Main Menu

Эпос «Манас» — Библия гор и степей

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

(Окончание. Начало в №87)

В 1940 году возобновились работы по записи вариантов эпоса, составлению сводного канонического текста трилогии, подготовка к изданию и переводу на русский язык.

Т. Байджиев, назначенный завсектором фольклора и эпоса «Манас», писал секретарю ЦК КП(б) Киргизии А. Вагову о том, что «стоит задача сделать «Манас» достоянием широких читательских масс, ознакомить научный литературный мир, для чего необходимо в 1941 году издать на кыргызском и русском языках двухтомник сказаний С. Орозбакова с включением «Малого похода на Китай», в 1942-м провести тысячелетний юбилей эпоса, не состоявшийся в 1937 году. Но вскоре началась война, сотрудники института ушли на фронт.

Т. Байджиев пришёл с войны в 1944-м с тяжёлым ранением, полученным при защите Киева. З. Бектенов вернулся с иранской границы. В 1946 году создали новую редакцию по сводному варианту трилогии, юбилей эпоса «Манас» наметили на 1947-й.

Сложность работы заключалась в том, что до 1930-х годов записи вариантов велись арабским шрифтом, до 1940-го на латинице, а потом на кириллице.

В 1946 году новое партийно-советское руководство Кирг. ССР добилось московского издания русского текста «Великого похода», запрещённого в 1937-м, и без единой поправки выдвинуло на Сталинскую премию. Представление на Сталинскую премию сказителя С. Каралаева и московских переводчиков подписали предсовмина Кир.ССР И. Раззаков, секретарь ЦК КП(б) Киргизии Н. Боголюбов. Но вместо высшей Госпремии книга «Великий поход» подверглась беспощадной критике. Эпос «Манас» определили как антинародное творение, воспевающее деяние религиозного агрессора, захватчика Китая, сказители С. Орозбаков и С. Каралаев названы реакционными пропагандистами идей «разоблачённых буржуазных националистов».

В постановлении Бюро ЦК КП(б) Киргизии от 5 сентября 1947 года говорилось о том, что Институт языка, литературы и истории КирФАН медленно перестраивает свою работу по докладу тов. Жданова «О журналах «Звезда» и «Ленинград», «деятельность учёных обращена главным образом на вопросы истории кыргызского народа, состоящие в идеализации ханов, ошибочно изображая их в роли национальных народных героев».

Министра просвещения и науки Болота Юнусалиева сместили с должности, манасоведов Ташима Байджиева и Зияша Бектенова отправили на десять лет в тюрьму за то, что в своём учебнике по фольклору реакционных панисламистов и пантюркистов С. Орозбакова и С. Каралаева назвали «выдающимися манасчи». Книги сожгли на школьных кострах. Кстати, этот учебник для 8-го класса по фольклору, составленный по личному заданию И.  Раззакова, был удостоен Государственной премии Минобразования и науки, его трижды издавали по требованию школьных учителей и студентов.

«В книге восхваляется С. Орозбаков как великий манасчи, тогда как его вариант является наиболее реакционной, панисламистской, пантюркистской версией. Вместе с тем авторы этот вариант «Манаса» выдают за высокую вершину киргизской литературы», — заключила экспертная комиссия КГБ.

Обвинительное заключение экспертной комиссии было величайшей фальсификацией истины.

Манасчи С. Орозбаков никогда не был панисламистом и пантюркистом, об этом говорит и тот факт, что имени Манас он придавал символ единства трёх религий.

В сказании С. Орозбакова Великий поход Манаса на Китай завершается перемирием:

И так китаец и кыргыз

Пожали руки длань-во-длань

И с мирной дружбой разошлись…

Из Великого похода на Китай Манас возвращается с триумфом и богатыми дарами, потом с соратниками идёт в Мекку просить у Аллаха прощения, так так Коран выступает против агрессии, нападения и войн, Но если есть угроза свободной вере и отечеству, наступает долг бороться. По возвращении из Мекки Манас застаёт свой каганат разорённым и погибает со своими соратниками в Малом походе, преследуя захватчиков.

С. Орозбаков, будучи священником-молдо, прекрасно знал Библию и Коран.

Именно поэтому в 1940 году Т. Байджиев настаивал издание варианта С. Орозбакова завершить Малым походом.

Вариант С. Каралаева завершается гибелью кыргызских батыров и самого Манаса. Это и была великая ошибка великого Манаса, трагедия, которую кыргызский народ оплакивает по сей день.

Именно об этой великой ошибке великого Манаса говорил К. Тыныстанов в своём докладе в 1935 году.

В своём прозаическом варианте З. Бектенов события сказания от рождения Манаса до его подхода к границам Китая взял по варианту

С. Орозбакова, дальнейшие трагические события — по С. Каралаеву. Этот сводный вариант и считается каноническим.

…»Манас был непобедимым вождём, когда защищал свой народ и отечество, но стоило ему пойти войной на другой народ, как был обречён на погибель», — писали Т. Байджиев и З. Бектенов в своём учебнике по фольклору.

В 1952 году на Всесоюзной научной конференции приняли решение, что трилогия эпоса «Манас» — подлинно народное сказание, а антимарксистскую идеологию в русский текст эпоса, мол, внесли «разоблачённые буржуазные националисты» и их последователи Т. Байджиев и З. Бектенов — ученики «врагов народа» К. Тыныстанов и Е. Поливанова…

Русские переводы «Великого похода» и прозаического пересказа «Манас Великодушный» изъяли из обращения.

Ведущим писателям Кыргызстана поручили составить сводные варианты трилогии «Манас» (К. Маликов), «Семетей» (А. Токомбаев), «Сейтек» (Т. Сыдыкбеков) со строгим партийным требованием «не допускать идеализацию феодально-родовых отношений, восхваления феодалов и ханов, ошибочно изображая их в роли народных героев».

Составители сводного текста трилогии во исполнение требования партии и правительства подтверждать марксистско-ленинскую теорию классовой борьбы вносили в текст свои поправки, дополнения и сокращения, которые порою искажали подлинный смысл эпизодов и облик народных героев.

Так, например; по варианту С. Орозбакова сын Кокетея Бокмурун мчится к Манасу, просит руководить поминками отца; когда китайские гости начинают бесчинствовать, юный вестник Айдар мчится в Талас. Манас прижимает к груди озябшего вестника, дарит ему тёплую одежду и тут же собирается в путь.

В сводном варианте «Манас» 15-летний Бокмурун (в переводе «Сопляк»), кичась своим богатством, не хочет звать Манаса на поминки отца. Манас решает разгромить зазнавшегося Бокмуруна, пытается зарезать юного вестника и выпить его кровь за то, что его с опозданием приглашают на поминальный бешбармак.

Бухарский эмир велит внуку Семетею отрубить голову родной матери и бросить псам, если её конь не придёт первым…

Семетей же с детства растёт марксистом-атеистом, избивает мусульманских священников.

В «Сейтеке» выясняется, что сын Манаса Семетей вовсе не погиб от предательства, оставив на произвол судьбы страдающий народ и семью, кайфует в горах с юными девицами.

Предполагалось перевести четырёхтомник на русский язык для мировой общественности. Но этого не случилось.

Видимо, читатель не нашёл в этом издании своих любимых героев.

Четырёхтомный сводный вариант трилогии, изданный в 1958 году массовым тиражом 60 тысяч экземпляров, вскоре уценили в несколько раз и сдали букинистам по 30 копеек за том.

В 1994 году по инициативе Президента КР А. Акаева провели тысячелетний юбилей эпоса «Манас», не состоявшийся в 1937-м, 1942-м, 1947 годах. Надо отдать должное, юбилей организовали на высшем уровне, но вместе с тем не обошлось без досадных казусов… Под флагом юбилея хлынул целый поток изданий и переизданий разных вариантов, прозаических пересказов и переводов трилогии. Без какой-либо научно-педагогической, идеологической редакции массовым тиражом начали выходить рукописные фондовые записи разных сказителей.

Без единой поправки издали русский текст «Великого похода», запрещённого в 1937 году. Переиздали запрещённый русский текст прозаического пересказа «Манас Великодушный» с эпиграфом: «Вот приметы: нахмурена бровь — будет, не хмурясь, смотреть на кровь». Эту же книгу издали на немецком языке. Манас в ней изображён как кровожадный басмач, а его друг — китаец Алманбет несёт на острие колья голову родного отца, которую отрубил за отказ принять мусульманство. Переиздали и четырёхтомный сводный вариант трилогии, составленный по заказу партии и списанный в макулатуру по цене 30 копеек за том.

В учебном пособии, изданном Министерством образования и науки КР, помимо откровенной порнографии, есть эпизоды, компрометирующие национального героя. Так, Манас пытается зарезать и выпить кровь невинного вестника, в конце учебника он, уже мёртвый, открыв хищные глаза, убивает мальчика, пришедшего на его похороны. «Когда ты перестанешь своими хищными ачкёз глазами убивать детей?!» — укоряет мёртвого мужа овдовевшая Каныкей.

В Анкаре на кыргызском и турецком языках издали фрагменты с нецензурной матерщиной, записанные В. Радловым в 1863 году.

В изданном варианте С. Орозбакова 36-летний Манас, пробравшись в покои бухарской принцессы, в порыве страсти пинком ломает юной невесте пять рёбер.

Хотя тот же С. Орозбаков сказывает, что Манас с юных лет отличался скромностью, добротой, сдержанностью к женскому полу, об этом свидетельствует его поединок с калмыцкой девой-воительницей Кыз-Сайкал. А когда афганский хан Шоорук в знак примирения и родственных отношений предлагает в жёны свою прекрасную дочь Акылай и вместе с ней 30 красавиц:

Таких красавиц вместе враз

Манас не видел отродясь…

Он засиял как при луне

Песком начищенная медь,

Не зная как тут поступить,

Батыр топтался, как медведь.

Решайте абаке Байкай!

Советник мой и старший друг.

Я повелитель ваш в боях,

Но вот в таких святых делах

Большой болван я и дундук, —

смеялся доблестный Манас, — с таким юмором повествует манасчи С. Орозбаков.

В академическом издании С. Каралаева Манас, возжаждав крови (кан ичме жини кармап), ломает своей юной невесте два ребра за то, что та нечаянно обожгла хвостик подаренному щенку… И этот эпизод интерпретируется как бережное отношение Манаса к животному миру.

В варианте Багыша Сазан уулу говорится, что Манас был ненасытным кровопийцей, всегда готовым разорвать грудь и выпить кровь.

В китайском издании по варианту Жусупа Мамая повествуется, что легендарного героя кыргызов Манаса невесть от кого родила 14-летняя пленная наложница, заброшенная в дикий лес. Красавицу Каныкей изображают как неверную плутовку. И она шесть лет одна живёт в заброшенной юрте под Самаркандом, где женщин охраняют кастрированные евнухи. Китайскому перебежчику Алманбету с трудом удаётся вразумить Манаса   вернуть свою верную жену домой. И этот эпизод преподаётся студентам как идеал любви и верности.

Как известно, в минувшие годы неоднократно создавались специальные комитеты, редакционные коллегии с целью составления единого канонического сюжета трилогии, избавления эпоса от излишних эпизодов, наслоений разных эпох, социальных и политических наслоений, сказительских фантазий, гиперболических перегибов, порою не соответствующих логике развития действия, противоречащих облику героев сказания. Не однажды я предлагал создать при комитете по гос-языку специальную комиссию с правом выдачи лицензии на издание эпоса «Манас». Но увы! Одно дело — фондовые записи вариантов, когда фольклорист не имеет права вносить в свои записи какие-либо поправки, другое дело — издание сказаний для массового читателя, учебных заведений и перевода на другие языки, тем более что эпос «Манас» заявлен мировой общественности как выражение мировоззрения и национальной идеологии кыргызского народа и государства.

…Т. Байджиев и З. Бектенов в своём учебнике по фольклору писали, что известные манасчи признавались: Манас со своими соратниками является им во сне и просит поведать о них народу.

Вот и мне на старости лет приснилось… Пошёл я в горы и увидел: батыр Манас во всей своей боевой красе гарцует на скакуне Ак-Кула по замкнутому кругу загона… Я попытался открыть ворота, но сил моих не хватило. И я, как бывало, позвал на помощь своего верного могучего друга — Великий русский язык, на основе вариантов С. Орозбакова, С. Каралаева и других манасчи составил хрестоматийный вариант трилогии «Манас», «Семетей», «Сейтек», переложил на русский язык.

Чингиз Айтматов говорил мне, что, работая на русском языке, готовишь своё творение на мировой экспорт…

Мусульманский священник-молдо С. Орозбаков придал имени Манас символ единства трёх религий: ислама, христианства и буддизма.

Пусть первым звуком будет «Мем»

— Начало имени пророка.

Вторым пусть будет звуком «Нун»

— Начало имени святого.

А в конце пусть будет «Син»

— По форме звука «Грозный лев».

А вместе сложится Манас, — сказывал великий манасчи.

Каим Мифтахов, записавший эти строки, теолог уфимского медресе, прекрасно понимал, о чём речь, видимо, поэтому не стал просить разъяснения.

Но могли ли понять смысл этих строк атеисты-марксисты из экспертной комиссии КГБ 1950-го, 1955 годов, посмертно осудившие сказителя С. Орозбакова (умер в 1930 году) как реакционного пропагандиста панисламизма, пантюркизма?

В 1949-м, когда начались гонения на эпос «Манас» и манасоведов, К. Мифтахов покончил с собой.

А поймёт ли величие этих символов нынешнее поколение читателей? Поэтому в хрестоматийном варианте пришлось разъяснять их значение.

И вдруг пришёл на этот той

Бродяга с нищенской клюкой:

 — Пусть первым звуком будет «Ма» —

Начало слова «Магомед» —

Посланник бога и пророк,

Душой и телом чистым быть

Он человечество зовёт!

Вторым пусть звуком будет «Эн» —

Начальный звук от слова «Ной».

Он добрый в Библии святой.

Когда потоп дошёл до нас,

Он всех живых от смерти спас!

Конец пойдёт от слова

«Син» — Могучий лев, непобедим.

«Твой Бог — ты сам! — сказал Будда, —

Весы на двух твоих плечах,

Чтоб чистым быть в своих делах,

Деянья взвешивай всегда»!

А вместе сложится «Манас».

Манасом сына назовём!

И это имя, как гранит,

Надолго Бог нам сохранит!

Как писал академик Б. Юнусалиев: «Одно дело, когда с упоением слушаешь манасчи, но когда остаёшься один на один с литературным текстом, возникает много вопросов…» Но ещё больше вопросов возникает, когда этот текст переводишь на другой язык.

Почему, например, вопреки завещанию старца Кокетея похоронить его скромно и ни в коем случае не приглашать Манаса с боевой дружиной, юный Бокмурун мчится к Манасу, устраивает отцу помпезные поминки, которые завершаются кровопролитием и гибельным походом на Китай? Этого и боялся мудрый Кокетей.

Почему кыргызское войско на Китай ведёт китайский перебежчик Алманбет, а сам Манас идёт в ранге рядового солдата?

С какой стати юный Семетей решает убить свою родную мать?

Почему старец Жакып пытается отравить своего родного внука Семетея?

К сожалению, во всех изданных вариантах трилогии подобные моменты оставались неясными и вызывали разноречивые толкования вплоть до политических репрессий со смертельным исходом…

Пришлось уточнять, дописывать причины и следствия иных эпизодов, подлинный смысл «Поминок Кокетея», «Великого похода», «Семетея», избавлять текст трилогии от лишних эпизодов, фантастики, повторов, уточнять подлинный облик Алманбета и других персонажей.

И мой Манас на своём белом скакуне вырвался из загона, помчался в Москву, заговорил стихами Александра Пушкина, в Тбилиси — на языке Шота Руставели, в Душанбе — на языке Фатали Ахундова, в Ташкенте — на языке Алишера Навои, в Киеве — на языке Тараса Шевченко, в США — на языке Эрнеста Хемингуэя…

Об этом мечтал Касым Тыныстанов и в 1925 году с таким предложением обратился к секретарю обкома РКП(б) Торекулу Айтматову, с такой же просьбой в 1940-м Ташим Байджиев обращался к секретарю ЦК КП(б) Киргизии А. Вагову.

Слава тебе, Великий русский язык! Да благословит тебя на веки вечные святой дух Великого кыргызского батыра!

Мар БАЙДЖИЕВ.






Related News

Шикарно, когда играют дети

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintСегодня очень много говорится о важности духовного, культурного, нравственного обогащения детей, привития им патриотизма. ОRead More

Ремесленники хранят традиции

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrint«Сохранение и продвижение кыргызских традиционных войлочных ковров» — этой теме посвятили круглый стол, прошедший вRead More

Добавить комментарий