Мир и религия в Центральной Азии. Как сейчас выясняется, они тесно взаимосвязаны

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Share on Google+
Google+
Print this page
Print

     После  распада СССР  Кыргызстан сформировал наиболее либеральное пространство для развития религиозных  процессов. Соседние республики, напротив, заняли более жесткую позицию, пытаясь оградить от зарубежного влияния и предупредить появление радикальных  экстремистских группировок, действующих от имени ислама. Но парадокс: сегодня в регионе нет ни одного государства, откуда бы не выезжала молодежь для участия в боевых действиях на Ближнем Востоке под знаменами ИГИЛ или других террористических формирований. Кстати, первой по количеству граждан, воюющих в рядах боевиков в Сирии, значится в обнародованном недавно казахстанскими политологами списке Туркмения, власти которой долгие годы вели закрытую политику и вроде  как не оставили никаких надежд  для формирования и деятельности радикалов. Первым в этом списке идет Узбекистан, где в свое время сразу же объявили войну «Хизб ут-Тахриру» и подобным ему организациям.  Кыргызстан по количеству рекрутов  занимает пятое место.

1     На состоявшейся недавно в Бишкеке международной конференции «Мир и религия в Центральной Азии» проанализировали ситуацию во всех республиках  региона, рассмотрели, как складываются отношения между государствами и конфессиями, и дали ответы на вопросы, какие меры  должны быть приняты государственными структурами и духовенством законно действующих религиозных организаций, чтобы общества не пошли на поводу  у новоявленных миссионеров, чтобы страны региона не повторили судьбу Сирии или Ирака. Как мы сообщали, конференция была организована Госкомиссией по делам религий Кыргызстана, Центром исследований Центральной Азии  (ORASAM) Кыргызско-Турецкого университета «Манас» и Управлением по делам турков, живущих за рубежом, и родственных (тюркских) сообществ при правительстве Турции.
Шаислам АКМАЛОВ, доктор политологии (Ташкентский исламский университет), изучив ситуацию в республиках региона, пришел к выводу, что здесь наработан ценный опыт формирования разумного баланса между религией и государством в новых условиях развития, сформирован и усовершенствован рациональный подход к роли и месту религиозных институтов. За этот период (с некоторым опозданием в отдельных странах)  создали систему законодательства, регулирующую практически весь спектр государственно-конфессиональных отношений, государство взяло на себя охрану легальной деятельности религиозных объединений, гарантию свободы религии и вероисповедания, обеспечивая равенство религиозных организаций перед законом. По мнению ученого, республики Центральной Азии уникальны в конфессиональном плане: среди многонационального населения есть последователи всех мировых религий. Однако обстановка в разных странах складывается далеко неоднозначная,  обусловленная в том числе «сохранением своеобразных,  иногда резко отличающихся друг от друга подходов политического истеблишмента государств к регулированию всего комплекса проблем в данной сфере». Это наряду с определенными факторами сохраняет угрозу общественно-политической стабильности. Поэтому, несмотря на относительно крепкую взаимосвязь общества и государства, некоторая часть молодежи выезжает, в основном нелегально, в арабские и другие страны, вливаясь в ряды «борцов за веру». Существующее положение дел в Центральной Азии на  фоне общественно-политических проблем в арабских государствах, особенно в свете обострения суннитско-шиитского противостояния, эпицентр которого сейчас находится на Ближнем Востоке (Сирия, Ирак, Ливан), может стать реальной глобальной угрозой XXI века, способной оказать  негативное воздействие на дальнейшее развитие внутриполитической, межконфессиональной и межэтнической ситуации в регионе, считает Шаислам Акмалов. Вполне возможно, что внешние силы используют религиозный  фактор для дестабилизации ЦА. В этой связи необходимо постоянно мониторить и в необходимых случаях принимать контрмеры. В числе первых шагов ученый советует сформировать в странах региона единые оценки и подходы в отношении религиозных течений. Например,  к «Таблиги джамаат», оно объявлено вне закона в России, Казахстане, Узбекистане и Таджикистане, но не запрещено в Кыргызстане, где считается, что это течение не создает угроз безопасности.
Доктор исторических наук Аширбек МУМИНОВ, заведующий кафедрой религиоведения Евразийского национального университета имени Л. Н. Гумилева (Астана), поделился результатами своего исследования о том, как наводились на разных этапах мосты между государством и исламской общиной. В результате он пришел к выводу, что в стабильности этих взаимоотношений  (равно как и в дестабилизации) ключевую роль могут играть  религиозные авторитеты.
Молодой кыргызстанский аналитик Роман ВЕЙЦЕЛЬ, работающий в Институте стратегического анализа и прогноза при КРСУ, рассмотрел перспективы влияния  «Исламского государства» (ИГИЛ) на страны Ферганской долины. Идеология этого движения серьезно отличается от идеологии предшествующих группировок и является более опасной, она может объединить другие религиозно-экстремистские организации на новой основе и усилить совокупный потенциал. На самом деле идеология ИГИЛ входит в прямое противоречие с нормами шариата и дискредитирует его. Выезд для участия  в боевых действиях позволяет  сформировать «кыргызские», «казахские» и т.д. джамааты на территориях других стран и образ привлекательного, альтернативного по отношению к национальным правительствам стран Центральной Азии общественного устройства. Имея значительные финансовые средства, ИГИЛ тратит значительные  суммы на пропаганду в Интернете, используя дорогой монтаж. Геополитическая ситуация  вокруг этой группировки, в особенности тот факт, что она, несмотря на  бомбардировки, продолжает торговать нефтью на захваченных месторождениях в Сирии и Ираке, получая ежедневно $1 — 1,4 миллиона прибыли, порождает много вопросов относительно того, будет ли она разгромлена.
По убеждению Романа Вейцеля, ИГИЛ представляет  реальную угрозу для Центральной Азии, в частности, для Ферганской долины. Как противодействовать? Необходима комплексная системная работа государственных структур с привлечением экспертного сообщества, говорит он. В первую очередь нужно глубоко изучить проблему, в том числе выявить идеологические и социально-экономические мотивы, по которым кыргызстанцы подаются в рекруты. Определить в идеологии ИГИЛ сильные и слабые места, затем разработать системную аргументацию по ее дискредитации, опираясь как на конкретные суры  Корана, так и на примеры грубого попрания норм шариата представителями этой группировки.
Религиовед, кандидат философских наук Денис БРУСИЛОВСКИЙ (Бишкек) считает, что нужно поощрять плодотворный межкультурный и межрелигиозный диалог среди энергичной и инициативной молодежи, который возвышает и облагораживает ее. Он также обращает внимание: «В динамике культуры  нашего времени обнаруживается не только последовательное возрастание культа духовности, но и вытеснение человека за границы духовности. Речь идёт о том, что мы всё больше понимаем духовность только как Божественное, церковное, относящееся к духовенству. Иначе говоря, противоположное светскому. И забываем о первом значении этого слова. Известно, что духовность относится к умственной деятельности, к области духа. Поэтому право на духовное существование есть право на образование. Не следует забывать, что материалистическое мировоззрение является такой же опорой и надёжной защитой единственной подлинно существующей духовности, как и вера в Бога».
Как «стабильная, но потенциально сложная» оценивается религиозная ситуация в Кыргызстане в результате анализа, проведенного Научно-исследовательским институтом стратегических исследований при правительстве КР. Как рассказала кандидат политических наук Нургуль ЭСЕНАМАНОВА,  принимавшая участие в этом исследовании, главной особенностью нынешней обстановки в Кыргызстане является тот факт, что здесь обретают своих последователей почти все пришедшие извне религиозные течения, а геополитическое расположение во многом определяет религиозные процессы, происходящие в  стране.
Сегодня у нас в стране существуют тренды, пришедшие из Турции, Саудовской Аравии, Сирии, Ирана, западных стран и с Индийского полуострова. Особого внимания  (как в КР, так и во всей Центральной Азии) требуют радикальные движения, течения салафизма  (псевдосалафитские) и религиозно-политическая партия «Хизб ут-Тахрир», которые имеют центры внешнего управления в Саудовской Аравии и Сирии. Они не признают местных ученых и мазхабы, а получают фетвы от популярных интернет-шейхов из других стран. Местные священнослужители не являются для них авторитетом, и они постоянно вступают в полемику с представителями других джамаатов. На данный момент многие экстремистские, террористические идеологии приходят из российских городов, таких как Екатеринбург, Астрахань. Влияние также идет из Казахстана, где радикальный салафизм сильно активизировался и постепенно обретает более агрессивные, силовые формы. Привлекательность радикальных салафитских идей и лозунгов «Хизб ут-Тахрира» в России, Казахстане и Кыргызстане заключается в их протестной риторике и в том, что у этих организаций есть ответы на вопросы. Названные силы в Кыргызстане активно работают в среде  заключенных и все больше завлекают в свои ряды женщин.
Вопреки оппонирующим аналитикам из других стран (например Шаисламу Акмалову), Нургуль Эсенаманова пришла к выводу, что сложившаяся в Кыргызстане модель взаимоотношений государства и религии может служить примером для других стран региона: «Уникальность ее заключается в том, что здесь, несмотря на некоторые проблемные зоны, уживаются практически все религиозные течения, организации, государство в достаточной мере обеспечивает свободу совести. Ему всего лишь требуется сделать некоторые процессы регулируемыми и быть всегда в диалоге с умеренными религиозными организациями». Главным фактором сохранения безопасности в сфере религии обязано быть само государство, говорит Нургуль Эсенаманова. Оно должно не только ждать от религии вклада в развитие общества, духовно-нравственного потенциала, но и само  создавать условия для ее развития, то есть должны  быть паритетные отношения. Более того, нужно принять закон «О социальном партнерстве», в котором следует конкретизировать порядок допустимой и возможной меры взаимодействия государства и традиционных религиозных объединений, а также необходимой и должной меры их взаимной изоляции и разделения. В то же время обществу, особенно молодежи, надо давать четкую, авторитетную, обоснованную информацию о радикальных, экстремистских организациях, об их отличиях и угрозах.

Дина РАИМБЕКОВА.
Снимки предоставлены организаторами конференции.

 

Добавить комментарий