Как сыновья датки помогли Габриэлю Бонвало

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Share on Google+
Google+
Print this page
Print

Непредсказуемо порой пересекаются судьбы совсем разных людей. Именно такое произошло в Туркестане в конце позапрошлого века. Дорогим гостем сыновей Алайской царицы стала весьма  известная персона другого континента.

А речь идет о неисправимом романтике, влюбленном в Азию, путешественнике,  подданном Франции Пьере  Габриэле Бонвало (Bonvalot). Его имя, которое  иногда пишут по-русски — Габриэль Бонвалот, своего рода синоним тяги западного исследователя на Восток. Этого искателя  приключений считают едва ли не первым из европейцев, кто добрел по  горным тропам Памира в Индию, да еще зимой. Дело было в 1886-1887 годах. По поручению французского правительства наш герой с  группой единомышленников пересек Центральную Азию, отправившись из  грузинского города Батума через Персию и Туркестан к берегам Инда. На том опасном и полном превратностей пути пилигримы встретились с сыновьями Курманджан датки. По возвращении в Париж путник оставил накопленные в дороге впечатления в одной из своих книг  «Путешествие через сердце Азии — Памир — в Индию».
Спустя сто с лишним лет, в 2011 году, вышеупомянутые путевые заметки   были изданы в Бишкеке на русском языке стараниями нашей  соотечественницы Розы Кулдаевой-Винслоу. Она перевела заметки с  английского, а в предисловии поведала читателю о своей интересной  находке: «Меня всегда интересовала история Средней Азии. Занимаясь исследованиями в одной из старейших библиотек университета  Оксфорда (штат Миссисипи), я совершенно неожиданно наткнулась на книгу, изданную в 1889 году в Париже и позже переведенную на английский  язык».
В стане алайских кыргызов
На пути в Индию французским пилигримам  довелось стать гостями Курманджан датки. Члены экспедиции встретились с ее сыновьями.   Произошло   это перед тем, как путники подходили к  Памиру через Алай, одолевая один из самых сложных участков пути. Что интересно, с младшим сыном родоправительницы — Камчибеком — Габриэль, как выяснилось, уже встречался раньше, когда тот с братьями приезжал с визитом к губернатору Ферганы. Последняя же встреча  путешественника с Камчибеком произошла за девять лет до трагической гибели сына датки, казненного, как известно, 3 марта 1895 года в Оше.
Зимой же 1886-го «алайский принц» дал путникам несколько дельных  советов, как благополучно преодолеть перевал. По словам Бонвалота, Камчибек  посоветовал: «В Талдыке не так уж много снега. Когда пройдете Каракол, следуйте вдоль ручьев и постарайтесь избегать встреч с жителями Назирсахиба, которые занимаются грабежами. Кроме того, они сразу же  известят афганцев о вашем прибытии. И будьте осторожны у китайских  постов Ран Коля».
Именно по совету Камчибека путешественники продали  своих коней и купили более надежных в тех условиях алайских лошадок. Далее группа  основательно подготовилась к памирским морозам, которые, по  словам Бонвалота, «ничем не лучше сибирских». В этом месте повествования  содержится ценный этнографический материал, поскольку автор со знанием  дела описывает традиционные зимние обувь и одежду алайских кыргызов.
Путешественникам пришлось потратиться и на всякого рода подарки. «Мы усвоили главную заповедь любого путешественника — необходимо  держать в одном кармане оливковую ветвь, а в другом — пистолет. В  качестве оливковой ветви у нас были в запасе туркестанские халаты — так  называемые чапаны, чай и сахар. Кыргызы очень уважают такие  подарки».
В книге автор не поскупился на описание жизни и быта алайцев и даже  системы их самоуправления: «Кара-кыргызы Алая управляются четырьмя  избранными главами. Все они являются родными братьями и с большим  почтением относятся к своей матери». Скорее всего, как отмечает в сноске  переводчик текста, здесь речь идет о Курманджан датке и ее сыновьях —  Махмудбеке, Хасанбеке, Батырбеке и Камчибеке.
К слову, путешественник успел достаточно хорошо ознакомиться с  некоторыми обычаями и даже языком местных кыргызов.  В путевых заметках читатель найдет упоминание о ежедневном утреннем намазе — исламской молитве кочевников-мусульман, а также об используемых ими  поговорках.
…Но вернемся к описанию памятной встречи алайцев с Бонвалотом. По его  словам, «братья получили от местных властей полномочия по сбору налогов.  Они пользуются большим авторитетом и уважением среди местного  населения и имеют большое влияние на царскую администрацию. По нашей  просьбе братья прибыли в Ош для встречи и обсуждения нашего  путешествия».  Главным консультантом  экспедиции по совету  братьев стал Сыдык, один из джигитов старшего сына Курманджан датки — Абдуллабека, который, по словам автора заметок, в свое время сражался  против генерала   Скобелева, потерпел поражение, бежал в Кабул, где и умер. Сыдык, верный соратник Абдуллабека, сопровождал его на протяжении всего  пути в Афганистан через Памир.
По совету Сыдыка путники в начале марта начали опасное восхождение. Через два дня члены экспедиции двинулись к перевалу Ак-Босого,  расположенному у подножья горного хребта Талдык, и благополучно добрались до Алая. Назвав  эту местность «шлагбаумом на подступах к Памиру», Г. Бонвалот не забыл  указать вершины Кауфмана и Кызыл Акын. Не пожалел он  ярких эпитетов для описания открывшейся его взору картины: «Все вокруг  переливается и сверкает, снег искрится, как роскошная бриллиантовая  россыпь, в которой отражаются миллионы солнечных лучей. Из-под ног поднимаются клубы снежной пыли, как золотистая россыпь драгоценных  камней».
Испытание
Памиром
Как бы то ни было, члены экспедиции 23 марта миновали Ляйляк, побывав  на «летнем стойбище кара-кыргызов». Там на следующий день они отпустили часть своих провожатых-кыргызов восвояси. «Ребята  все это время хорошо служили нам, но подошло время отправлять их назад. Мы щедро отблагодарили их, устроив пышный ужин.  Лидер группы кыргызов по имени Баиш, молодой и энергичный, попросил у  меня «кагаз» — бумагу о  хорошей службе. Они  хотят двинуться назад, пока  снежный шторм не закрыл путь к Алаю. Я с удовольствием  дал ему эту бумагу, а также передал письма  к своим друзьям. Кроме того, раздали всем  подарки за хорошую службу…  Мы пожали им руки, тепло попрощались, и вскоре они тоже исчезли из виду. Их  уход вызвал у нас глубокую печаль. Мы всем сердцем прикипели к  этим  мужественным, смелым и отчаянным людям».
Добавим, что во многом благодаря помощи алайцев Габриэль Бонвалот благополучно добрался  до Индии: 26 мая достиг Читрала и повернул к  Мастажу. А через три месяца был уже в Кашмире.
Встреча с алайцами осталась в богатой на приключения жизни французского путешественника одним из наиболее ярких и самых запоминающихся эпизодов.

Владимир ПЛОСКИХ,
академик.

Добавить комментарий