Человеческий ресурс — самый дорогой капитал

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Share on Google+
Google+
Print this page
Print

Не использовать его в полной мере не только неразумно для страны, но и преступно. Предлагаем читателям «СК» точку зрения неравнодушного человека на развитие столицы, а опосредованно и всей страны.

В 1991 году проводимые в Кыргызстане под патронажем Запада совершенно неприемлемые и губительные для постсоветских республик системные трансформации и реформы в виде разорительных приватизаций привели к полному разрушению и банкротству не только всего аграрного сектора экономики, но и высокодоходных индустриальных гигантов. Повальное разложение и разрушение реального сектора экономики и его инфраструктуры привели к массовому обнищанию абсолютного большинства населения. Сельскохозяйственные ассоциации (совхозы и колхозы), разделившись на мизерные семейные хозяйства и утратив вполне передовые на тот момент сельхозтехнику и технологию, превратились в примитивные натуральные производства, изначально обреченные на нерентабельное хозяйствование. А средние и малые города, функционировавшие на основе монопрофильных градообразующих предприятий, после их закрытия пришли в необратимый упадок. Все эти категории периферийного населения оказались перед необходимостью искать работу вне своего постоянного места жительства. Это вызвало беспрецедентное по масштабам беспорядочное территориальное передвижение людей в поисках заработка.


Большинство обездоленного периферийного населения видело спасение от всех бед и несчастий в административном центре, логически ответственном за происходящее в стране, поэтому вдруг, чуть ли не в одночасье, многочисленная армия внутренних трудовых мигрантов, притом переполненная концентрированными протестными настроениями, ринулась торпедировать Бишкек.


Что же сделали власти? Высшие государственные мужи, проявив политическую слабость и паническую трусость, вопреки всем социально-экономическим и общественным законам, градостроительным нормам и рациональной системе расселения народа республики, допустили роковые уступки в виде так называемого права неограниченного переселения всех жаждущих сограждан в столицу. Особую роль сыграл второй мощный поток с юга после событий 2005 года, который не только изменил количественную и демографическую структуру населения, но и внес качественно деструктивные тенденции. Многочисленные соратники из клана второго кровавого президента были внедрены буквально во все республиканские и региональные структуры госуправления. Абсолютное большинство из них были преисполнены теми же корыстными намерениями, что и «святое» ненасытное семейство первого лица страны.

Мздоимство всех и вся стало их девизом и основной целью. Удивительно, но бесславное бегство «патрона» из Кыргызстана не повлекло за собой логического снятия с должностей всех его ставленников — до сей поры в областях и районах они продолжают свою работу, которая зачастую является не только моментом вопиющих правонарушений, но и предметом дискредитации нынешней власти.

А рядовые выходцы с юга, переселившись в столицу и областные крупные города, не только стали считать себя основными и главными революционерами, но и возвели себя в категорию граждан, которым все остальные чем-то обязаны, а они вправе игнорировать общепризнанные нормы и правила. Поэтому самые незавидные роль и место в этой миграционной штормовой волне достались исконным жителям столицы и областных центров, фактическая дискриминация которых продолжается и по настоящее время. В результате старожилы и по сути созидатели этих передовых центров цивилизации, науки, культуры и инноваций предстали наиболее бесправными и уязвимыми.

Посмотрим на реальные факты. В результате массового прибытия в Бишкек иногородних внутренних мигрантов фактическая численность отнюдь «не резиновой» столицы превысила предельно допустимую почти в два раза (ныне — более 1,3 миллиона человек против 650 тысяч ранее). Этот состоявшийся акт положил начало не только абсолютному и относительному критическому перенаселению республиканского центра, но и митинговому синдрому, получившему в последующем хроническую форму и широкое распространение по всей республике. Но этим негативные последствия демографического и трудоресурсного избытка не исчерпываются — туго затягивающееся жилищное кольцо вокруг города, застраиваемое вне всяких градостроительных нормативов и правил, многократно перегрузило инфраструктурную и коммуникационную системы, что лишило градоначальников возможности управления и шансов на последующее прогрессивное развитие столицы. А для горожан это обернулось запредельным накалом социально-психологического напряжения, что чрезвычайно повысило риски и угрозы дестабилизации общественно-политической ситуации в целом по республике.

Надо с сожалением констатировать: такая ситуация возникла только потому, что абсолютное большинство аграрного и периферийного населения, не встречая препятствий после победы над псевдореформаторами, уверовало в свою всесильность и безнаказанность любых действий. Реально стоит подчеркнуть: соотечественники-переселенцы не представляли собой самую передовую, трудолюбивую и сознательную часть сельчан. Поэтому изначально они повели себя как новоявленные хозяева столицы, а его старожилы, выгодно отличающиеся от них позитивными качествами, оказались не способны устоять перед асоциальностью, невежеством, дремучестью и нахрапистостью многих мигрантов. А переселенцы по инерции продолжали выдвигать все новые, зачастую непомерные требования по обустройству своих мест вселения, дополнительным привилегиям и преференциям.


В столице, следует сказать честно, почти повсюду стали преобладать худшие нравственные эталоны сельского образа жизни, поведения и взаимоотношений. В результате портрет и статус Бишкека перешел из разряда центра высокой культуры, искусства, науки, образования и социально-коммуникационной инфраструктуры в категорию большого торгово-перевалочного пункта преимущественно рыночно-базарного профиля с превалированием маргинального населения.


Процесс деградации пришлого населения и пандемического распространения этого злокачественного «недуга» среди всего населения спроецировался и преумножился также ввиду обвального обрушения морально-нравственных качеств в верхних эшелонах власти. Пандемия наживы «во время чумы» охватила все сферы жизнедеятельности, подменив собой здоровый образ жизни и поведение. Именно последние растранслировали и растиражировали внесенный извне стереотип и отношения не только на все без исключения госучреждения, бизнес-структуры, но и в повседневную жизнь.

Не избежали этой порочной участи правоохранительные и судебные органы. Наступило время, когда население в поиске защиты своих прав и семейного имущества чаще стало обращаться не к правоохранителям, а в криминальные структуры. В этих условиях добропорядочность, гуманность, солидарность и культура значительной части населения сокращаются, как «шагреневая кожа», а немногочисленные, к сожалению, остатки ее носителей и представителей оказались отброшенными на обочину жизни. Правда, наиболее стойкие из последних сил и возможностей перебивались как могли, теша себя иллюзорной надеждой на светлое будущее, другие мирились только ради и во имя своих близких. Нередко наиболее уязвимые положительные сограждане, обладая здоровыми побуждениями и намерениями (которые в конечном счете и вопреки усилиям оказались тщетны), заканчивали свой жизненный путь в психушках или на нарах.

Что в итоге имеет страна? На рубеже столетий молодежь столицы после многократных попыток трудоустроиться по объективным профессиональным критериям и требованиям, уровню образования и способностям в массовом порядке стала искать сферу приложения труда или продолжения образования, роста квалификации за рубежом. Из числа остающихся в республике на работу в госучреждения принимались едва ли 10% городских претендентов, а остальные призывались преимущественно из периферии под многими благими лозунгами типа «дать возможность талантам из глубинки». В полную силу заработали экспортируемые из-за рубежа программы добросовестного управления, а позже к ним подключилась и госкадровая служба. С их помощью кадровая политика Кыргызстана фактически стала сводом нерегламентированных правил, состоящих в основном из новоявленного «кыргызчылыка», основанного всецело на знакомстве, родстве, вознаграждении, личной преданности и т. д. Но большинство из тех счастливчиков, кого все же взяли на госслужбу из тех минимальных 10% горожан, как правило, не смогли адаптироваться к вновь заведенным (и, заметьте, отнюдь не протокольным) производственным условиям — климату, режиму и отношениям в госструктурах. В итоге и они пополнили нескончаемый поток внешней миграции или хронических безработных.

Почему же роль многострадальной ахиллесовой пяты выпала на долю истинных бишкекчан в самом лучшем смысле этого слова? В последнюю очередь по их вине, но ввиду вопиющей некомпетентности и недальновидности бывшей государственно-политической элиты и номенклатуры.

Еще с середины XIX века самым дорогим капиталом считался человеческий ресурс, а его качество и уровень социализации были ключевыми атрибутами, определяющими состоятельность государства и уровень его развития. Не случайно в защиту своего обиженного гражданина Америка способна оккупировать целую страну его пребывания, а для приглашения выдающихся особ или преуспевающих выпускников престижных вузов мира она не считается с размерами финансовых и материальных затрат.


У нас же в стране таковым личностям, напротив, создают непреодолимые искусственные препоны, их отторгают на всех уровнях и в коллективах, переводят в категорию персон нон-грата — а как же иначе, если претенденты на вакансии превосходят работодателей из госструктур по уровню квалификации и профессионализму.


К тому же чиновники всерьез и не без оснований опасаются, что принятые на госслужбу профессиональные кадры с большим опытом вряд ли смогут спокойно смотреть на неблаговидные корыстные дела, сложившиеся за последние годы негативные традиции и т. д. Такая тенденция отмечается, к сожалению, широко и повсеместно. Поэтому основополагающей причиной безнадежного отставания и хронически продолжительного застоя Кыргызстана является игнорирование этого ключевого фактора.

В передовых и высокоразвитых странах трепетно и скрупулезно сохраняют не только облик, профиль, архитектуру, административный статус городов и потенциал профессиональной, интеллектуальной элиты. Особо высокие требования в этом отношении предъявляются к столицам, да и к новым городам. Не случайно при проектировании и строительстве новых городов или наделении их профильной специализацией во главу угла ставятся основополагающие градообразующие критерии по главному признаку — качеству населения и трудовому потенциалу. Это научно-учебные кадры, представители космонавтики, сфер энергетики и горнодобычи, военно-промышленного комплекса и т. д.

Отсюда берут начало преимущественные функции городов — инновационные и технопарки, научно-производственные профильные центры, специализированные урбанизированные комплексы и т. д. Для большинства столиц развитых стран и их административно-территориальных центров население — это не только лицо страны, но и мерило успешности и развитости. Люди служат основным индикатором и барометром современной ситуации развития, как и принадлежности общества к категориям передового или архаичного.

Проблема качества населения нашей столицы продолжает оставаться архиактуальной. И отнюдь не потому, что старожилы вправе претендовать на исключительность (или большие блага) по признакам места рождения или длительности проживания, а для вывода страны из настоящего тупика. Именно столицы всех стран всегда выступают на первый план, они должны быть локомотивом в динамике развития. Это означает, что горожане и в состоянии, и способны реализовать эту миссию, если они в приоритетном порядке послужат распространению надлежащих позитивных качеств как образцов и эталонов здорового и современного образа жизни.

Как известно, развитие и прогресс человеческого фактора — это не только генеральная цель общества, но и одновременно объект и субъект его развития, так как человек не только производитель, но и потребитель всех благ. Если же основной функциональный и административный центр страны, как и вся окружающая среда и территории, погрязнут в омуте всеобщего хаоса и застоя, то рассчитывать на скорый их успешный выход из этого состояния не стоит. Нужна срочная фокусировка общественного внимания на преимущественном использовании «флагмана» человеческого фактора для перевода страны на рельсы динамичного развития.

Булат САРЫГУЛОВ,
и. о. профессора, эксперт международного класса по народонаселению, миграции и рынку труда.

Добавить комментарий