Main Menu

Японский взгляд на кыргызский брак

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

…Японка чётко представляла свою роль ещё тогда, когда поставила себе цель создать такой фотопроект. И именно в тот момент она уже сделала выбор: отказаться или поехать и получить эффектные снимки, которые принесут ей деньги, славу и творческое удовлетворение. Точно так же поступают и другие документалисты, изучающие здесь тему похищений невест…

Сегодня мы продолжаем цикл статей о практике краж невест, вспоминая документальный фотопроект «Порочный брак» (Unholy matrimony) японского фотографа Норико Хаяши. Она работала над темой похищений девушек, проведя в Кыргызстане четыре месяца в 2012 году и затем вернувшись на месяц в 2014-м. О цикле фотографий стало известно в 2013-м, когда их опубликовали мировые издания.

Резонанс

Норико Хаяши родилась в 1983 году. Её фотоработы публиковались в National geographic (японская версия), «Вашингтон Пост» (США), «Дер Шпигель» (Германия), «Ле Монд» (Франция), «Дни Японии», «Ньюсуик» (США) и «Мари Клер» (Великобритания и Россия).

За «Порочный брак» японка получила награду National geographic. Её работа отмечена и другими премиями, в том числе главным призом международного фестиваля фотожурналистики Visa pour L’Image во Франции и «Гран-при фотожурналистики» Национальной ассоциации фотожурналистов США; опубликована в нескольких журналах, включая упомянутый «Ньюсуик».

После публикации на зарубежных сайтах с описаниями её серии, посвящённой Кыргызстану, местные интернет-издания перепечатали материалы. Так кыргызская аудитория ознакомилась с творчеством Норико Хаяши. «Енот» опубликовал интервью с фотографом, правда, по её просьбе выложил только те снимки, на которых невозможно опознать их героинь. Тем не менее все фотографии находятся в открытом доступе на разных иностранных ресурсах (например Panos pictures).

«Древний обычай похищения невесты, увы, с веками утратил романтичный колорит: своих избранниц женихи избивают, насилуют и принуждают к рабскому труду», — пугают заморские издания. Встречаются утверждения и похлеще: «жертвы обычая зачастую становятся наложницами», «прослойка кыргызов, занимающихся охотой на женщин», «обзавестись женой для этого маргинального контингента означает лишь получить бесплатную пару рабочих рук», «столь низкий порог критичности к таким действиям у окружающих заложен в национальном характере», «по данным кыргызской правозащитной организации Open line, пятую часть невест злоумышленники крадут просто ради развлечения»…

Разумеется, невозможно обвинять Норико Хаяши во всех огрехах журналистов мира, этого «добра» о кыргызах и Кыргызстане и без неё хватает. Но она дала международной прессе ещё один повод для оскорблений в адрес маленького народа из небольшой развивающейся страны, пережившей две революции, два межнациональных вооружённых столкновения, перманентно пребывающей в экономическом кризисе и находящейся на перепутье между демократией, консерватизмом, традиционализмом и исламизацией.

О чём фотопроект?

В фотоальбоме, изданном National geographic в 2014 году, представлены снимки 13 девушек и женщин, которых когда-то похитили для брака. Семь из них те, для кого эти события в далёком прошлом: семейную жизнь они ведут давно, обзавелись или даже уже вырастили взрослых детей. Супруги в зрелом или даже пожилом возрасте позируют японке с мужьями, улыбаясь, в лучших одеждах. «Самая старая пара в посёлке Саруу — 83-летний Эшен и его 82-летняя жена Турсун. Эшен похитил Турсун в сентябре 1954 года. «Нам не нравится современный способ похищения невест, — говорят они. — Мы хорошо знали друг друга и обменивались письмами с признаниями в любви перед похищением. Сейчас же молодые люди просто похищают девушек, а это не наша традиция. Сегодняшнее несогласованное похищение — просто модная выходка», — так автор подписала их портрет.

Что касается остальных шести историй, то героиню одной из них — Фатиму (здесь и далее имена девушек изменены) — брат забрал из дома похитителя. Чинара и Дарина смирились и вышли замуж, родили и воспитывают детей (Норико Хаяши даже снимала роды последней). «Айтолкун поддалась желанию своего похитителя стать его женой. Мужчина похитил её на следующий день после знакомства в Бишкеке», — указано в подписи к снимку. Перизат поехала с парнем по своей воле.

Урус уже не было в живых, когда фотограф создавала свой проект в Кыргызстане. Ей исполнилось 19, когда её похитил 34-летний незнакомец. Через два дня её родственникам удалось освободить девушку, но на следующее утро после возвращения она повесилась во дворе. Похитителя приговорили к шести годам заключения за похищение и изнасилование Урус.

Как это снято?

«Хотя проблема эта и, правда, известная, периодически всплывающая в массмедиа, визуальный ряд проекта «Порочный брак» всё же порой шокирует. И во время, и после просмотра серия вызывает один вопрос: как Норико Хаяши удалось настолько глубоко проникнуть в тему?» — пишут СМИ, опубликовавшие её снимки.

Не знаю насчёт погружения именно в тему, но в кыргызские семьи и дома японка проникла и впрямь очень глубоко: она фотографировала процесс планирования парнями похищения, затем сидела на переднем сиденье в машине, в котором увозили девушек, снимала, как их заводили в дом, сажали за занавеску, накидывали платок… Несколько зафиксированных Хаяши-сан историй, начавшихся с поездки в авто, завершаются свадебными портретами позирующих и улыбающихся молодожёнов. Кстати, запечатлённая камерой обстановка домов опровергает утверждение о бедности как причине умыкания невест: мы видим аккуратные светлые комнаты с белыми стенами, ковры, новую мебель и даже стенку в зале…

Вот что рассказала сама автор проекта в интервью «Еноту» (этого кыргызстанского издания уже не существует, но материал доступен на сайте правозащитной организации Open line): «…Всё оказалось не так уж сложно. Я наняла водителя, который повёз меня на Иссык-Куль, мы останавливались в каждом селе и спрашивали людей, не знают ли они кого-нибудь, кто планирует пожениться…» и затем: «Люди не очень удивлялись, видя меня, и при мне вели себя открыто. Может, свою роль сыграло то, что после съёмки я пообещала отдать им все фотографии. В Японии мы всегда фотографируем наши свадьбы, а в этом маленьком селе даже не было фотографа, поэтому они были только рады. Также я честно всем им объяснила, что приехала в Кыргызстан делать материал об ала-качуу. Они к этому отнеслись нормально».

«На следующий день я встретилась с ней (речь о Фатиме, которую брат забрал из дома похитителя. — Прим. авт.) и взяла интервью. Спросила, каково ей было, когда я фотографировала её, рыдающую в истерике. Я подумала, ей, наверное, казалось странным, что японка фотографирует весь процесс. Она ответила: «Вообще-то, мне было всё равно», — продолжает Норико Хаяши. Ну да, можно предположить, что в тот момент для Фатимы самой большой проблемой было, что её крадут, а не то, что её снимают.

Из интервью неясно, достаточно ли хорошо японка объясняла, что собирается выставить результаты на всеобщее обозрение по всему миру. Зачастую люди, общаясь с правозащитниками и журналистами, обещающими сделать материал исключительно на «экспорт», не осознают, что благодаря интернету их исповедь непременно разойдётся и в Кыргызстане.

Беспристрастность или соучастие?

«Как журналист, я должна соблюдать нейтралитет, должна фотографировать, — пытается объяснить иностранка то, что никак не помогала жертвам. — Через неделю он приехал к ней, пригласил покататься по городу на его машине и просто увёз её к себе домой. Я тоже была в той машине. Через некоторое время девушка поняла, что её увозят, и стала плакать. Она повернулась ко мне, тронула за плечо и начала что-то говорить, я ничего не понимала. Позже она рассказала мне всё, что хотела сказать тогда, но в тот момент как журналист, как бы неприятно не было говорить это, я должна была быть безучастным свидетелем происходящего».

«Будучи японским фотографом, думаю, я не имела права как-то вмешиваться, это очень личные, семейные проблемы, это было бы неуважительно. Однако в одной из историй, которую я документировала, нейтралитет сохранить я не смогла», — сообщила Норико Хаяши и далее рассказала запутанную историю о девушке (видимо, Айтолкун). Узнав, что её крадут, сначала она согласилась. Много позже молодая жена через таксиста позвонила водителю японки и попросила забрать её в Бишкек: «Мы решили ей помочь, попросили водителя такси привезти девушку к нам. Однако они исчезли. Позже выяснилось, что муж догнал её и снова забрал на ферму». Узнав об этом, фотожурналистка отправилась туда, девушка попыталась уехать с ней, но её муж начал угрожать супруге. «Я была жутко зла, но меня уговорили уехать». В феврале 2014 года, снова вернувшись в Кыргызстан, японка не смогла найти её следов.

«Это и был тот момент, когда я перестала соблюдать нейтральность, — далее цитирует «Енот» Норико Хаяши. — Я сказала водителю и переводчику, что, когда мы вернёмся в Бишкек, нужно связаться с правозащитниками и милицией, потому что мы единственные люди, которые были свидетелями этого, и даже её родители не знают, где она, как она и за кого вышла замуж». И что, этого не случилось?..

И ещё одна, последняя цитата: «Когда я разговаривала по телефону со своими друзьями и коллегами из Японии, меня спрашивали: «Что это за люди, ворующие девушку?» Но все мужчины, с которыми я разговаривала, все похитители и их родители были милыми людьми, некоторые из них получили образование, некоторые говорят по-английски. Прежде чем приехать сюда, я представляла себе их другими, а на самом деле это оказались вовсе не злодеи, а вполне обычные, милые люди».

Резюме

В статье «Оставаться человеком, а потом уже — профессионалом» (см. в №58 от 24 мая 2019 года) я рассматривала проблемы этики фотожурналистов, в том числе вопрос о том, должны ли документалисты помогать людям, оказавшимся в беде, или их задача — только снимать эту самую беду? Правильно ли Норико Хаяши использует понятия «нейтралитет» и «безучастность»?

Одно дело, что работники СМИ не могут совмещать деятельность в прессе с работой на политиков, иностранные спецслужбы и власти, членством в политических партиях и движениях; участвовать в акциях протеста; выдвигать политические требования (например об отставке какого-то чиновника); лоббировать интересы бизнес-групп, будучи аффилированными с ними; сращиваться с госструктурами и правоохранительными органами и так далее. Это да, нейтралитет и беспристрастность.

И совсем другое дело, когда репортёр заранее узнаёт о готовящемся преступлении и не пытается предотвратить его, например сообщив в милицию. А если бы речь шла о теракте, например? О торговле людьми? О детской порнографии?..

Что же делает Хаяши-сан? Она садится в машину к человеку, зная, что тот собирается похитить девушку, едет с ним к ней, не пытается как-то предупредить её, а хладнокровно снимает весь процесс. На самом деле начать нужно с того, что японка чётко представляла свою роль ещё  тогда, когда поставила себе цель создать такой фотопроект. И именно в тот момент она уже сделала выбор: отказаться или поехать и получить эффектные снимки, которые принесут ей деньги, славу и творческое удовлетворение. Точно так же поступают и другие документалисты, изучающие здесь тему похищений невест. Оправданием для Норико Хаяши может служить только её возраст: в 2012 году ей было всего 29 лет.

То, что якобы её фотографии увидел весь мир, узнал о проблеме и, может быть, её начнут решать, оправданием не является. Потому что мы видим два разных подхода: её и Юджинии Чанг, продюсера фильма «После дождя» (смотрите статью «Любовь сильнее предрассудков?» в номере от 27 сентября 2019 года). Последняя, будучи по специальности монтажёром документального кино, отказалась от использования документалистики для отражения темы похищений невест, а прибегла к инструментам игрового кинематографа. Да, у неё не было денег, но она собрала их с миру по нитке. И для неё приоритетом было не международное распространение своего проекта, а показы самим кыргызстанцам, именно жителям в регионах, причём с сопровождающими семинарами и психологическими консультациями. Одна из этих двух девушек, похоже, нацелена на изменения в Кыргызстане, а другая просто нажимает на кнопку своей фотокамеры…

 

Алия МОЛДАЛИЕВА.

Фото агентства “Киодо”, также с сайта Open line.

Продолжение темы следует…






Related News

Вспоминая Айтматова

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintЗавтра в Малом зале Национальной академии наук состоится вечер памяти «Слово об Айтматове: великая личностьRead More

Бизнес и государство — партнёры

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintПрошёл круглый стол, посвящённый теме «Государственно-частное партнёрство и бизнес: сотрудничество или соперничество?»

Добавить комментарий