Часть IV. Какие деньги — такие мы

(Продолжение. Начало в № № 24, 25, 28)

Мы склонны считать основные характеристики денежной системы неизменными, само собой разумеющимися. Оставаясь в рамках стереотипов, не способны увидеть тайную пружину, приводящую в движение такую привычную денежную систему, в поисках решения своих насущных проблем. А насущные проблемы таковы, что пора разобраться в наших заблуждениях насчет денег и разбить привычные стереотипы, после этого появится возможность для качественно нового понимания: как нам сосуществовать с деньгами. Речь идет не о том, как «делать» деньги, вкладывать или тратить их. Речь — об иной концепции денег, показывающей, как различные денежные системы формируют различные общества. О том, какая денежная система приемлема для наших условий и менталитета. О том, почему фундаментальные изменения денежной системы неминуемы.

Изменения стали неизбежными по различным причинам. Во-первых, век информатизации обещает быстро и существенно изменить и нашу экономику, и наши платежные привычки. Объединив эту эволюционную тенденцию с ударами финансовой неустойчивости, увидим, что доллар, евро и все другие валюты разных стран — такие же реликты прошлого, как кусок рубленого золота или перламутровая раковина в качестве средства обмена в древние времена.

Одним словом, в царстве денег надвигаются изменения, постепенные или революционные, катастрофические, но обязательно существенные и всемирные. Они уже идут. Все события, происходящие на земле, исходят из этих изменений или из намерения их провести. Нынешняя эскалация геополитической и геоэкономической напряженности — из этого ряда.

Мир разделился на две части: тех, кто пытается сохранить статус-кво, и тех, кто жаждет перемен. Этому посвящены все последние саммиты G-20 и экономические форумы в Давосе.

Когда человек неподготовлен к переменам и нет никакой системы оповещения и безопасности, такое не сравнимое ни с чем преобразование мира очень пугает. Вспомните себя в период стремительного развала СССР и перехода на рыночные отношения — шок присутствует до сих пор в нашем сознании. Однако изменения неизбежны.

Роль Кыргызстана в глобальных процессах, конечно, ничтожна, но это не освобождает нас от необходимости быть в теме и принимать адекватные меры.

Вместе с тем неотвратимое преобразование мира предлагает нам и беспрецедентные возможности, несмотря на тревоги, которые оно, конечно, несет. Если мы выявим то, что ныне скрыто от нас, и расширим наши представления о деньгах, то получим новые эффективные инструменты, которые сможем использовать, чтобы сделать явным невидимый ныне диапазон критических проблем общества. Деньги — фундаментальная движущая сила во всем мире. Когда изменяется денежная система, изменяется нечто большее. Фундаментальные преобразования в этой сфере принесут возможность инноваций, выходящих за пределы всего, что мы могли хотя бы вообразить.

Способ, которым деньги создаются и управляются в каждом обществе, накладывает глубокий отпечаток на всю систему ценностей и отношений в нем. Конкретнее, тип валюты, используемый в обществе, способствует или препятствует определенным эмоциям и образцам поведения. Например, все национальные валюты делают экономическое взаимодействие с собственными согражданами более легким, чем с гражданами других стран, и таким образом поощряют национальное сознание. Кроме того, современный индустриальный мир породил у каждого человека непреодолимое желание обладания богатством, и это остается наиболее мощным и постоянным двигателем в поддержании общественных ценностей и доминирующих человеческих эмоций. Понятно, что в таком обществе валюты способствуют скорее конкуренции, чем сотрудничеству их пользователей. Вдобавок налицо бесконечный рост потребления. Он стал просто признаком индустриального общества. Наконец деньги поощряют индивидуальное накопление и безжалостно наказывают тех, кто не следует этому правилу. Таков современный тип валюты.

Использование разных типов валюты формирует совершенно различные типы обществ. Иллюстрацией тому может служить следующая история из Австралии, которую приводит в своей книге «Будущее денег: новый путь к богатству, полноценному труду и более мудрому миру» всемирно известный бельгийский ученый, финансист и практик Бернар Лиетар. Притча называется «Одиннадцатый круг».

«Когда-то в маленькой деревушке в Отбэке люди для всех своих сделок использовали бартер. В рыночный день они ходили по кругу с цыплятами, ветчиной и хлебом и вели длительные переговоры между собой, чтобы обменять свой товар на то, в чем нуждались. А в остальные дни занимались своими личными и общинными делами. В ключевые периоды года, вроде сбора урожая или всякий раз, когда чей-то сарай нуждался в большом ремонте после шторма, они вспоминали традицию взаимопомощи, которую принесли с собой из родной страны. Они знали, что, если у них самих будут проблемы, другие им помогут в ответ.

Но вот однажды в рыночный день появился незнакомец в сверкающих черных ботинках и симпатичной белой шляпе. Он наблюдал весь процесс рыночного обмена, столь привычный для них, с саркастической улыбкой. А когда он увидел фермера, бегавшего вокруг корзины с шестью цыплятами и предлагавшего всем желающим обменять их на большой кусок ветчины, то не смог удержаться от смеха.

— Бедные люди, — сказал он, — как примитивно вы торгуете.

Жена фермера услышала его и стала спорить: — Вы думаете, что можете лучше пристроить цыплят?  — Цыплят — нет, — отвечал незнакомец. — Но есть гораздо более удобный способ устранить все эти сложности.

— Да? И как же? — спросила женщина. — Видите вон то дерево? — ответил незнакомец. — Я пойду туда и буду ждать, а кто-либо из вас пусть принесет мне одну большую коровью шкуру. Потом приходите все, и я объясню, как надо жить.

Так и сделали. А незнакомец взял шкуру, нарезал из нее кожаные круги и поставил в центре каждого из них изящную небольшую печать. А потом он дал каждому семейству по десять таких кругов и объяснил, что каждый кожаный круг представляет собой стоимость одного цыпленка.

— Теперь вы можете торговать и заключать сделки при помощи кругов вместо неуправляемых цыплят, — объяснил он. Это было ново и интересно, всех сумел увлечь своей идеей человек в сияющих ботинках и вдохновляющей шляпе.

— Да, между прочим, — добавил он после того, как каждое семейство получило по десять кругов, — через год я вернусь и сяду под этим самым деревом. Я хочу, чтобы каждый из вас принес мне одиннадцать кругов. Этот одиннадцатый круг — цена за технологическое усовершенствование, которое я только что внес в вашу жизнь.

— Но откуда же возьмется одиннадцатый круг? — спросил фермер с шестью цыплятами.

— Вы это увидите, — заверил его незнакомец.

Вскоре так и случилось…

Предположим, что население и ежегодное производство в следующем году останется точно таким же, каким было, и что, как вы думаете, должно случиться? Помните: одиннадцатый круг никогда не был создан. А потому суть в том, что каждое одиннадцатое семейство должно потерять все круги, даже если каждый его член старался вести свои дела хорошо, чтобы добавить одиннадцатый круг каждому из десяти других семейств”.

И однажды, когда шторм угрожал урожаю на поле одной семьи, былые друзья не пришли на помощь. Потом не помогли еще кому-то… А в итоге, помимо того что действительно ускорился товарооборот, ведь круги было намного удобнее обменивать в рыночные дни вместо цыплят, новая игра вызвала неожиданный побочный эффект. Она быстро и активно прекратила сотрудничество, которое раньше было в деревне традиционным. Вместо этого игра в деньги стимулировала систематическое соревнование на подавление между участниками, т. е. породила жестокую конкуренцию.

«Вот так современная денежная система, основанная на проценте, провоцирует участников экономики рыть ямы друг для друга, — рассуждает Бернар Лиетар. — Здесь процент — это одиннадцатый круг, а вся история показывает его роль в процессе создания денег, а заодно — и воздействие на личную мораль участников и даже на общественную нравственность и культуру всей компании былых родственников, друзей и соседей».

Деньги без процентов и деньги, основанные на проценте, — это две большие разницы духа, как сказали бы одесситы. Одним словом, какие деньги — такие мы.

Кстати, нет  ничего удивительного в том, что сегодня многие пытаются пополнить свои духовные силы в исламе, особенно молодежь.

Ислам — единственная религия, которая до сих пор отвергает процентную денежную систему как великий грех. Чем сильнее проявляются побочные эффекты процентной денежной системы, тем сильнее склонность людей к исламу. Не в этом ли главная «вина» ислама перед «цивилизованным» миром? Если так, то становятся логичными и понятными события, происходящие  в мусульманском мире, попытки предать ислам анафеме как рассадник терроризма, особенно в связи с потоком беженцев и ростом популярности фашиствующих организаций в Европе. Это так, мысли вслух, не более.

Реальная проблема не в том, произойдут или нет изменения в денежных системах (они уже идут), а в том, понимаем ли мы, что подразумевается под такими изменениями. В том, что будет с Родиной и с нами.

Султанбай АЙЖИГИТОВ,
независимый эксперт, 
экс-губернатор Баткенской области.

"СК"

Издательский дом "Слово Кыргызстана"

Добавить комментарий