Мир и религия в Центральной Азии. Как сейчас выясняется, они тесно взаимосвязаны

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

     После  распада СССР  Кыргызстан сформировал наиболее либеральное пространство для развития религиозных  процессов. Соседние республики, напротив, заняли более жесткую позицию, пытаясь оградить от зарубежного влияния и предупредить появление радикальных  экстремистских группировок, действующих от имени ислама. Но парадокс: сегодня в регионе нет ни одного государства, откуда бы не выезжала молодежь для участия в боевых действиях на Ближнем Востоке под знаменами ИГИЛ или других террористических формирований. Кстати, первой по количеству граждан, воюющих в рядах боевиков в Сирии, значится в обнародованном недавно казахстанскими политологами списке Туркмения, власти которой долгие годы вели закрытую политику и вроде  как не оставили никаких надежд  для формирования и деятельности радикалов. Первым в этом списке идет Узбекистан, где в свое время сразу же объявили войну «Хизб ут-Тахриру» и подобным ему организациям.  Кыргызстан по количеству рекрутов  занимает пятое место.

1     На состоявшейся недавно в Бишкеке международной конференции «Мир и религия в Центральной Азии» проанализировали ситуацию во всех республиках  региона, рассмотрели, как складываются отношения между государствами и конфессиями, и дали ответы на вопросы, какие меры  должны быть приняты государственными структурами и духовенством законно действующих религиозных организаций, чтобы общества не пошли на поводу  у новоявленных миссионеров, чтобы страны региона не повторили судьбу Сирии или Ирака. Как мы сообщали, конференция была организована Госкомиссией по делам религий Кыргызстана, Центром исследований Центральной Азии  (ORASAM) Кыргызско-Турецкого университета «Манас» и Управлением по делам турков, живущих за рубежом, и родственных (тюркских) сообществ при правительстве Турции.
Шаислам АКМАЛОВ, доктор политологии (Ташкентский исламский университет), изучив ситуацию в республиках региона, пришел к выводу, что здесь наработан ценный опыт формирования разумного баланса между религией и государством в новых условиях развития, сформирован и усовершенствован рациональный подход к роли и месту религиозных институтов. За этот период (с некоторым опозданием в отдельных странах)  создали систему законодательства, регулирующую практически весь спектр государственно-конфессиональных отношений, государство взяло на себя охрану легальной деятельности религиозных объединений, гарантию свободы религии и вероисповедания, обеспечивая равенство религиозных организаций перед законом. По мнению ученого, республики Центральной Азии уникальны в конфессиональном плане: среди многонационального населения есть последователи всех мировых религий. Однако обстановка в разных странах складывается далеко неоднозначная,  обусловленная в том числе «сохранением своеобразных,  иногда резко отличающихся друг от друга подходов политического истеблишмента государств к регулированию всего комплекса проблем в данной сфере». Это наряду с определенными факторами сохраняет угрозу общественно-политической стабильности. Поэтому, несмотря на относительно крепкую взаимосвязь общества и государства, некоторая часть молодежи выезжает, в основном нелегально, в арабские и другие страны, вливаясь в ряды «борцов за веру». Существующее положение дел в Центральной Азии на  фоне общественно-политических проблем в арабских государствах, особенно в свете обострения суннитско-шиитского противостояния, эпицентр которого сейчас находится на Ближнем Востоке (Сирия, Ирак, Ливан), может стать реальной глобальной угрозой XXI века, способной оказать  негативное воздействие на дальнейшее развитие внутриполитической, межконфессиональной и межэтнической ситуации в регионе, считает Шаислам Акмалов. Вполне возможно, что внешние силы используют религиозный  фактор для дестабилизации ЦА. В этой связи необходимо постоянно мониторить и в необходимых случаях принимать контрмеры. В числе первых шагов ученый советует сформировать в странах региона единые оценки и подходы в отношении религиозных течений. Например,  к «Таблиги джамаат», оно объявлено вне закона в России, Казахстане, Узбекистане и Таджикистане, но не запрещено в Кыргызстане, где считается, что это течение не создает угроз безопасности.
Доктор исторических наук Аширбек МУМИНОВ, заведующий кафедрой религиоведения Евразийского национального университета имени Л. Н. Гумилева (Астана), поделился результатами своего исследования о том, как наводились на разных этапах мосты между государством и исламской общиной. В результате он пришел к выводу, что в стабильности этих взаимоотношений  (равно как и в дестабилизации) ключевую роль могут играть  религиозные авторитеты.
Молодой кыргызстанский аналитик Роман ВЕЙЦЕЛЬ, работающий в Институте стратегического анализа и прогноза при КРСУ, рассмотрел перспективы влияния  «Исламского государства» (ИГИЛ) на страны Ферганской долины. Идеология этого движения серьезно отличается от идеологии предшествующих группировок и является более опасной, она может объединить другие религиозно-экстремистские организации на новой основе и усилить совокупный потенциал. На самом деле идеология ИГИЛ входит в прямое противоречие с нормами шариата и дискредитирует его. Выезд для участия  в боевых действиях позволяет  сформировать «кыргызские», «казахские» и т.д. джамааты на территориях других стран и образ привлекательного, альтернативного по отношению к национальным правительствам стран Центральной Азии общественного устройства. Имея значительные финансовые средства, ИГИЛ тратит значительные  суммы на пропаганду в Интернете, используя дорогой монтаж. Геополитическая ситуация  вокруг этой группировки, в особенности тот факт, что она, несмотря на  бомбардировки, продолжает торговать нефтью на захваченных месторождениях в Сирии и Ираке, получая ежедневно $1 — 1,4 миллиона прибыли, порождает много вопросов относительно того, будет ли она разгромлена.
По убеждению Романа Вейцеля, ИГИЛ представляет  реальную угрозу для Центральной Азии, в частности, для Ферганской долины. Как противодействовать? Необходима комплексная системная работа государственных структур с привлечением экспертного сообщества, говорит он. В первую очередь нужно глубоко изучить проблему, в том числе выявить идеологические и социально-экономические мотивы, по которым кыргызстанцы подаются в рекруты. Определить в идеологии ИГИЛ сильные и слабые места, затем разработать системную аргументацию по ее дискредитации, опираясь как на конкретные суры  Корана, так и на примеры грубого попрания норм шариата представителями этой группировки.
Религиовед, кандидат философских наук Денис БРУСИЛОВСКИЙ (Бишкек) считает, что нужно поощрять плодотворный межкультурный и межрелигиозный диалог среди энергичной и инициативной молодежи, который возвышает и облагораживает ее. Он также обращает внимание: «В динамике культуры  нашего времени обнаруживается не только последовательное возрастание культа духовности, но и вытеснение человека за границы духовности. Речь идёт о том, что мы всё больше понимаем духовность только как Божественное, церковное, относящееся к духовенству. Иначе говоря, противоположное светскому. И забываем о первом значении этого слова. Известно, что духовность относится к умственной деятельности, к области духа. Поэтому право на духовное существование есть право на образование. Не следует забывать, что материалистическое мировоззрение является такой же опорой и надёжной защитой единственной подлинно существующей духовности, как и вера в Бога».
Как «стабильная, но потенциально сложная» оценивается религиозная ситуация в Кыргызстане в результате анализа, проведенного Научно-исследовательским институтом стратегических исследований при правительстве КР. Как рассказала кандидат политических наук Нургуль ЭСЕНАМАНОВА,  принимавшая участие в этом исследовании, главной особенностью нынешней обстановки в Кыргызстане является тот факт, что здесь обретают своих последователей почти все пришедшие извне религиозные течения, а геополитическое расположение во многом определяет религиозные процессы, происходящие в  стране.
Сегодня у нас в стране существуют тренды, пришедшие из Турции, Саудовской Аравии, Сирии, Ирана, западных стран и с Индийского полуострова. Особого внимания  (как в КР, так и во всей Центральной Азии) требуют радикальные движения, течения салафизма  (псевдосалафитские) и религиозно-политическая партия «Хизб ут-Тахрир», которые имеют центры внешнего управления в Саудовской Аравии и Сирии. Они не признают местных ученых и мазхабы, а получают фетвы от популярных интернет-шейхов из других стран. Местные священнослужители не являются для них авторитетом, и они постоянно вступают в полемику с представителями других джамаатов. На данный момент многие экстремистские, террористические идеологии приходят из российских городов, таких как Екатеринбург, Астрахань. Влияние также идет из Казахстана, где радикальный салафизм сильно активизировался и постепенно обретает более агрессивные, силовые формы. Привлекательность радикальных салафитских идей и лозунгов «Хизб ут-Тахрира» в России, Казахстане и Кыргызстане заключается в их протестной риторике и в том, что у этих организаций есть ответы на вопросы. Названные силы в Кыргызстане активно работают в среде  заключенных и все больше завлекают в свои ряды женщин.
Вопреки оппонирующим аналитикам из других стран (например Шаисламу Акмалову), Нургуль Эсенаманова пришла к выводу, что сложившаяся в Кыргызстане модель взаимоотношений государства и религии может служить примером для других стран региона: «Уникальность ее заключается в том, что здесь, несмотря на некоторые проблемные зоны, уживаются практически все религиозные течения, организации, государство в достаточной мере обеспечивает свободу совести. Ему всего лишь требуется сделать некоторые процессы регулируемыми и быть всегда в диалоге с умеренными религиозными организациями». Главным фактором сохранения безопасности в сфере религии обязано быть само государство, говорит Нургуль Эсенаманова. Оно должно не только ждать от религии вклада в развитие общества, духовно-нравственного потенциала, но и само  создавать условия для ее развития, то есть должны  быть паритетные отношения. Более того, нужно принять закон «О социальном партнерстве», в котором следует конкретизировать порядок допустимой и возможной меры взаимодействия государства и традиционных религиозных объединений, а также необходимой и должной меры их взаимной изоляции и разделения. В то же время обществу, особенно молодежи, надо давать четкую, авторитетную, обоснованную информацию о радикальных, экстремистских организациях, об их отличиях и угрозах.

Дина РАИМБЕКОВА.
Снимки предоставлены организаторами конференции.

 

Добавить комментарий