Тайна финансов, украденных у народов

После состоявшегося в мае в Лондоне Всемирного саммита по борьбе с коррупцией Уайтхолл обещает оказывать содействие в раскрытии тайны и возврате наворованного.

Чрезвычайный и Полномочный посол Кыргызстана в Соединенном Королевстве Великобритания и Северной Ирландии Гульнара ИСКАКОВА — о перспективах выдачи британскими властями Максима Бакиева и об отношениях между нашими странами.


get link — Гульнара Тентиевна, как известно, суд Лондона не удовлетворил иск британского бизнесмена Шона Дейли к сыну свергнутого президента Кыргызстана Максиму Бакиеву. Вы присутствовали на процессе, почему, по Вашему мнению, Дейли его проиграл?

— Судья Сапперстоун не удовлетворил иск Шона Дейли, посчитав, что участие Максима Бакиева в покушении на его убийство не смогли доказать. Причин вынесения подобного решения много. В целом, по моему мнению, была недостаточно проработана доказательная база и не сделана должная оценка правдивости показаний сторон и их свидетелей. Нельзя исключать и влияние политики.

Судя по судебному процессу и итоговому решению, многие документы, которые можно было предоставить, адвокаты истца по неизвестным причинам не предоставили; со свидетелями истца не работали — какие-то детали те забыли, о чем-то имели воспоминания, разнившиеся с тем, что помнили другие свидетели. Вопросы, на которые можно было требовать ответа на суде, не задали. Некоторые свидетели из Кыргызстана, которые могли бы внести существенную лепту в доказательную базу истца, отказались или не смогли участвовать в судебном заседании.

Как известно, доказательства — отдельный предмет для юристов в Англии. Тем не менее адвокаты истца не озвучили ни одного аргумента, чтобы попытаться защитить свои позиции, когда судья из 13 так называемых спорных документов признал допустимыми только два. Это видео, где Клара Кабилова, председатель Центризбиркома с 2006-го по 2008 год, вдруг заявила, что ее жизни угрожает Максим Бакиев. И второе доказательство, из Wiki-leaks: телефонный разговор после революции 2010 года между Максимом Бакиевым и его дядей Жанышем. Кстати, сам ответчик признал разговор подлинным, но «собранным» в части, касающейся найма 500 вооруженных отморозков.

Посчитав, что лицензию на Джеруй присудили «Глобал Голд» до того, как стреляли в Шона Дейли, судья вслед за логикой адвоката ответчика решил, что Максиму не было смысла организовывать убийство Шона Дейли.

Судья, по всей видимости, не смог посмотреть на дело немного глубже. Без понимания культурного, экономического, политического контекста, возможно, трудно понять, что решение забрать лицензию у «Оксуса» (компании Ш. Дейли) и передать «Глобал Голд» могло быть также пересмотрено под давлением общественности Кыргызстана. Многие знали, что c наделением лицензией «Глобал Голд» вопрос по Джерую не был исчерпан, поскольку в конечном итоге такого рода поступки привели к народному восстанию в апреле 2010 года.

Выглядит так, что судья решил не брать на себя ответственность за, как он сам выразился, «очень фактически сложное дело». Возможно, после выбора варианта решения (отказать в иске), изложение дела было представлено в пользу такого решения. Странными кажутся некоторые моменты в подходе судьи. Так, например, он сам цитирует (согласно прецедентному праву): «…При рассмотрении вопроса о достоверности свидетелей всегда проверять их правдивость, обратившись к объективным фактам,.. а также обращать особое внимание на их побуждения и общую вероятность…»
Однако правдивость сторон и свидетелей, повторюсь, на суде не получила должной оценки. Естественно, показания истца и ответчика были взаимоисключающими. Шон Дейли говорил, что покушение организовал Максим Бакиев, а последний всячески отрицал свою причастность даже к решению вопроса о лицензировании Джеруя. И в принципе можно предполагать, что каждый из них будет стараться перетянуть дело на свою сторону.

Со стороны Шона Дейли свидетелями выступили: член парламента Великобритании; два руководителя компании «Оксус Голд»; английский частный сыщик; следователь Генеральной прокуратуры КР, расследовавший одноименное дело в Кыргызстане; экс-премьер-министр КР Ф. Кулов; экс-глава «Кыргызалтына» А. Джакыпов. К слову, генеральный директор «Оксус Голд» Бил Трю в английском суде заявил, что он отказался платить затребованную сыном президента Бакиева взятку в $15 миллионов. Он сказал: вначале взятки требовал Айдар Акаев, а потом пришел Максим Бакиев.

Свидетелями Максима Бакиева были: отец Курманбек Бакиев и его брат Марат Бакиев. У любого непредвзятого человека возник бы закономерный вопрос: насколько правдивыми свидетелями могут быть человек, обвиняемый в организации покушения на убийство, его отец и брат, названные соучастниками в этом деле (по приговору кыргызского суда)?

Единственный свидетель Максима — не родственник — это Александр Туркот, в прошлом приближенный Березовского.

Но и тот отказался от многих своих зафиксированных документально слов. Например, от показаний следователю, данных по уголовному делу в Москве в 2011 году, где он говорил, что Максим встречался с Бадри Патаркацишвили в Лондоне для того, чтобы согласовать проект по Джерую после революции 2005 года. И подобное поведение не получило должной оценки со стороны судьи.

Единственный свидетель истца, гражданин Израиля, который присутствовал при разговоре Бакиевых о покушении на жизнь Шона Дейли, на суд не явился. При этом он вел себя непонятным образом: сам рассказал истцу эту историю в декабре 2012 года (есть свидетель их встречи — английский частный сыщик), дал показания в суде Кыргызстана в апреле 2014 года и предварительные письменные показания английскому суду в 2015 году. Потом он стал говорить, что вокруг его семьи ходят странные люди, стал просить деньги у истца, писать, что он на суд не приедет, а ближе к судебному процессу и вовсе принялся оговаривать истца. Даже сам судья в ходе процесса сказал примерно следующее: свидетель информировал адвоката истца два раза о желаемой сумме; возможно, ему отказали (учитывая, что свидетель не приехал на суд)… Можем ли мы предполагать, что ответчик предложил ему намного больше?

В целом, как известно, доказать причастность кого-либо к организации убийства непросто, особенно если заказчик может нанять себе лучших, не обремененных высокой моралью, агрессивных адвокатов.

Таким образом, в основание решения английского судьи легло множество факторов, которые в конечном итоге и дали то решение, о котором мы с вами знаем.

enter — Чем объяснялось присутствие Вас, руководителя дипломатической миссии Кыргызстана, на суде? Тем, что процесс — дело государственной важности для нашей страны, который год пытающейся привлечь к ответственности семью Бакиева?

— Наше посольство небольшое, руководитель дипмиссии работает так же, как и ее сотрудники. Нет ничего удивительного в том, что мы внимательно следили за ходом судебного процесса. Учитывая масштабы экономических, политических, культурных и имиджевых последствий правления президента Бакиева и его семьи для Кыргызстана, вопрос, естественно, находился в фокусе внимания посольства.

При назначении на должность Президент Алмазбек Атамбаев поставил передо мной ряд задач, которые я стараюсь выполнить наилучшим образом. Эти задачи также соответствуют моим собственным взглядам о неотвратимости наказания за ущерб, нанесенный интересам страны, о том, что в конечном итоге власть принадлежит народу, что экономические ресурсы страны должны работать на благо всего народа и каждого гражданина, а не временно занимающих разные кресла чиновников.

— Что Вам известно о судьбе другого иска — гражданского иска к Максиму Бакиеву, с которым правительство КР обратилось в суд Великобритании весной этого года, добиваясь ответственности за совершенные им на территории Кыргызстана экономические преступления?

— К сожалению, никакой информации для прессы по этому вопросу у меня нет.

follow link — Есть ли принципиальные отличия британских судов от кыргызстанских?

— Различие прежде всего в правовой системе: у них прецедентное право, а у нас континентальное право; от адвокатов Британии ожидается больший профессионализм, поскольку у них многовековые традиции состязательного судебного процесса; адвокаты делятся на барристеров и солиситоров; отношение к судье особое — к нему могут обращаться только барристеры (в париках).

Говоря об отличиях, я полагала, что у английского суда особые отношение и способности в оценке правдивости показаний, что он обладает возможностями реагировать на откровенную ложь, ведь перед дачей показаний участники процесса клянутся говорить правду, только правду и ничего кроме правды.
Приведу пример проходившей в Лондоне и известной многим судебной тяжбы. Судья Элизабет Глостер тогда отклонила

иск Бориса Березовского к Роману Абрамовичу, обосновав это следующим образом:

«…Так как дело очень сильно зависело от устных показаний, суду необходима была высокая степень доверия к объективности и правдивости свидетеля; проанализировав всю совокупность доказательств, я пришла к выводу, что г-н Березовский является не вызывающим доверия свидетелем, воспринимающим правду как изменяющееся, гибкое понятие, что он мог бы сказать почти все что угодно для обоснования собственного иска; я сочла Абрамовича правдивым и в целом заслуживающим доверия свидетелем».

При этом судья основывала свои выводы не только на прямых свидетельских показаниях, но и на косвенных доказательствах.

К сожалению, к делу Ш. Дейли такого подхода не было. Все, что смог сказать судья в связи с этим: «Я посчитал, что показаниям г-на Курманбека Бакиева… трудно поверить», «Я был также удивлен показаниями г-на Курманбека Бакиева, что ему было абсолютно не интересно, кто стоял за «Глобал Голд»…»; «У меня мало сомнений в том, что Президент был вовлечен в выдачу лицензии «Глобал Голд». При этом Сапперстоун никаким образом не оценивает ни достоверность свидетеля вообще, ни его правдивость. Он противоречит сам себе в разных местах своего решения: «Я не принимаю доказательства ответчика о том, что у него не было никаких дел в связи с золоторудным месторождением Джеруй. Есть различные цепочки доказательств, которые предполагают, что ответчик был более вовлечен в выдачу лицензии по Джерую, чем он готов согласиться». И потом делает вывод: «Я полагаю, что нет никаких надежных доказательств, что у ответчика был интерес, чтобы «Глобал Голд» получил лицензию».

Отсюда и возникают подозрения: если у них судьи честные, тогда, может быть, они политически вовлеченные?

Юридическая профессия и правовая система могут быть очень развитыми, но суть человека, вне зависимости от стран и народов, переживаемого ими исторического этапа и даже особенностей культуры, остается одинаковой: либо судья может взять на себя ответственность, либо нет. Справедливости ради следует сказать, что, конечно, в этом ему должны помочь адвокаты и другие участники процесса, судья не может тащить все дело за всех, он прежде всего должен соблюсти процессуальные нормы и придерживаться закона.

source link — Год назад в Лондоне Центр журналистских расследований Global Witness, проведя собственное расследование, рекомендовал властям Британии выяснить происхождение средств, на которые в августе 2010 г. некая оффшорная фирма, зарегистрированная в центральноамериканском государстве Белиз, приобрела на юго-востоке Англии в графстве Суррей особняк стоимостью 3,5 млн. фунтов стерлингов. По предположению Global Witness, особняком владеет Максим Бакиев. Прореагировали ли как-то британские власти на рекомендации Clobal Witness?

— Не знаю, можно ли это назвать реакцией, но известно, что М. Бакиеву предоставили политическое убежище, как оказалось, еще в 2012 году и тщательно скрывали сей факт под предлогом защиты информации. Информация была озвучена только на суде.

— В СМИ пишут, что в Британии нашли прибежище достаточно большое количество людей, совершивших в своих странах финансовые и другие махинации. Они могут там без преград начать свой бизнес, покупают движимость, недвижимость… Лондон, мол, никогда не выдаст граждан с солидными деньгами, этим и пользуются. Так ли?

— Вообще, есть два противоположных тренда в отношении притока коррупционных денег в эту страну. Действительно, с одной стороны, как пишут СМИ, здесь надежно и вольготно обосновалось большое число бежавших из своих стран богатых преступников. И это при том, что в свое время в Британии возмущались не выдававшей ей преступников Испанией, с которой у нее только некоторое время — между 1978-м и 1985 годами, не было соглашения об экстрадиции. Испанию даже успели назвать в британской прессе Costa del Crime или Costa del Estafador (“мошенник” в переводе с испанского), убежищем для британских преступников.

С другой стороны, население в Англии возмущается сложившейся на сегодня ситуацией, поскольку она ведет к росту цен на недвижимость, которая «съедает» от 30 до 50% доходов людей. И пока не совсем ясно, как повлияет на положение дел Брексит. Кроме того, в мае 2016 года Британия провела Всемирный саммит в Лондоне, на котором обсуждалась борьба с коррупцией. В центре внимания оказались не только коррумпированные диктаторы, но и развитые страны, где банки и агентства недвижимости помогали им скрывать украденные у народов деньги. «Коррупция замедляет прогресс и является причиной множества проблем в мире», — заявил перед саммитом в то время еще премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон. Госсекретарь США Джон Керри тогда сказал, что десятки миллиардов долларов, которые могли бы быть использованы для финансирования образования или строительства мостов в развивающихся странах, вместо этого находятся на тайных счетах в банках «разных стран, в том числе и у нас».

Официальной целью саммита было создание системы механизмов по выявлению и пресечению коррупции.
Основное внимание уделялось и информационной открытости богатых стран. Алекс Кобхам, эксперт лондонской правозащитной группы Tax Justice Network, сказал по этому поводу в интервью для СМИ: «Мы больше не считаем, что в коррупции участвуют африканские клептократы. Совершенно очевидно, что тайна финансов обеспечивается богатыми странами, в числе которых — США и Великобритания». От правительства Кэмерона потребовали проведения реформ, включающих создание публичного реестра британских компаний с зарубежными холдингами. Еще одно требование — распространение реформ на морские владения Соединенного Королевства. По итогам саммита шесть стран, среди них Британия, договорились публиковать информацию о настоящих владельцах компаний на их территории.

— Есть ли шанс, что Лондон все-таки удовлетворит просьбу Бишкека и выдаст Максима Бакиева?

— В ответ на критику о вовлеченности британской банковской системы в отмывание денег коррумпированными политиками из развивающихся стран правительство Великобритании выражает стремление оказывать содействие в привлечении к ответственности и в возврате присвоенных средств. Учитывая это, будем делать все от нас зависящее, чтобы в Соединенном Королевстве поняли, чего и почему от них добивается Кыргызстан.

— Какой резонанс в британском обществе имеет «дело Макса» — судебные иски к нему, попытки добиться его выдачи и т. д.?

— В местных СМИ были публикации, связанные с иском Шона Дейли к Максиму Бакиеву. Так, например, Private Eye (можно перевести как «Частный взгляд») — британский новостной журнал, в начале июня 2016 года опубликовал статью «Почему Суррей такое трудное слово…» (Why Surrey is the hardest word…). В связи с предстоящим судебным делом и покушением на убийство Шона Дейли издание подвергло серьезной критике официальные власти Соединенного Королевства, в частности, МВД, главой которого в то время, была нынешний премьер-министр Британии Тереза Мэй.

Home Office — или МВД по-нашему — критикуют за неоказание содействия правоохранительным органам Кыргызстана, в частности, отважно писавшему несколько раз старшему следователю Генеральной прокуратуры КР Ж. Исмаилову, в расследовании попытки убийства британского гражданина.

Также критикуют за то, что дали убежище Максиму Бакиеву, которого изобличают среди прочего в связях с непопулярным в Британии Б. Березовским, которому Максим занял 50 миллионов фунтов. В статье сообщается, что, прибыв на частном самолете в июне 2010 года, сын беглого президента Кыргызстана, осужденный в Бишкеке заочно за коррупцию, хищения и покушение на убийство, продолжает свободно проживать в Суррее в особняке стоимостью в 3,5 миллиона фунта стерлингов, купленном фиктивной компанией из Белиза. Дескать, власти Кыргызстана не имели и понятия, что у Уайтхолла (английское правительство) нет никакого интереса к расследованию возможных преступлений, совершенных за границей богатыми, нашедшими прибежище в Великобритании ссыльными иностранцами, даже если жертвами оказались британцы. Заканчивалась статья вопросом: если Шон Дейли победит в высшем суде, согласится ли наконец МВД на расследование дела беглеца в Суррее? Расследование могло бы создать тревожный прецедент, учитывая, сколько бывших постсоветских клептократов устроили себе там второй дом. Полагаю, в этом смысле в данной статье и скрывается некий возможный политический контекст разочаровавшего многих недавнего судебного решения.

— Как вы оцениваете состояние кыргызско-британских отношений — в политике, экономике, культуре и т. д.?

— На взаимоотношения между Бишкеком и Лондоном оказывают влияние ряд важных геополитических, исторических, языковых и культурных факторов. Будучи островным государством, Британия издавна претендовала и действительно доминировала на море и в международных отношениях, став к середине 30-х годов XX в. крупнейшей за всю историю человечества империей со своими колониями на всех континентах. Для обеспечения своей безопасности и дальнейшего процветания торговли и связей она и в наши дни стремится оказывать существенное влияние на то, что происходит в Мировом океане.

В противоположность всему этому Кыргызстан — сухопутная страна в сердце континента. В «большой игре» за господство в Центральной Азии в XIX веке исторически также стратегической целью англичан являлось ограничить активное продвижение России в азиатском направлении, чтобы обезопасить свои индийские владения, а русские объявили, что там, где однажды был или будет поднят штандарт с двуглавым орлом, его уже никогда не спустят.

Как известно, по результатам этой «игры» наша страна территориально не вошла в зону воздействия Соединенного Королевства, поэтому Кыргызстан не подпадал под влияние английского языка, распространённой в мире английской бизнес-культуры в сферах транспорта и торговли и идей английского либерализма. Однако со времени обретения независимости в 1991 году мы получили возможность развивать отношения со многими странами, включая такие географически отдаленные, как Соединенное Королевство. Тем не менее торгово-экономические отношения пока особым динамизмом не отличались. По последним данным Национального статистического комитета КР, товарооборот между КР и Великобританией за прошлый год упал, составив сумму в $14,8 млн., в т. ч. экспорт — $1,8 млн., импорт — $13 млн. (сальдо — $11,2 млн.). Среди причин, повлиявших на снижение объема торговли, можно назвать выход из Кыргызстана ряда крупных британских компаний и общее беспокойство предпринимательских кругов относительно безопасности и ведения бизнеса у нас в стране.

Довольно активно работает в Кыргызстане DFID Великобритании. Бюджет его проектов для КР на 2015-2016 гг. составляет 5 210 982 фунта стерлингов. При этом на государственный сектор, по их данным, идет 38,78%, здравоохранение — 24,49%, водную политику/обеспечение питьевой водой — 20%, социальную сферу — 8,16%, многоотраслевой сектор — 8,16%, разное — 10,20% указанной суммы. В целом DFID на период с 1 марта 2005 года по 30 марта 2020 года заложил реализацию в КР 18 проектов, из которых 8 — в процессе воплощения, а остальные уже осуществлены.

— Есть ли возможности развивать сотрудничество? В какой степени оно зависит от того, выдадут или не выдадут Бакиева?

— Возможности развития отношений с разными странами определяются в основном объективными факторами. Обычно больше взаимодействуют с соседними государствами. Базой любого сотрудничества являются соглашения. Что касается Великобритании, то их не так много: совместная декларация по экономическому сотрудничеству 1993 года; три соглашения 1994 года: о поощрении и защите инвестиций; о сотрудничестве в сферах образования, науки и культуры; по воздушно-транспортному сообщению; четыре меморандума: от 2000 года — о взаимопонимании и сотрудничестве в области туризма и о взаимодействии между таможенными управлениями; относительно британской технической помощи 2001 года; о сотрудничестве в сфере обороны 2006 года. Имеются также межведомственные соглашения: о сотрудничестве в борьбе с тяжкими преступлениями, организованной преступностью, незаконным наркотрафиком 2000 года; с финансовой разведкой 2014 года; между МИД 1993 года. Это немного в сравнении с другими странами.

Сейчас мы работаем над дальнейшим развитием договорно-правовой базы. Есть предложения нашего посольства, которые находятся в состоянии проработки.

Наиболее важным итогом нашей последовательной работы стало проведение в сотрудничестве с TheCityUK 13 мая этого года в Лондоне Кыргызско-Британского инвестиционного форума. В нем участвовали представители более 80 разных компаний Британии и нашего отечественного бизнеса. Это был первый за последние 20 лет форум, ставший полезной площадкой для привлечения иностранных инвестиций в КР и вызвавший большой интерес среди широкого круга британских бизнесменов.

Исполняя Указ Президента о Годе истории и культуры, планируем провести в Великобритании Дни истории и культуры Кыргызстана. Есть большой потенциал в развитии отношений в сфере образования, в развитии финансовой и другой сервисной инфраструктуры КР. Нам готовы оказывать помощь ряд организаций.

…Все страны, хотят того или нет, лидируют или плетутся позади, вовлечены в глобализацию и всевозможные интеграционные объединения. Народ, который хочет выжить в современном мире, должен быть готов к таким процессам, бросаться в них, как в море, «с головой» и «плыть», а не раздумывать на берегу, потому что море глобализации по-любому наступает.

— Что знают рядовые британцы о Кыргызстане?

— В Великобритании есть разная публика. Есть те, кто хорошо знают нашу страну, бывали в Кыргызстане. Есть искренние почитатели нашей страны и ее культуры. Например, один человек в Шотландии даже имеет собственную кыргызскую юрту со всем убранством. Но в основном про Кыргызстан знают не очень много. В последнее время нас в связи со вхождением в ЕАЭС воспринимают в качестве близкого союзника России, что тоже накладывает свой отпечаток. При этом есть понимание, что Кыргызстан должен решать свои проблемы сам, и поэтому наше суверенное право входить в любые союзы уважается.

Теперь, после референдума о Брексите и смены правительства, британцы больше сосредоточены на своих внутренних проблемах. В целом вы правы в том, что для сотрудничества важно, чтобы граждане наших государств больше знали друг о друге, о самой стране, ее истории, культуре и т. д. Работа в этом направлении ведется.

— Спасибо за интервью.

Кифаят АСКЕРОВА.

"СК"

Издательский дом "Слово Кыргызстана"

Добавить комментарий