«Живы. Выдержим. Победим»

1234Такие слова высечены на памятнике блокадникам Ленинграда в Бишкеке, который был открыт в 2012 году. Гитлеровский план  захвата СССР «Барбаросса» предполагал молниеносное, почти парадное покорение страны. Ленинград был одним из важнейших направлений наступления, он открывал фашистам дорогу на Москву. Главари нацистов не сомневались в быстром успехе, а фюрер даже заявил: «Через три недели мы будем в Петербурге».

1В жизнь одиннадцатилетней Надюши Лебедевой война ворвалась внезапно, навсегда разрушив беззаботное детство. Папа отправил ее с мамой и грудным еще братиком отдыхать на дачу. Пока мама возилась в доме, Надя побежала с подругой играть в огород: лето, солнце, цветы. Они уселись на садовую лавочку и о чем-то болтали, когда вдруг  услышали нарастающий рев. Внезапно над головами девочек появился самолет, он пролетел так низко, что Надежда сказала подруге: «Смотри, странно — у наших самолетов красные звезды, а тут какие-то кресты…».
Крылатая машина унеслась, а девчонки продолжили свои игры, но через некоторое время самолет вновь подлетел к ним. На этот раз дети даже разглядели лицо улыбающегося пилота. Вдруг рядом прозвучал какой-то треск и свист, и девочки разом упали со скамейки. Как потом уже поняла Надя, истребитель дал очередь по ножкам скамьи, где сидели дети, та поломалась, и девчонки оказались на земле. Сквозь уносящийся рев они услышали, как мама Нади несется к ним и кричит, чтобы они скорей бежали домой. Так началась для моей героини война…
Великий город, колыбель трех революций, стратегический населенный пункт, морская гавань СССР, прекрасный город на Неве оказался недоступным  для вооруженного до зубов врага. В июле 1941-го начальник штаба верховного главнокомандования Германии Кейтель говорил руководителям армий группы «Центр»: «Ленинград необходимо быстро отрезать и взять измором». В своих воспоминаниях легендарный советский военачальник маршал Г. Жуков потом напишет: «Ленинград оказался первым стратегическим объектом на пути вермахта, который он не смог взять»…
1Вернувшись в Ленинград, они с мамой и младшим братишкой застали необычайную суматоху. Ленинградцы эвакуировались из осаждаемого врагами города. «Папа сказал, что нам надо немедленно уезжать к бабушке в деревню, это было где-то рядом со станцией Торопец, точнее и не скажу, — вспоминает Надежда Ивановна Мадраимова (в замужестве). — А кругом крик, плач, суета. Я, помню, держала братишку на руках, а мама собирала наспех вещи. Мы отправились на вокзал, а папа остался работать в Ленинграде. Он трудился на Обуховском металлургическом, машиностроительном заводе «Большевик».
Взять «быстро и измором» Ленинград фашистам было важно не только из идеологических соображений, ведь здесь началась история советского государства, но и потому, что только там  выпускали  тяжелые танки. А через морской порт города на Неве поставлялось все, что было необходимо обороняющейся стране.
«Помню, что проехали мы с мамой в поезде совсем недолго, и тут начали бомбить так, что просто кошмар… — рассказывает Надежда Ивановна. — Эшелон разбомбили, кругом огонь, крики, страх, уже трупы валяются повсюду… Как выбрались живыми? Не знаю. Но мы потом пешком пробирались назад, домой».
С лета 1941-го и до конца декабря 1942 года в советскую Киргизию было эвакуировано почти 140 тысяч человек, из них более 16 тысяч прибыло из блокадного Ленинграда. Из западных регионов России — 41 эвакуированный детский дом и 3 438 воспитанников. Многих приютили кыргызские семьи, приняв как родных детей.
В 2012 году 8 мая в Бишкеке открыли памятник блокадникам и помогавшим выжить детям блокады кыргызстанцам. Это заслуга Общества блокадников Кыргызстана во главе с Анной Алексеевной Кутановой, внес свою лепту и Президент страны. В нашем первом интервью с А. Кутановой блокадница призналась: «Главное дело моей жизни — поставить мемориал. Ведь это благодарность от всех ленинградцев народу и земле Кыргызстана».
Почти все соседи их коммуналки уехали, а отец Надежды очень переживал, что его семья не успела покинуть осажденный Ленинград. «Он круглые сутки работал на заводе, а мы с мамой остались дома», — говорит блокадница. Даже ребенком она помнила, что вскоре сгорели дотла деревянные городские Батаевские склады. С едой становилось все труднее. Они с мамой ходили к отцу на завод, и он выносил свою сэкономленную рабочую пайку, чтобы хоть немного их поддержать…
«Каждый раз он говорил маме, чтобы она при первой же возможности выбралась из города и ехала жить к матери в деревню. «Иначе здесь с детьми не выжить», — всплывают в памяти Надежды слова отца. Так для моей героини началась блокада.
Из официальных документов известно, что на 21 июня 1941 г. в Ленинграде имелось муки, включая зерно на  портовых элеваторах, на 52 дня, крупы — на 89, мяса — на 38, масла животного — на 47, масла растительного — на 29 дней.
Надежда с мамой по очереди ходили за хлебом — кому-то надо было оставаться с братишкой. За скудной пайкой, которую за время блокады урезали трижды — с 500 граммов  до 250 (для иждивенцев), надо было стоять целый день. А на лютом морозе это было особенно тяжело. «Вокруг то и дело падали замертво люди, — вспоминает Надежда Ивановна, — а поднять их было некому, потому что все обессилели… Многие так и погибали, замерзая на улицах».
Однажды, когда Надя стояла в очереди, началась бомбежка, от внезапного грохота девочка оглохла. Спрятаться от бомбежки она успела, а вот слух в одном ухе так больше и не восстановился…
Первые снаряды разорвались в Ленинграде 4 сентября 1941 г. До конца года противник выпустил по городу более 30 тыс. снарядов, а за весь период блокады — около 150 тыс. Всего за время блокады на Ленинград было сброшено более 107 тыс. зажигательных и фугасных бомб.
До февраля 1942-го их с мамой поддерживал своей пайкой отец. Однажды они пришли к нему на завод, а им сообщили, что папы больше нет. Так для моей героини навсегда закончилось детство…
В зимние, самые тяжелые месяцы блокады Ленинграда жители Киргизии помогали городу-герою продуктами и теплыми вещами. В 1942 году менее чем за две недели было собрано и отправлено в Ленинград 48 вагонов продуктовой помощи, теплой одежды. Потом еще три таких эшелона пробирались в осажденный город, который поддерживали тогда всей страной.
«Мама пошла помогать солдатам, которые обороняли Ленинград. Она стирала им одежду, штопала, а за это они делились с ней своим воинским пайком, — говорит Н. Мадраимова. — Из своего блокадного детства помню, что сидела с братишкой на руках, пытаясь согреться, и мечтала о кусочке хлеба, больше ни о чем. Да еще страх помню. Когда начинались бомбежки, мы спускались в убежище».
Голод заставлял и детей быть изобретательными и смелыми. Как вспоминает моя героиня, однажды они со сверстниками отправились на ближайшие заброшенные дачи недалеко от Ленинграда. Мама, понятно, об этом и не знала. Там на огородах остались с лета какие-то плоды, картошка мороженая, капуста, тоже основательно подмерзшая. Вот это они и хотели добыть. Надюша так увлеклась, рада была, что поможет маме, и вдруг, подняв голову, увидела немецкого солдата, сидевшего в окопе.
«Он посмотрел на меня, а потом резко махнул рукой: мол, иди отсюда! Я так перепугалась, что бросилась бежать. Окликнула всех, и мы наутек пустились домой. Больше не ходили по огородам…».
Линия фронта проходила в четырех-семи  километрах от границ Ленинграда. Гитлеровцы всеми возможными способами старались стереть осажденный город с лица земли, но он выстоял!
Когда сняли блокаду, радость была невероятной. Откуда у обессиленных голодом, холодом, военными испытаниями людей взялись силы — непонятно… А  только все кругом кричали, плакали от радости и даже прыгали от счастья. Маленькие дети тоже понимали: они выжили!
Во время войны в Киргизию были эвакуированы некоторые предприятия, социальные и культурные учреждения. Во многом благодаря еще довоенной помощи  ленинградских специалистов в республике заработала горнодобывающая отрасль. В том числе Кадамджайский и Хайдарканский комбинаты, пенько-джутовая фабрика и прочее. Так что наши связи с городом на Неве куда более тесные, чем можно себе представить…
После частичного снятия блокады, когда появилась возможность выбраться из города, Надя с мамой отправились к бабушке. Добирались в основном пешком. «Нас предупреждали, — уточняет Н. Мадраимова, — чтобы мы были осторожны, потому что в лесах еще скрывались фашисты… Но мы как-то добрались. У бабушки стало куда сытнее, мы уже ели картошку. Только взрослые запрещали нам много есть: мы же почти три года голодали…».
Однажды бабушка отправила Надежду за водой к колодцу. Девочка наклонилась, зачерпнула воды и стала вытаскивать ведро, как кто-то схватился за него. Она подняла голову и увидела немецкого офицера. Тот улыбался, потом осторожно погладил девочку по голове, протянул ей конфетку, взял ведро и понес. Она, онемев от неожиданности, жестом показала, куда надо его нести…
«А ночью были страшная стрельба, огонь, взрывы, грохот, — вспоминает моя героиня. — Взрослые говорили, что это наши добивали немцев, прятавшихся вокруг в лесах. Больше с немецкими солдатами мы не встречались». Когда после блокады вернулись в Ленинград, оказалось, что дом, где они жили, разбомбили. «Так что, если бы мы не уехали тогда к бабушке, — размышляет Надежда Ивановна, — может, и погибли бы все…». Так для нее закончилась война.
В Киргизию Надежда Ивановна приехала в 50-е годы: она вышла замуж за нашего парня, который учился в Ленинграде. Турсунбек Мадраимов работал прокурором, у них родились двое детей. Муж всю жизнь помнил, что пережила его жена в войну. «Он даже, когда замуж меня позвал, сказал: «Ты же никогда не пробовала яблок, дынь, арбузов, а у нас все это есть, поехали!  — смеясь, рассказывает Надежда Ивановна. — Оберегал, кормил меня, а я так и не поправилась, худенькой осталась».
Надежда успела получить в Ленинграде профессию ткачихи, но муж работать ее не пустил. Он и родственникам своим, которые  воспротивились было поначалу невесте с севера, заявил: «Она пережила такие ужасы, ей так несладко пришлось в ее юные годы, что я никому не позволю ее обидеть!..»
Председатель Общества блокадников Анна Алексеевна Кутанова как-то сказала мне: «Блокадник — это высокое звание!», а я подумала: «Да… Потому что блокадники — это самый веский ответ всей фашистской идеологии!».
Сегодня, когда в некоторых странах пытаются реанимировать «коричневую заразу», заигрывают с современными наци, пытаются сделать из правых ультра рычаг политических манипуляций, хочется напомнить: никогда для нас фашизм не будет ассоциироваться ни с чем, кроме насилия, ужаса, крови и войны! И блокадники знают это как никто.  Потому и высекли на памятнике: «Живы. Выдержим. Победим»!

Чинара АСАНОВА.
Фото автора. 

 

 

"СК"

Издательский дом "Слово Кыргызстана"

Добавить комментарий