Main Menu

Первое путешествие Чжан Цяня в Среднюю Азию

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

Чжан Цянь (114 г. до н. э.) — дворцовый служащий; китайский путешественник, исследователь и дипломат, первым совершивший путешествие в Среднюю Азию и принёсший в Китай сведения о Центральной Азии, о горных системах Тянь-Шане и Памире, реках Сырдарье, Амударье и впадающей в озеро Лобнор реке Тарим на западе Китая. Открыл дорогу из Китая на Запад — Великий Шёлковый путь. С его именем китайские историки связывают появление в Китае люцерны, винограда, граната, огурца, грецкого ореха и фигового дерева.

Статуя Чжан Цяня в музее провинции Шаньси

Чжан Цянь родился во II веке до новой эры (точная дата неизвестна) в китайской провинции Ханьчжун. История жизни Чжан Цяня напоминает приключенческий роман. Он с юных лет был человеком крепкого телосложения, обладавшим недюжинной силой, выносливостью, смелостью и храбростью и к тому же склонным к авантюрам. Все эти физические качества не раз выручали и спасали его в безвыходных ситуациях во всех путешествиях. С другой стороны, он был умным и энергичным молодым человеком, склонным к изучению различных наук, в первую очередь исторических и географических.

Получив надлежащее образование, он до 140 года до н. э. состоял на дворцовой службе, которая тяготила его, так как практически без протекции оказалась бесперспективной. А для карьеры требовался случай, который ему вскоре представился.

В 141 году до н. э. к власти в Китае пришёл молодой император из династии Хань У-ди ((кит.) ди — император), который поспособствовал развитию конфуцианства. Он организовал экзамены, по результатам которых 100 молодых студентов получили высокие чиновничьи должности, большинство из них не входило в аристократические семьи. Этот обычай привился в Китае, и с этого момента конфуцианство стало официальной доктриной, на которой держалось государство. Те, кто писал лучшие экзаменационные сочинения, получали высокие должности, вплоть до губернаторских или министерских. Так Чжан Цянь стал сотрудником дипломатической службы и зарекомендовал себя с лучшей стороны, ему присвоили дворцовый чин лана (чиновник небольшого дворцового ранга, тождественного начальнику привратной стражи или гвардейской охраны, стоящей у ворот).

В этот период ханьский Китай непрерывно вёл захватнические войны с кочевой державой хунну (древним кочевым народом, с 220 года до н. э. по II век н. э. населявшим степи к северу от Китая) и искал мощных союзников для их окончательного разгрома. Наиболее подходящими на такую роль представлялись племена юэчжи, ушедшие на северо-запад, за Тянь-Шань, после тяжелого поражения от племён хунну в 178 году. Следовало добраться до них и договориться о заключении военного союза. Это был излюбленный приём ханьской дипломатии — противопоставлять одних кочевников другим.

Мавзолей Чжан Цяня

Император У-ди в 138 году до н. э. поручил подобрать достойную кандидатуру на почётную роль посла, который сумел бы склонить юэчжи на довольно-таки рискованный политический акт. Видные ханьские чиновники не спешили занять эту престижную должность, так как при удаче они мало что приобретали, а при неудаче теряли всё, ибо путь к юэчжи лежал через владения враждебных Китаю хунну. Чжан Цяню нечего было терять, и он, имея опыт дипломатической работы, добровольно вызвался возглавить эту опасную миссию. За отсутствием конкуренции двор удовлетворил его просьбу, и ему вручили посольскую грамоту, подтверждающую его полномочия.

Китайские императоры с презрением относились к другим народам и всех некитайцев считали варварами. Чжан Цянь, разумеется, был сыном своего века, слугой императора, но он внушал доверие людям обходительностью, умел уважать чужие обычаи, находить общий язык с инородцами и приобретать друзей вдали от родины. Это во многом предопределило успех его путешествия.

Поскольку посольству пришлось ехать через земли враждебных ханьцам степных племён хунну, языка которых Цянь не знал, с ним в качестве переводчиков и проводников отправились Тань и Гань-фу (из книги Сыма Цяня «Ши цзи»). Гань-фу — это хуннский раб, хорошо знающий их язык, а Тань был «северным варваром», хорошо знал территорию кочевий хунну и отлично стрелял из лука, что позволяло ему добывать пищу охотой на птиц и зверей. Он стал неизменным спутником Чжан Цяня на протяжении 13 последующих лет скитаний по бескрайним пустыням и горам.

Посольство было довольно многочисленным и состояло из каравана верблюдов, лошадей и группы людей общей численностью более ста человек: дипломатических чиновников, купцов, слуг, пастухов и вооружённой охраны. Поставленная перед ними задача оказалась непростой и довольно опасной, ведь, чтобы попасть к юэчжи, каравану предстояло пересечь бескрайние степные территории, тянущиеся вдоль северных границ Китая, где хозяйничали хунну (кит.) сюнну). Это древний кочевой народ, с 220 года до н. э. по II век н. э. населявший степи к северу от Китая и постоянно ведший завоевательные войны с Китаем. Для защиты от их набегов Цинь Шихуаньди построил Великую Китайскую стену. Хунну вели активные войны с китайской империей Хань, в ходе которых консолидировались в единую державу, подчинившую племена соседних кочевников. Поэтому, наряду с дипломатической, торговой и исследовательской деятельностью, в задачи экспедиции Чжан Цяня ставилась разведывательная деятельность.

Маршрут путешествий Чжан Цяня в 138-126 гг. до н.э.

Посольство выехало из пограничной области Лунси, находящейся на западе китайской империи. Многочисленный караван двигался очень медленно, и вскоре при подходе к горным перевалам Тянь-Шаня его захватили конные разъезды хунну и отправили в ставку шаньюя (глава хунну, величайший) Гюньченю. Шаньюй задержал у себя членов посольства, заявив им: «Юэчжи от нас на севере (хотя юэчжи жили на западе), по какому же праву дом Хань отправляет туда посланника? Если бы я захотел отправить посланника к Юе (владение в восточном Китае), то дом Хань согласился бы на моё желание?»

Шаньюй, задержав посла, не причинил ему никакого вреда и даже уговаривал перейти к нему на службу. Однако он не отпустил Чжан Цяня ни к юэчжи, ни назад в Китай, а держал при себе. Поняв, какой источник информации может получить, Чжан Цянь согласился помогать дворцовым географам, историкам и летописцам. За это хуннский правитель предоставил ему относительную свободу — он получил возможность посещать все уделы и области расселения хунну, изучать их историю, экономику, взаимоотношения с соседними государствами. Но Чжан Цянь постоянно находился под присмотром местных стражей. Он провёл в плену 10 лет. И первое, что начал делать, это изучать хуннский язык. Чтобы ещё больше привязать Чжан Цяня к своему двору, правитель хунну (шаньюй) дал Цяню жену хуннку, которая родила ему сына. Женщина она была добрая и заботливая, но о её дальнейшей судьбе ничего точно неизвестно. По одним источникам, Чжан Цянь вернулся в Китай с семьёй, по другим — жена и сын погибли.

За все годы плена Чжан Цянь как зеницу ока хранил верительную бирку посла и не забывал о своей основной миссии. Он хорошо выучил хуннский язык и практически стал для хунну своим и, пользуясь относительной свободой, путём опросов местного населения продолжал собирать все нужные ему сведения и вёл свои записи на китайском языке (которого в ставке шаньюя никто не знал). В ходе своей миссии Чжан Цянь обращал особое внимание на ареал и географические особенности проживания местного населения, на состояние хозяйства иноземцев, численность их войска, вооружения, а также записывал всё то, что составляло специфику в их обычаях, нравах, одежде.

Но главной его целью оставалось возвращение на родину, к чему он основательно готовился. Воспользовавшись моментом, когда ханьские войска усилили натиски на хунну, ему в 128 году до н. э., после 10-летнего пребывания в плену у хунну, с большим трудом удалось бежать на запад вместе с семьёй, челядью и своим проводником Танем.

Через горные перевалы Центрального Тянь-Шаня, по узким ущельям, вдоль горных рек и через леса, преодолевая невообразимые трудности, холод и голод, беглецы, наконец, вскарабкавшись по леднику на горный перевал и пройдя затем по высокогорной равнине, спустились к лесу, в просветах которого сверкала широкая водная гладь. Большое озеро лежало перед ними. В его ярко-голубом зеркале отражались белоснежные громады гор, окружавшие со всех сторон. И здесь, на восточном берегу этого озера они увидели кибитки кочевников. Это были мирные скотоводы-усуни (кочевые племена Центральной и Средней Азии, жившие во II-I вв. до н. э. на территории Северного Кыргызстана и Южного Казахстана).

Местная охрана задержала Чжан Цяня и его спутников и доставила их в ставку верховного правителя этого народа племенного вождя Великого Гуньми, которая находилась на южном берегу Тюпского залива в восточной части озера в городке Чигу-чен (город Красной долины), известном как столица кочевых усуней и торговый центр Тянь-Шаня на Великом Шёлковом пути. Правитель приказал найти среди своих подданных переводчика, знавшего хуннский язык, и начал допрашивать Чжан Цяня, который показал правителю свою верительную бирку посла и рассказал ему, что они едут с мирной целью заключения союза с племенем юэчжи, ушедшим на северо-запад, за Тянь-Шань. От правителя усуней Чжан Цянь узнал, что юэчжи здесь нет, они ушли дальше на запад и искать их надо на более дальних землях, на юго-востоке, в местности, которая называется Давань (Фергана, область Узбекистана).

В заключение беседы правитель усуней предложил Чжан Цяню погостить у них. Это предложение соответствовало и желаниям Чжан Цяня, который хотел пополнить свои записи и об истории усуньского народа, ареале его проживания и об озере, которое он по-китайски назвал Же-Хай (Незамерзающее озеро). Позднее другие учёные при переводе книги Сыма Цяня «Ши цзи (Историческе записки)» перевели его как «тёплое озеро», и под таким названием оно позднее вошло во все последующие научные издания.

Обладая дипломатическими способностями и будучи довольно эрудированным человеком, Чжан Цянь очаровал правителя, и тот решил помочь ему и приказал своим конюхам выделить из своей конюшни четыре лошади — три запряжённые и одну запасную. Также им назначили проводников, которые довели их до границы и поведали Чжан Цяну о том, где следует искать юэчжи.

Идя по следам их кочевий, Чжан Цянь со спутниками и проводниками в 128 году до н. э. достигли границ древнего среднеазиатского государства Давань (Фергана), существовавшего с III в. до н. э. и занимавшего центральную и восточную часть Ферганской долины, на территории современных Узбекистана и Кыргызстана. В китайских хрониках ферганское государство именовалось Даюань, что в переводе с древнетюркского означало «очень красивое, живописное место». Персы называли это государство Согд. Но наиболее вероятна трансформация Давань — Да-юань — Ta-юань «Великий Юань», буквально — «Великие онийцы». Так китайцы называли эллинизированное население на территории Ферганской долины во время первого контакта с Парканой. Столицей Давани считался город Эрши, а правителем Давани в это время являлся Мугуа.

До путешествия Чжан Цяня китайцы, видимо, не проникали на север и запад дальше пустыни Гоби и Цайдамской впадины между Тибетом и Монголией. Правитель Давани Мугуа давно был наслышан о богатстве Ханьской империи и хотел открыть сообщение с ней, но по ряду причин не мог этого сделать. Поэтому Чжан Цяню оказали радушный приём, во время которого Цянь посоветовал даваньскому царю дать посольству сопровождающих, тогда Цянь с их помощью вернётся в Хань и оттуда привезёт богатейшие дары. Царь обрадовался и отправил Цяня с сопровождающими в ставку императора соседнего племени кангюй, которое располагалось в районе нижнего и среднего течений реки Сырдарьи. Оттуда посольство направилось к Великим юэчжи в город Фараруд (Мавераннахр). В это время там правил малолетний наследник убитого хуннами юэчжийского царя (сведения Сыма Цяня) либо его мать царица (сведения Хань Шу). Юэчжи тогда вторглись в кушанское государство, называемое по-китайски Да-Ся, то есть Бактрию (древнюю страну в верхнем и среднем течениях реки Амударьи). В тех землях юэчжи жили привольно и богато, не опасаясь набегов, забыли о войне с хунну и не захотели вмешиваться в межплеменные войны. Целый год провёл Чжан Цянь в этом племени, но заключить союз с его правителем ему так и не удалось, и тогда ничего не оставалось делать, как отправиться на родину.

В 127 году до н. э. Чжан Цянь со своими спутниками выехал с территории Да-Ся на этот раз не на запад, а на восток. Он обогнул с севера Памир через Алайскую долину и бассейн верхнего Яркенда, главного притока Тарима, и пришёл к верхнему Хотану (правый приток Тарима). Переходя от одного оазиса к другому вдоль южной окраины пустыни Такла-Макан, он вышел к огромной плоской впадине, в которой располагалось бессточное кочующее озеро Лобнор.

От Лобнора путь шёл вдоль северных склонов Алтын-Тага. И здесь Чжан Цянь снова попал в плен к хунну. Во второй раз посол пробыл в плену около года. Среди хуннской знати начались распри, правителя убили. Воспользовавшись смутой, Чжан Цянь снова бежал. В Китай Чжан Цянь вернулся в сопровождении только одного спутника — Таня, благодаря которому, по мнению китайского историка Сыма Цяня, посол остался жив и смог довести путешествие до конца. Остальные члены посольства либо остались в хуннском плену, либо погибли.

По сравнительно точным расчётам Чжан Цяня, за весь период его путешествий прошёл около 25 тысяч ли (14,2 тысячи километров). По возвращении Чжан Цянь составил подробный отчёт о своём путешествии. Позднее все добытые им исторические и прочие сведения о народах, населявших Среднюю Азию во II веке до н. э., изложил знаменитый китайский историк Сыма Цянем в тексте «Ши цзи» («Исторические записки»), в главе «Повествование о Давани».

Китайские историки с учётом реальных политических интересов своего государства и его правителей, хоть и с долей тенденциозности, с должным вниманием собирали информацию о соседях, описывали и характеризовали их политические институты, нравы, обычаи, образ жизни, культуру и поэтому имели важное значение для изучения истории народов Центральной и Средней Азии в интересах Китая.

Чжан Цянь впервые сообщил китайцам о существовании Каспийского (Северного) и Аральского (Западного) морей, правильно определил, куда текут реки Средней Азии. В отчёте содержатся сведения о западной части Азиатского материка вплоть до Персидского залива и Средиземного моря. Впервые им приведены данные об Индии, никогда ранее не упоминавшейся в китайской литературе.

Чжан Цянь наметил путь из Китая в Индию через Бирму и Ассам, через моря Юго-Восточной Азии. Через несколько веков этот маршрут действительно стал важнейшим, связывающим Китай с долиной Ганга. По нему на рубеже II и I веков до н. э. прошла южная ветвь торгового пути мирового значения — Великого Шёлкового пути из Восточного Китая в страны Средней и Западной Азии.

В дальнейшем Чжан Цянь предлагал пробиться на запад в направлении, которого он придерживался в своём путешествии, оттеснить хунну к северу и цянов к югу и установить контакт с Даванем, Юэчжи и Дася, странами богатыми и сходными по своему укладу со Срединной империей. Он надеялся склонить эти страны к подданству Китаю, «распространить китайские владения на 10 000 ли…, и… влияние Китая до четырёх морей».

В своём отчёте Чжан Цянь приводит сведения о Давани именно как о развитом государстве, подробно повествует о его государственном устройстве, населении страны, городах и ремёслах и даёт интересные сведения о комплексном скотоводческо-земледельческом хозяйстве. Особое внимание уделено тому, чем славилось государство, что считалось его гордостью и одновременно являлось предметом вожделений соседней империи Китая — это лошади особой породы. «Давань имеет хороших лошадей, они находятся в городе Эрши, их скрывают, не соглашаются дать ханьскому посланнику» — прямо пишется в источниках (Н. Кюннер).

За особые заслуги в своей деятельности Чжан Цяня повысили до придворного звания тайчжун дайфу (старшего дворцового советника), а его переводчик Тань стал особым государевым посланцем.

Немало ещё полезных деяний совершил Чжан Цянь в последующие годы, в 114 году до н. э., проведя год с небольшим на родине, он тяжело заболел и 21 июля умер. Его похоронили в родном краю в уезде Чэнгу города Ханьчжуна. Позднее над его могилой соорудили мавзолей.

Юрий БЕЛЯКОВ.






Related News

После шока

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintПосле силового срыва мирной акции 8 марта Бишкекские феминистские инициативы распространили заявление, которое собирались зачитатьRead More

Происхождение антропонима Чопан-ата

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintАнтропоним (гр. antrоpos — человек + onoma — имя) — собственное имя человека; в болееRead More

Добавить комментарий