“А мы с тобой танцуем тарантеллу…”

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Share on Google+
Google+
Print this page
Print

Сегодняшний выпуск нашей поэтической странички посвящен творчеству группы членов литобъединения «Ковчег», о котором мы писали на страницах «Слова…». «Ковчег» сейчас полон творческой активности. Ребята реализуют проекты, участвуют в литературных конкурсах и общественных акциях, намерены издать собственный сборник.
Открывает наш выпуск убежденный оптимист Иван Павлюхин, призывающий в своих стихах, несмотря на все трудности и невзгоды, не отчаиваться и выбирать для себя «альтернативную систему», в которой нет места негативу.
Студентка КРСУ Елена Короткова предлагает нам грустную исповедь о семнадцатилетии — непростой поре, находящейся между детством и взрослостью.
О  юношеской любви рассказывает нам и Есенжан Абубакиров.
Очень лиричны и наполнены чувственностью произведения Адель Омуралиевой. Они о любви — переменчивой, терзающей сердце, но все же прекрасной, имеющей огромную силу.
Жизнь наша — большая игра. И иногда она превращается в игру со смертью, так рассуждает Тимур Бактыгулов, еще один участник «Ковчега».
Ну а наш старый знакомый Дима Сагайдак продолжает рассуждать о видении мира и выборе судьбы.
Итак, читаем…

Иван ПАВЛЮХИН
Альтернативная система

Часто жизнь омрачают невзгоды
и беды,
Каждый взлет может вновь обратиться
в провал.
Коли выиграл — пей эту радость победы
И ошибки ищи, если вдруг проиграл.
Ты от жизни не жди снисхожденья
благого,
Не надейся на случай, не веруй в судьбу.
В жизни не было, нет и не будет такого,
Что нельзя было бы совершить самому.
Если нет больше сил, чтоб за цели
сражаться,
Если трудности встали стеной
из свинца —
Не сдавайся! Не стоит проблемы
бояться,
Отдохни и борись с нею вновь до конца.
Чтобы жизнь не принять за большую
проблему,
Чтоб не рушились цели и радости
в прах,
Для себя нужно выбрать другую
систему,
Исключив из нее все печали и страх.

Летний снег
Знойным днем в середине июля
Тучи черные вдруг налетели…
Снег посыпал, и все, негодуя,
С интересом на небо глядели.
Это редкое чудо природы
Породило во мне мыслей много:
Постоянства раз нет у погоды,
Значит, в жизни все также
нестрого?
Во главе нашей жизни — мы сами,
И отдать жизнь судьбе мы не можем…
И зачем помощь ждем временами,
Разве сами себе не поможем?
Почему же так любим мы спорить,
В своих бедах чужих обвиняя?
Каждый жизнь свою САМ должен
строить,
Лучший путь к цели САМ выбирая…
Падал снег, еще в воздухе тая,
Под июльской жарой расплавляясь,
Чувства разные в душах рождая,
Людям в память навечно врезаясь…

Елена КОРОТКОВА
День рождения

Сегодня мне семнадцать лет…
Как будто не было тех бед,
Как будто бы впервые в свет,
Сегодня мне семнадцать лет.
Кому-то эти годы дали
На искупление печали.
Я — искупила, кто-то — нет…
Сегодня мне
семнадцать лет.
Сегодня мне
семнадцать лет,
Но на сердце покоя
нет:
Любимый предал, лжет сестра…
Как в этот день печаль остра!
А на вопросы все ответ:
«Тебе всего семнадцать лет!».
Сегодня мне семнадцать лет…
И пусть у тех, кто оскорбляет,
Кто мою душу обжигает,
На сердце будет рана-след
Длиной и тяжестью в мои
семнадцать лет!

Есенжан АБУБАКИРОВ
Мысли под дождем

Я люблю, когда пахнет дождем
И сверкает так красочно молния,
И гремит оглушающе гром
В ночи длинные, в ночи бессонные.
И сижу я босой на окне,
Пусть мне холодно, ноги промерзшие,
Все неважно на этой земле,
Все неважно, все мертво-иссохшее.
Может, были когда-то друзья,
Может, люди когда-то встречались,
Но теперь весь мой мир — это я,
Я и то, что от сердца осталось.
Ведь кричал я наивно: «Люблю!»,
И читалось в глазах, что страдаю,
Но использовали, истоптали
В прах и дружбу, и верность мою.
И в истерике всепоглощающей
Я сожгу свои песни, стихи
О душе золотой, расцветающей,
Вечной дружбе и о любви.
Все хорошее быстро стирается,
Это памяти скорбный изъян,
Только боль и обида останутся,
На рубцах кровоточащих ран.
И сверкает так красочно молния,
И гремит оглушающий гром,
Пахнет болью, слезами, агонией,
Пахнет небом и пахнет дождем.

Шаг в бесконечность
Жареное солнце опалило небо,
Пробежав сознаньем по местам,
где не был,
Кинескопом разума вижу на экране,
Ярким танцем пламени все
в воспоминанье,
Как любовь порхала и искрилось
счастье,
Как суровой вьюгой наползло
ненастье.
Я летел куда-то, горы огибая,
От конца Вселенной до другого края,
Как стоял у пропасти, созерцая
вечность,
И смотрел на море — дикую беспечность.
Захотелось слиться
с безмятежной влагой,
Но души стенанье спорило с отвагой.
Вот и шаг уж сделан, снизу невесомость,
И на дне забвенья на душе истома,
На бессмертье вечное погребен водою,
Сердце гонит волны, мне не быть
с тобою.

Адель Омуралиева
Музе

Была ли ты моей подругой,
Была ли ты моей сестрой?
Быть может, седовласой вьюгой,
Быть может, чьей-нибудь женой?
И с каждым образом милее
Грустишь, мой стройный кипарис.
Стремглав бегу вершить скорее
Очередной ее каприз.
Своею строгою осанкой,
Слегка напудренным лицом
Явишься, словно иностранка,
В мой томно-сиротливый дом.
И бляшки греческих сандалий
Расстегнуты уже давно,
В столь поздний час мы вас не ждали,
А вам, я вижу, все равно.

Тарантелла
Позволь бродить в просторах
королевства
Твоей любви, где вычурно-нарядно
Танцует осень, выделив в наследство
Для нас с тобою запах винограда.
А мне охота ласково прижаться
К твоим губам, прилипнуть неразрывно
И пробовать, алкая страсти жадной,
Возникшую меж нами непрерывность.
И смотрят звезды-ежики на танец,
Таращась на сплетенье силуэтов,
О, как же я шалею, чужестранец,
От всюду новоявленных сюжетов.
А небо пахнет свежестью озона,
«Бывать дождю!» — сказало воскресенье,
И смотрит сквер в плаще демисезонном
На фонарей глазастых освещенье.
А мы с тобой танцуем тарантеллу
Босые, обнажив свои лодыжки,
И пляшут вместе с нами хризантемы
Да буквы на потертой пыльной книжке.
И замер свет алеющей часовни,
Да тоньше тишь высоких минаретов,
И жаждем мы в бесстыдстве невесомом
Исполнить танец гибких силуэтов.

Тимур БАКТЫГУЛОВ
Жизнь

О, как нелепо видеть белый свет
Сквозь пелену запрета и обмана
Каким-то чистым; нет в нем
правды, нет,
В нем только ложь и горя океаны.
В нем только боль, в нем нет,
увы, любви,
И зрячих нас сквозь тернии к спасенью
Ведут вперед слепцы-поводыри
Сквозь мерзлоту, сквозь горе и забвенье.
Ведут вперед нас злобные умы,
Ведут на бой, где ямы и окопы,
Не избежать нам горестей войны,
Не избежать, пусть выживет
хоть кто-то…
Пускай живет, а завтра снова в бой,
Винтовку, шпагу, танк, и без оглядки,
Пусть он умрет, но выживет другой,
И снова в бой наутро спозаранку.
Война поет, красивый ровный гимн
Звучит повсюду яркой дикой песней,
Над полем боя — белый серафим,
Ему смотреть на это интересно.
Он души пьет, он радуется тем,
Кто убивает много и без страха,
Кто знает цену негеройских тем,
Что ближе к телу лишь своя рубаха.
Кто любит жить лишь только для себя,
Кто жжет мосты, безбашенный
и чинный,
Кто лишь живет, людей других губя,
И никого не любит без причины.
Не видят люди мир со стороны
Сквозь пелену запрета и обмана,
Не проходя той горестной войны,
Не замечают горя океаны.
Порой обидно только лишь за то,
Что мы не видим очевидной вещи:
Ведь наша жизнь — как карты, как лото,
В нее играть намного интересней.

Дмитрий САГАЙДАК
Мистическое

То ли пьян от мечты,
То ли глуп, то ли просто устал.
В мыслях снова латынь:
Не вреди, и не будет вреда.
Шаг считая за два…
Как же просто далась эта роль!
В круг идет голова,
Мне б сорваться куда-то в Тироль.
Поучиться бы жить,
Поучиться бы падать с небес,
А дорогой решить —
По дрова или все-таки в лес.
Полуночность идей…
По частям вычленяю себя.
Отпусти меня, тень,
Я уйду, тихо сердце скрепя.
Я не вижу причин,
Но они мне теперь не нужны.
Стой, душа, не кричи,
Я расслышать хочу мои сны.

Видеть мир
Я вижу мир через экран,
Мир плоский и чудаковатый.
Так много выдуманных драм
Упрятано внутри квадрата.
Стекло, обычное стекло
Здесь, в зазеркалье запыленном.
К добру примешивая зло
Есть много душ в ничто влюбленных.
Ты видишь мир через окно
С невыразимо важной миной.
Минуты, метры — волокно,
Жизнь кажется безумно длинной.
Беззвучие цветных картин,
Безмыслие стеклянных взглядов
Кричаще-розовых витрин
И черных «отщепенцев ада».
Он видит мир в тяжелом сне,
Панически боясь проснуться.
Успокоение — в вине,
Напиться, чтобы не рехнуться.
А кто-то видит мир как есть,
Вы не поверите, глазами!
А кто-то жив сейчас и здесь,
А кем быть вам — решайте сами…

Благодарим Дмитрия Сагайдака за подготовку этого выпуска к печати.
Ведущий рубрики Вилор АКЧУРИН.

Добавить комментарий