Main Menu

Нужно менять сознание людей

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

В мире и Кыргызстане активно обсуждаются вопросы зелёной экономики и перехода к устойчивому развитию, при этом остро стоит вопрос климатических изменений, влияющих на все сферы жизни. По прогнозам, к 2100 году уменьшится количество ледников, а они — основной источник воды в Центрально-Азиатском регионе. Если глобальное потепление продолжится в существующем темпе, в нашей стране останется только 2% нынешнего ледового покрова. Пока потоки воды в реках большие, но после 2030 года её уровень будет постоянно снижаться. А это повлияет на сельское хозяйство и гидроэнергетику.

Как мы уже писали, причина глобального потепления — выбросы в атмосферу парниковых газов от сжигания нефти и её продуктов, угля и природного газа, а также от сельского хозяйства. То есть «виноваты» экономические факторы.

Текущая «коричневая» экономика показывает низкую эффективность, и страны ищут более устойчивые пути развития. Эта тема в мире обсуждается с 1970-х годов, а в последнее время становится всё более актуальной. Так говорит эксперт по зелёной экономике Кылычбек ДЖАКЫПОВ.

Зачем Кыргызстану зелёная экономика?

В сельском хозяйстве усиливается тенденция деградации и выбытия земель из эксплуатации. Падает эффективность производства — как выращивания, так и переработки сельхозпродукции, что может угрожать продовольственной безопасности страны. В промышленности с каждым годом на единицу выпускаемой продукции затрачивается всё больше ресурсов (энергии, сырья), что ведёт к низкой конкурентоспособности. При этом не снижаются вредные выбросы и загрязнение окружающей среды. В энергетике объёмы производства энергии и потребления уже сравнялись, при этом потребность в электричестве со временем постоянно увеличивается. Также нельзя рассчитывать лишь на несколько ГЭС: в случае техногенных, природных или других катастроф полстраны может остаться без электричества. Нужна децентрализация энергоснабжения. Желательно переходить на возобновляемые источники энергии (ВИЭ). Причём крупные гидроэлектростанции к таковым относить нельзя, потому что они обычно оказывают отрицательный эффект на экосистемы. Необходимо думать об энергетической безопасности и доступности электричества для населения.

В целом зелёная экономика — это комплексный подход к решению вопросов, при котором нужно учитывать влияние какого-либо фактора одного сектора на другие и окружающую среду в том числе. Социальная составляющая не менее важна, так как игнорирование её может привести к жертвованию экологическими аспектами в угоду краткосрочным экономическим выгодам.

Что происходит в мире?

Пока для Кыргызстана внедрение ВИЭ, тех же солнечных (фотоэлектрических) панелей экономически невыгодно. Ведь цены на электроэнергию низкие, поэтому все предпочитают подключаться к действующим сетям. Однако в мире есть интересные модели стимулирования населения к использованию ВИЭ. Например, в Австрии в частных домах (причём энергоэффективных) устанавливают солнечные панели и реверсные счётчики.

Стоимость фотоэлектрических станций (ФЭС) на 40% ниже, если их использовать без аккумуляторов, накапливающих солнечную энергию. Но без них электричество невозможно использовать ночью, в то время как днём его избыток некуда девать. В Австрии его у жителей покупают энергокомпании, а реверсный счётчик отматывает показания в другую сторону. В итоге за год абоненту может прийти нулевой счёт. Для нашей страны это может стать самым правильным решением.

Смелый шаг сделали в Исландии — стали использовать горячие источники для отопления. Сейчас Рейкьявик — самый чистый город в мире. В какой-то момент власти затратили средства на инфраструктуру, и эти средства окупились. Теперь в бюджете города и населения появляются средства, которые можно направить на что-то другое.

Положительные, хотя и небольшие успехи есть и в Кыргызстане. Например, в Бишкеке реализуется пилотный проект перевода котельных с угля на ВИЭ с установкой солнечных водонагревательных установок. Баня «Байтур» поставила такое оборудование, и за два года его стоимость окупилась. Некоторые гостевые дома пошли по этому же пути.

Расширение дорог не выход из транспортного тупика

В Бишкеке и Оше количество транспорта не соответствует возможностям городов. Столица рассчитана на 50 тыс. автомобилей, а в ней их уже более 400 тыс. Это создаёт не только проблему перегруженности улиц, но и загрязнения воздуха, что в свою очередь влияет на здоровье людей и ведёт к ухудшению генофонда.

Есть не только экологические последствия большого трафика, простои ведут и к экономическим потерям. Нужно снижать количество машин, а у мэрии подход к предотвращению пробок старый — расширение дорог. Он даёт лишь краткосрочный положительный эффект, а в перспективе даже обратный, так как стимулирует увеличение количества частных автомобилей. Сингапур страдал от такой проблемы в 1990 годы, и там вводили ограничения: по чётным дням могут проезжать авто только с чётными номерами, по нечётным — с нечётными. В итоге семьи стали покупать по две машины. Монголия недавно попыталась это повторить — результат тот же.

Расширение улиц приводит и к увеличению расходов на их обслуживание. В Бишкеке все обочины превратились в стихийные бесплатные парковки, в то время как в Японии развиты многоэтажные паркинги.

К тому же в Кыргызстане для этих целей срубили более 1 000 деревьев. Расчёт, что вместо них посадили 2 000 саженцев, неверен, так как уничтожены 50-60-летние деревья. Если оценить их как дрова, то, конечно, одно стоило 500 сомов. Но экологи говорят, что один взрослый карагач заменяет более 50 годовалых саженцев. Тогда каждое дерево можно оценить в 450 тыс. сомов, то есть срубили их на 450 млн. сомов. А ведь они не были «дровами»: давали тень, очищали воздух, вырабатывали кислород. Растительность в нашем климате имеет ключевое значение. Вместе с арычной системой она создаёт прохладу, удерживает влагу, стимулирует потоки воздуха. Без неё повышаются риски заболеваний. Разница температур между зонами с деревьями и без — 30 градусов. Мы так постепенно можем превратиться в пустыню. После общественных дискуссий на эту тему, протестов мэрия пытается идти навстречу населению, заявляет о создании парков (к слову, есть градостроительные расчёты, какое необходимо количество зелёных насаждений на какое количество людей). Но пока, к сожалению, мы теряем былое положение дел и звание самого зелёного города. В советское время столицу спроектировали для общественного транспорта, а не частного.

Единственный выход — снижение количества машин, переход на экологически чистые виды топлива. Дизель больше всего загрязняет окружающую среду, поэтому его запрещают во многих странах. В Кыргызстане цена на него поднялась. Это особенно плохо сказывается на сельском хозяйстве, но несёт пользу для населения в целом. Кстати, у нас в стране пытаются наладить производство электротракторов.

Правительство ввело нулевые таможенные тарифы для гибридных и электрических машин. В Кыргызстане рассматривают вопросы стимулирования перехода на электромобили, а также развитие общественного транспорта, качественного и экологически чистого. Тем временем в мире уже начался серийный выпуск и переход на транспорт на водородном топливе.

Электромобили становятся доступнее по цене: она приблизилась к таковой на машины с двигателями внутреннего сгорания и продолжит снижаться. Вообще, согласно принципам зелёной экономики, покупка оценивается не по начальной цене, а с учётом расходов на эксплуатацию в 5-, 10-летний период. Электрический транспорт сейчас дороже, но затем в использовании обойдётся дешевле, к тому же у нас электричество дешёвое.

Распространение электрического частного автопарка сдерживает отсутствие электрозарядной инфраструктуры и обслуживания. Для их появления необходимы автомобили, а их нет, потому что негде их заряжать, получается замкнутый круг. Необходима интервенция государства для развития рынка. Можно закупить электрические автобусы или сформировать муниципальную службу такси с электромобилями и для этого создать инфраструктуру. Для начала в столице, потом на трассах Бишкек — Ош, Бишкек — Каракол, Бишкек — Алматы. Всё это позволит снизить загрязнение воздуха и повысить энергетическую независимость, т. к. 100% ГСМ мы импортируем.

В мире Норвегия — чемпион по количеству электромобилей на душу населения. Там 55% машинного парка — электромобили. Хотя само государство по всему миру активно добывает и перерабатывает нефть. И тем не менее оно пошло на реформу — сделало бесплатные стоянки, установило тарифы и налоги ниже, чем на автомобили с ДВС. А лидером по абсолютному количеству электрических машин является Китай. КНР приняла концепцию экологической цивилизации. Ведь, к примеру, в Пекине сильное загрязнение воздуха привело к увеличению заболеваемости людей, а здоровье человека — важный фактор.

Ну и потом для них это новые торговые ниши. Сейчас Китай — флагман по производству ВИЭ, а конкретно — солнечных панелей. Он занимает 60% мирового рынка, а по экспорту — 40%. Что касается ветрогенераторов, то их доля на мировом рынке достигает 20%. Да и сама Поднебесная — огромный массив для сбыта.

Зелёная экономика — это не только экология, а намного больше

Зелёная экономика — это и экологические, и экономические, и социальные аспекты вместе. Например, говоря о развитии туризма в Иссык-Кульской области, нельзя забывать об экологии, иначе в дальнейшем мы получим обратный экономический эффект и социальные проблемы. Бизнесмены потеряют своё дело, люди останутся без работы.

В Кыргызстане нужно внедрять циклическую экономику, сейчас она в основном линейная: создание — использование — захоронение отходов. Мусор в стране почти не перерабатывается, а это потеря ресурсов с параллельной потерей земли, отданной под мусорные полигоны и захоронения, то есть управление отходами развито слабо. Известно, частные организации принимают пластиковые бутылки. Эту систему нужно стимулировать для дальнейшего развития. Органические же отходы необходимо направлять на выработку биогаза. Потенциал у этого вектора тоже есть, но полный цикл не выстроен, есть только отдельные предприятия, а выработки голубого топлива в промышленных масштабах нет. При этом зацикливание производства может приносить дополнительный доход экономике и создавать новые рабочие места.

Что значат госзакупки и устойчивое финансирование для зелёной экономики?

Коммерческие банки планируют осуществлять переход на устойчивое финансирование, в рамках которого они станут предлагать кредитные продукты, стимулирующие приобретение зелёных продуктов и услуг. Например, в Монголии кредиты на покупку гибридных автомобилей, электромобилей, энергоэффективных печей дешевле на 2-3%, нежели для других целей.

Зелёные государственные закупки, кроме решения социальных и экологических вопросов, в дальнейшем могут повлиять на снижение рисков для бизнеса и повышения конкурентоспособности продукции и услуг на мировом рынке. Социальный аспект в данном случае не менее важное звено в плане требований соблюдения международного и национального трудового законодательства. Например, США перестали закупать хлопок в Туркменистане из-за использования детей для его сбора. Для нашего региона это товар с хорошим экспортным потенциалом, так как в Центральной Азии не так много экспортных продуктов. При этом недавно возобновилась покупка узбекского хлопка, потому что цепочка производства там улучшена и из неё убрали детский труд.

Государство может покупать как экологически чистые продукты и услуги, так и социально ориентированные. Например, у социально уязвимых слоёв населения или из отдалённых территорий страны. Конечно, необходимо смотреть на минимизацию воздействия на окружающую среду на протяжении всего жизненного цикла продуктов с акцентом на энергию, качество воздуха и отходов; поощрение занятости среди людей с ограниченными возможностями здоровья; продвижение устойчивых инноваций и т. д., необходимо оценивать товары и услуги не по начальной цене, а c учётом всего их жизненного цикла как приобретение, поддержка, использование и расходы на конец срока эксплуатации (включая утилизацию отходов). В настоящее время проверяющие органы наказывают закупающие организации за то, что они приобрели что-то дороже. А ведь его эксплуатация может обойтись дешевле в перспективе. Устойчивые закупки позволят достичь приемлемого баланса между тремя основными принципами устойчивого развития: экономики, общественного интереса и окружающей среды.

Что делает правительство?

Все эти направления отражены в Концепции зелёной экономики «Кыргызстан — страна зелёной экономики», принятой Жогорку Кенешем, в проекте программы правительства, разработанной в конце прошлого года. В ней предложены методы стимулирования: фискальная политика, вопросы госзакупок, устойчивое финансирование.

Все инициативы (проект программы и т. д.), предложенные Министерством экономики, разработаны совместно с другими ведомствами, привлекались международные организации, гражданский и частный сектора, проходили национальные консультации на национальных форумах по зелёной экономике. Этой осенью состоится пятый, юбилейный, форум в формате Недели зелёной экономики. То есть целых семь дней с утра до вечера будут обсуждаться различные вопросы зелёной экономики, включая сельское хозяйство, энергетику, устойчивое финансирование, госзакупки, моделирование и т. д.

Дело за самым сложным и важным — внедрением всего написанного. Пока больше обсуждений и исследований, а реальных крупных шагов мало. Но прогресс в том, что за последние два года в стране хотя бы появилось понимание, что такое для нас зелёная экономика. Каждая страна сама для себя это определяет, включая приоритеты и механизмы реализации. Где-то акцент делается на экологические вопросы, где-то — на социальные. Показатель роста экономики не должен заключаться только в ВВП.

На международной арене также происходят изменения. Например, в плане предоставления международной помощи. В 2015 году большинство стран мира приняли Парижское соглашение по климату, предусматривающее в т. ч. обязательства развитых стран направлять $100 млрд. на борьбу с изменением климата. Для администрирования этих средств созданы различные климатические и зелёные фонды, самый большой — GCF (Зелёный климатический фонд, ЗКФ) со штаб-квартирой в Сеуле. Напрямую с ним могут работать только авторизованные участники. Поэтому Кыргызстан обращается к нему через международные организации: структуры ООН, ЕБРР, АБР, ВБ. Пока больших проектов с ЗКФ и другими организациями правительство не реализует.

В Кыргызстане в июле сформирован координационный совет под председательством премьер-министра. Создан Центр климатического финансирования при аппарате правительства — специальный орган для привлечения финансов в нашу республику из климатических и зелёных фондов.

Сейчас премьер-министр выступил с инициативой вступления в GGGI — Глобальный институт зелёного развития (ГИЗР). Это межправительственный орган, созданный в 2012 году, который активно развивается в последние 2-3 года. Соглашение открыто для вступления любой страны. Подобные организации помогают в развитии зелёной экономики через поддержку при страновом или отраслевом планировании, проведении исследований, привлечении международных средств. Это позволяет надеяться, что благодаря этому Кыргызской Республике легче будет привлекать зелёные финансы, гранты.

На днях парламент в первом чтении утвердил проект закона о ратификации этого соглашения. Кроме того, от имени правительства в ГИЗР направлено письмо о намерении присоединения КР к данному институту. Кыргызстану, как развивающемуся государству, не придётся платить членские взносы.

Нужно менять сознание людей, особенно лиц, принимающих решения, но это довольно долгий процесс.

Записала Алия МОЛДАЛИЕВА.






Related News

Поблажки не будет

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintВ Москве прошло очередное заседание Совета Евразийской экономической комиссии, в котором участвовал вице-премьер министр ЖенишRead More

Нас поддерживают партнёры

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintВ Министерстве экономики прошло первое заседание Наблюдательного совета по оценке реализации проектной инициативы «Партнёрство заRead More

Добавить комментарий