аширбаем, Турумбеком и Сатынды ата садились на приготовленных для них лошадей и спозаранку уезжали на охоту, вечером возвращались с горными архарами. Мы часто видели их спускающимися по горным тропам с беркутами в руках и в сопровождении тайганов. После ужина Саякбай ата рассказывал «Манас». Все люди сидели вокруг костра, пели песни и слушали кыргызские мелодии комуза».

По словам манасоведа, кандидата философских наук, профессора Топчубека Тургуналиева, который сейчас возглавляет Национальную академию Манаса и Айтматова, в молодости Саякбай учился у известного в то время манасчи Чоеке и говорил о себе и о нём так: «Чоеке чынар мен чырпык, Чоеке тынар мен чымчык» (Чоеке дерево я ветка, чоеке — Орёл, я птенец. Саякбай ата не возвеличивал себя. Так могут говорить только великие люди. Возможно, в детстве, когда он учился у Чоеке, так и было. Но потом через сновидение разбудились находящиеся в спячке его талант, и беркут высоко поднял его.

Общение с природой — лошадью, беркутом, раскрыло новые, неизведанные стороны его таланта, его сказительское творчество, с которым он выступал в составе артистов филармонии, становилось особенно правдивым и глубоким.

Современные исследования зарубежных учёных доказали, что, выращивая и обучая лошадь, беркута или сокола, человек совершенствует самого себя, раскрывает свой творческий потенциал, повышает интеллект и коммуникабельность. Кроме того, расширяется кругозор в других сопутствующих областях, и это накладывает позитивный отпечаток на прогресс личности. Если при этом постоянно работать над собой, появляется интуиция, наступают такие моменты, когда ты сам начинаешь сочинять произведения, человек вкладывает в творчество свою душу.

Если человек живёт полнокровной жизнью, происходят удивительные вещи — исчезают старые болезни, восстанавливаются память, зрение, слух, бывает, что вырастают новые зубы, появляется телесный аромат. Кроме того, могут развиться музыкальный слух, художественные способности, изменится в лучшую сторону голос. Во время ночных сновидений человек делает открытия. Все эти аспекты есть показатели здоровья. На первый взгляд может показаться, что всё перечисленное бред, на самом деле подобные явления далеко не редкость, хотя проявляются не все сразу. Это те самые ценности, которые по своей значимости превосходят материальные блага.

На орлиных крыльях конь может поднять человека высоко, потому что беркут ищет и находит тёплый воздух, поднимается высоко — парит и далеко видит. В своей жизни мы тоже должны, как беркут, искать тёплый воздух, проявляя дальновидность стремиться к миру, быть выше разногласий.

Семетей РЫСПАЕВ, преподаватель КЭУ,

Мекен ИСАК.

Фото из архива музея И. Кочкорбаева.

Добавить комментарий