Main Menu

Дорога в тюрьму, или Что роднит наш край с Иркутской областью?

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

Излишняя централизация власти, митинги протеста, нехватка финансовых средств для развития регионов, коллизии в законодательстве, свинцовая стена бюрократического равнодушия, углубляющая пропасть между народом и муниципальной властью. И это далеко не всё, перечислять можно долго: проблемы постсоветских республик весьма схожи. Я остановлюсь на нескольких: дорога в тюрьму в прямом и переносном значении этого слова.

Речь пойдёт о судьбе мэра Ольхонского района Сергея Николаевича Копылова, несправедливо осуждённого на три года колонии за превышение полномочий. Этот человек, душой болеющий за поднятие уровня жизни своих односельчан, оказался за решёткой из-за того, что распорядился построить нормальную дорогу на острове Ольхон, который круглогодично посещает масса туристов (население острова живёт исключительно за счёт предоставления услуг приезжающим полюбоваться самым глубоким озером мира).

Мэра обвинили в причинении якобы вреда Прибайкальскому национальному парку, находящемуся в федеральной собственности. В защиту Сергея Копылова встали депутаты Государственной Думы от Иркутской области, жители Иркутска, предприниматели, интеллигенция. В плакатах протеста его называли «…строителем новой жизни», благодарили за проведённую работу по благоустройству трассы. Сергей был доступен всем, кто нуждался в помощи, дверь его кабинета всегда оставалась открыта.

Тем не менее этот талантливый менеджер мотает нынче срок в местах не столь отдалённых, родные ольхонцы не устают становиться в пикеты, чтобы привлечь к проблеме внимание федеральных властей, добиться справедливости. К митингующим присоединился президиум регионального политсовета партии «Единая Россия». К чему я это пишу?

Не припомню глав кыргызстанских айыл окмоту, которые поплатились бы своей свободой за проявленную инициативу по улучшению жизни сельчан. Президент Сооронбай Жээнбеков второй год настойчиво проводит реформу местной власти, отслеживает инвестиции, поступающие на реализацию коммерческих и социальных проектов в регионах, заботится о снижении процентных ставок заёмных банковских средств для фермеров и сельхозпереработчиков. И что же?

На последнем собрании глав муниципалитетов, где обсуждали проект стратегии дальнейшего развития МСУ, финансовую децентрализацию, из уст региональных представителей услышала следующее: бишкекские власти по-прежнему спускают вниз свои распоряжения и указы по проведению тех или иных мероприятий федерального уровня, разумеется, позабыв послать вдогонку необходимые для выполнения денежные средства. А любое самовольное решение главы МСУ о переброске средств местного бюджета с утверждённой статьи расходов на другую, более злободневную в сложившейся ситуации, тут же карается. Налоговики не упускают случая призвать энтузиастов к безусловному выполнению буквы закона. И они правы. Но разве наши законы не призваны улучшать жизнь людей?

На другом мероприятии в присутствии корреспондента «СК» оживлённо обсуждали проект закона «О муниципальных и государственных чиновниках». Договорились до того, что предложили присваивать государственные чины педагогам и медицинским работникам, прировняв их к рангу госслужащих. Что тут началось! Принимающие участие в дискуссии преподаватели вузов возмутились: мы любим свою профессию, вкладываем не только знания, но и душу в своих студентов, а теперь обязаны будем скрупулёзно следить за каждым своим словом, чтобы не попасть под колпак прокуратуры!

Надеюсь, Президент не подпишет последнюю редакцию этого документа, который продолжают обсуждать в национальной кадровой службе, министерствах и ведомствах.

ДУРАКИ И ДОРОГИ

…По приезде в международный иркутский аэропорт, который оказался в несколько раз меньше, чем для лайнеров местных авиалиний, бросилось в глаза строгое предупреждение: «По газонам не ходить, цветы не рвать, мусор не бросать». Словно попала назад, в Советский Союз, где всех граждан изначально подозревали в неправедных поступках. У себя на родине я успела привыкнуть к другому: «…благодарим за понимание, за поддержку чистоты в общественных местах».

В Сибири много наших кыргызских мигрантов. В самолёте вместе со мной летели на встречу с мужьями мои соотечественницы, прекрасно одетые, в золотых украшениях. Сами же мигранты жаловались, что без российского гражданства приходится весьма туго, слово «трудящиеся», имеющие якобы такие же права, как и россияне, не более чем декларация.

Не стану описывать красоты Байкала, на котором только что побывала, — в каждой стране свои достопримечательности, сравнивать их нет смысла. Остановлюсь на развитии дотационных территорий, которых много как в Российской Федерации, так и в Кыргызстане.

Иркутская область — центр Восточной Сибири, всегда была и остаётся дотационной, несмотря на наличие нескольких алюминиевых заводов, а также авиационного, деревоперерабатывающего и т. д.; многочисленных сервисных компаний, акционерных обществ. Местные жители жаловались на губернатора, избранного от партии коммунистов, Сергея Левченко. Он перевёл муниципальные ценные бумаги в центр, не заботится о расчистке дорог в зимнее время, водителям приходится самим в лютый холод браться за лопату; сибиряки больше склонны доверить руль правления «правым» силам, представителям нового класса нарождающейся буржуазии.

Не стану описывать изящное деревянное кружево старых строений, счастливо соседствующих с современными высотными зданиями, дорогие сердцу каждого русского человека усадьбы сосланных в Сибирь декабристов — князя Волконского и князя Трубецкого, оставшихся жить в этих суровых местах, принёсших сюда культуру и свободолюбие. Скажу только, что наш край — Кыргызстан — здешние жители не знают, о наших революциях тоже, они их не интересуют; бранят Москву за предоставление материальной и финансовой помощи бывшим советским республикам. Жители Иркутска и здешние студенты в летнее время стараются заработать, устроившись гидами в различные туры, многие имеют собственные авто, на которых и возят туристов.

Отмечу: организация туров здесь на высочайшем уровне, начиная со встречи отдыхающих в аэропорту и заканчивая их проводами, помощью с оформлением грузов, устройством в пансионаты, отели и турбазы. К примеру, на острове Ольхон, который местные жители называют «живым сердцем Байкала», «голубым сердцем Сибири», аборигены занимаются обслуживанием туристов, которых просто тьма, особенно из соседнего Китая. Другой работы у местного населения просто нет. У гидов свои машины, катера, буряты в основном говорят по-русски, искусно варят уху, приехавших с удовольствием знакомят с древними обрядами, святыми местами, легендами. На острове Ольхон проживает свыше 2 тысяч человек, здесь работают две школы-одиннадцатилетки, дети изучают два иностранных языка — английский и французский, бурятский — по желанию.

Очутившись в Сибири, в первую очередь обратила внимание на дороги: покрытые новеньким асфальтом, с хорошей разметкой — просто чудо! Катись комфортабельно с ветерком сколько душе угодно. Подумала: как же не прав был классик русской литературы Николай Васильевич Гоголь, утверждавший в позапрошлом веке, что в России две беды — дороги и дураки. Дороги сегодня в полном порядке, а насчёт дураков — тут и спорить не о чем: сибиряки были и остаются весьма предприимчивыми людьми. Забраться на невысокую гору здесь стоит тысячу рублей, спуститься в каньон — пятьсот. Замечу: у себя в Кыргызстане поднимаюсь в горы совершенно бесплатно, а наши национальные природные заповедники не сравнить с российскими: наши намного красивее и круче.

Прибайкальский национальный парк при всём желании трудно назвать достоянием Восточной Сибири, хотя ему свыше 350 лет. Деревья — редкие и какие-то хилые, лесные массивы вперемежку со степными просторами, а дороги… Если бы вы их видели, дорогие читатели «СК»!

Таких глубоких рытвин, ухабов и борозд с застоявшейся водой и зловонной жижей мне давно не приходилось встречать. Тут и поверила: действительно нахожусь в России-матушке, о которой писал когда-то Н. Гоголь. А мэр Ольхонского района Сергей Копылов, у которого трое малолетних детей, и он поставил цель — отремонтировать трассу, соединяющую остров с большой землёй, отбывает трёхлетний срок в колонии общего режима. И невдомёк федеральным властям, что бездорожье наносит намного больший вред флоре и фауне прибайкальской степи, чем цивилизованная дорога.

…Превращение инициативных людей в безмолвных амёб, которые ничего не могут, ничего не хотят и, главное, ничего не станут делать, — проблема многих постсоветских суверенных государств. Кыргызстан не исключение, хотя у нас, слава Аллаху, талантливые менеджеры местного уровня с государственным мышлением не сидят в тюрьмах.

«…Власть, к сожалению, особенно правоохранительная система, не слышат голос гражданского общества, — говорят ольхонцы, — мы с ними разные люди. Мы живём одной жизнью, они -другой. У них она сытая и хорошая, а здесь проблема на проблеме и страх».

Возвращалась в Бишкек на комфортабельной «Тойоте», водитель по имени Игорь приехал на турбазу в условленный срок без опоздания. Чтобы попрощаться с Байкалом, подвёз меня к небольшому предгорью, на нём возвышался памятник знаменитому Бродяге. Автора скульптуры шофёр не знал, зато постоянно намекал, что может продолжить экскурсию, если я ему заплачу тысячу рублей. Узнав, что мой тур подходит к концу и у меня не осталось российских денег, сразу потерял ко мне интерес, а на предложение рассчитаться кыргызской валютой — сомами — в таком же объёме, презрительно скривил губы. Наши деньги он видел впервые, не знал, что сом конвертируется, да и менять иностранную валюту негде.

КТО УСМИРИТ СТИХИЮ?

У сибиряков с кыргызстанцами оказалось много общего. К примеру, отношение к чрезвычайным ситуациям, природным стихиям. Сначала в Иркутской области на семь метров выше обычного поднялась вода в реке Ие, снесло дамбу, затем начались пожары. Одна за другой разрезали небо «сухие» молнии, дождей не было. Говорили, что лес специально поджигали «чёрные» дровосеки, чтобы скрыть кражу ценной древесины. В результате наводнения тринадцать тысяч иркутян остались без жилья и средств к существованию. Многие плакали, делились невесёлыми мыслями: взяли кредит, строили дом и вот остались ни с чем.

МЧС России сработало оперативно, в иркутские муниципальные объединения сразу перечислили деньги, первоначальная сумма — 10 000 рублей. Но деньги до пострадавших шли очень долго, бюрократия и здесь показала свою сущность. Зато жители Иркутска, других населённых пунктов по собственной инициативе собрали тёплые вещи, продукты питания, предметы первой необходимости и передали всё это в город Тулун, наиболее пострадавший от наводнения.

В Российской Федерации деньги для разного рода ЧП, конечно, есть, там бюджет с профицитом.

Однако почему необходимые средства на ликвидацию ЧП должны оплачивать налогоплательщики? Может, потерпевшим следовало самим позаботиться о себе? Застраховать свою жизнь, жильё. У нас в Кыргызстане правительство так и поступило: если дом был застрахован, хозяин быстро его восстанавливал — кирпич, бетон, деревянные перекладины самосвалы строительных фирм везли ему совершенно бесплатно. Ну а кто пожалел деньги на внесение небольших страховых сумм (особенно в сельской местности), тот обязательно сталкивался с финансовыми проблемами. Иркутяне, по всей вероятности, целиком полагаются лишь на государственную поддержку, только правильно ли это?

Галина ЛУНЁВА.

Фото Ирины БАЙРАМУКОВОЙ.



« (Previous News)



Related News

Чайка Иссык-Куля

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintКогда Дуся Пасько снижала свой легкокрылый биплан, чтобы бомбить фашистов, она знала, что защищает и родную ЛипенкуRead More

Роза Айтматова: У кыргызов исконно был механизм защиты женщин

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintСегодня мы предлагаем вашему вниманию беседу о кражах невест с Розой Торекуловной АЙТМАТОВОЙ, президентом общественногоRead More

Добавить комментарий