А что у нас с Беларусью, или О том, почему Президент Лукашенко проигнорировал саммиты ОДКБ и ЕАЭС

Недавно моя не очень молодая соседка, тщательно следящая за мировыми событиями, особенно политическими, неожиданно спросила: «А что у нас с Беларусью?» У нас — это в ЕАЭС. Старая гвардия, прожившая большую часть жизни в СССР, легко принимает участие Кыргызстана во всех интеграционных процессах. А потому тревожится и о компаньонах по коалициям. Неплохая, кстати, привычка.

ВОПРОС, ПРИЗНАЮСЬ, застал врасплох. А действительно, что у нас с Беларусью? В последние полгода в тесной компании ОДКБ и ЕАЭС совершенно притих ее голос. Более того, Президент Лукашенко проигнорировал саммиты этих коалиционных организаций. Даже несмотря на праздничный антураж юбилейного саммита ОДКБ в Армении и деловой настрой на подписание Таможенной декларации в Санкт-Петербурге. Эта по сути скандальная ситуация практически не обсуждалась в СМИ. И вообще в отношении нашего партнера по ЕАЭС информации в последнее время крайне мало, и вся она сводится к расхожей формулировке об охлаждении российско-белорусских отношений, которой уже не один год.

Вспомнилось, как в сентябре 2014-го Александр Лукашенко собрал журналистов российских региональных СМИ, показал им белорусские порядки, повозил по стране и в конце провел пресс-конференцию, на которой высказал как никогда много претензий к России. Прежде всего он ни с того ни с сего поведал, что Минск не боится российской экспансии, саркастично оценил поддержку РФ руководства ДНР и ЛНР, обвинил Москву в нарушении территориальной целостности Украины, пожаловался на качество российского оборудования, отметил нежелание РФ создавать независимый эмиссионный центр для введения единой валюты, посетовал на неудовлетворенность граждан двух стран глубиной интеграции в союзном государстве…

А еще раньше — в сентябре 2002 года — многочисленные критические высказывания Александра Лукашенко сводились к тому, что Минск слишком много внимания уделяет вопросам интеграции с Россией в ущерб всему остальному миру. Батька красноречиво намекнул, что может устремить свой взор и в сторону Запада. Эти «критические заявления» незамеченными Москвой не остались. Практически сразу же последовала попытка воздействовать на Беларусь через энергетическую компанию «Газпром»: темпы потребления природного газа в стране превышали оговоренные объемы поставок, а оплата денежными средствами составляла всего 8,3%. Представители «Газпрома» предложили выход из сложившейся ситуации — создание совместной сбытовой компании и ускорение акционирования «Белтрансгаза». Не получив утвердительного ответа от белорусской стороны, «Газпром» принял решение отказаться от поставок газа в Беларусь и потребовал оплатить все долги до конца 2002 года, иначе заключение контракта на 2003-й обещали поставить под сомнение. Только в январе 2003 года Александр Лукашенко и Владимир Путин во время заседания Высшего госсовета союза России и Беларуси договорились о создании единой газотранспортной системы на базе «Белтрансгаза», а также о введении с 1 января 2005 года рубля в качестве единой валюты.

Этот случай наглядно продемонстрировал, насколько существенна во взаимодействии с Минском топливно-энергетическая составляющая. Поэтому в ситуации, когда в августе 2003 года Александр Лукашенко отказался от использования российского рубля в качестве единственного платежного средства, сославшись на отсутствие конституционного акта, тогдашний премьер-министр РФ Михаил Касьянов озвучил, что Москва намерена отменить льготные цены на поставляемый в Беларусь газ. В итоге 14 сентября 2003 года Александр Лукашенко, находившийся с рабочим визитом в Сочи, заявил, что Москва и Минск переходят на расчеты за российский газ и его транзит по территории Беларуси по мировым ценам. С тех пор лидерам двух стран не удалось договориться ни по вопросу введения единой валюты, ни по приватизации «Белгазпрома». Хотя Беларусь по-прежнему получает российский газ по самым низким ценам. Отношения неуклонно охладевали.

И вот, по мнению экспертов, к концу 2016 года они достигли рекордного минуса. Причем ощущение такое, будто перспектив и путей улучшения вовсе не наблюдается: Кремль требует от своего союзника «больше лояльности за те же деньги». А белорусский лидер, похоже, уже не боится испортить отношения с Россией — они уже и так испорчены. Теперь он маневрирует в сторону Запада, с которым на протяжении всего 2016 года успешно восстанавливал когда-то разрушенные связи. При этом часть западных политиков все внимательнее относится к Белоруссии как к мосту в Россию и рассчитывает через работу с Минском воздействовать на Москву.

«Идеологических расхождений между странами нет, но Россия ждет, что Беларусь начнет выполнять ранее взятые обязательства по продаже интересных ей промышленных объектов. Это, как правило, доходные активы. Белорусская власть на приватизацию прибыльных активов однозначно не пойдет, так как расценивает это как утрату власти, что поставит ее в более уязвимую позицию», — рассуждает эксперт аналитического проекта Belarus Security Blog Виктор Евмененко.

«Белоруссия требует снизить цены и увеличить поступление энергоресурсов, что необходимо для поддержания ее экономической модели. Поэтому в 2017 году стоит ждать, что позиция Минска на переговорах с Россией будет только ужесточаться. Впрочем, несмотря на остроту конфликтов в экономической сфере, Лукашенко продолжит заверять российскую сторону в любви и верности, а также проявлять жесты доброй воли — подобно выносу российского флага на Паралимпиаде или объявлению совместного траура по трагедиям в России», — читаем в «Газета.Ru», эксперты которой прогнозируют, что в политике двух стран существенных подвижек не предвидится, а в экономике все межгосударственные трения сведутся к «конфликтам хозяйствующих субъектов».

Что касается дотаций и новых кредитов от Москвы, то, по мнению экспертного сообщества, при такой риторике Минск едва ли их получит, а потому будет продолжать обустраивать сотрудничество с Евросоюзом. В этом смысле следует ожидать подписания с Брюсселем договоров о сотрудничестве. Сохранится только риторика белорусского руководства о «братских народах России и Беларуси».

follow url ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ Минском и Москвой существенно осложняют и слухи, активно муссируемые белорусским экспертным сообществом, о якобы грядущей смене власти в Беларуси. Вот декабрьские заголовки крупных белорусских СМИ: «Есть ли у Москвы силовой сценарий для Беларуси?», «В России принято решение об отстранении Лукашенко от власти», «Дни Лукашенко сочтены».

Как заявил 28 декабря координатор гражданской кампании «Европейская Беларусь» Дмитрий Бондаренко, спецслужбы показали Лукашенко документы, которые подтверждают существование в Кремле плана по отстранению главы Белоруссии от власти. По его же мнению, на саммит ЕАЭС Лукашенко не поехал по той же причине — чтобы не жать руку Путину. Ни подтверждения, ни опровержения эти заявления не получили ни с российской, ни с белорусской сторон. Но так как подобные заявления исходят исключительно от либеральной общественности, настроенной на прозападную модель развития Беларуси, особо доверять им не следует.

КАК БЫ ТО НИ БЫЛО, но на протяжении последних месяцев официальные представители России и Белоруссии регулярно уверяли аудиторию в том, что все проблемы в двусторонней торговле (а отношения Москвы и Минска уже давно сводятся к одной лишь торговле и ни к чему более) будут решены в самое ближайшее время. Если вспомнить прогнозы членов правительств, приближенных к властям экспертов, а также сливы из «источников, близких к переговорам», то текущий нефтегазовый конфликт должен был разрешиться еще осенью, причем на белорусских условиях. Однако сейчас начало нового года, и принципиально важные для Минска вопросы, связанные с поставками сырья и предоставлением очередных траншей российского кредита, никакого решения так и не получили.

Впрочем, российские эксперты утверждают, что даже если бы все вышло иначе (Россия простила бы Белоруссии долг за газ, обеспечила поставки нефти в требуемых Минском объемах и продолжила политику кредитования), это принципиально ничего бы не изменило. Текущая белорусская экономическая модель не реанимируемая, и это многократно подтвержденный факт. В разные годы Белоруссия получала от России все, что хотела, — газ по самым низким ценам, возможность беспошлинного экспорта произведенных из российского сырья нефтепродуктов, сверхльготные условия для своих товаров на российском рынке. Однако каждый раз быстро выяснялось, что полученных благ оказывалось критически мало, после чего Минск начинал высказывать очередную обиду и заявлять о своем разочаровании в экономическом взаимодействии с Россией и участии в возглавляемых ею интеграционных проектах. Разочарование это, как мы видим, приобретает самые разные формы — от недоплаты за приобретенный газ до арестов пророссийских журналистов.

get link ВСЕГДА БРОСАЛОСЬ в глаза, что одной из неизменных черт внешнеполитического поведения официального Минска являлось стремление грозить Москве «уходом на Запад». Фраза «геополитический маятник Лукашенко» уже стала устойчивым выражением, причем, похоже, руку к этому приложила сама официальная белорусская пропаганда. Здесь Белоруссии в последнее время везло. Начиная с 2014 года глава белорусского МИД Владимир Макей проделал на западном направлении огромную работу. Ему сопутствовал успех: санкции фактически сняты, Александр Лукашенко окончательно вычеркнут из списка «последних диктаторов», Евросоюз официально предложил Минску начать отношения «с чистого листа». На переговоры по Донбассу в гости к Президенту Белоруссии начали регулярно заглядывать лидеры крупнейших европейских государств, Минск все чаще стали посещать представители госдепа и Пентагона. Однако вскоре закономерно обнаружилась одна деталь: сближение с Западом оказалось абсолютно бессмысленным в финансовом плане.

Российские эксперты неоднократно предупреждали, что, кроме Москвы, желающих финансировать «белорусскую модель» не найдется. РФ давала живые деньги, ЕС же ограничивается разговорами о перспективах выделения неких мифических «инвестиций» и «технологий». В частности, Минск уже несколько лет не может договориться об открытии новой кредитной программы МВФ (более чем скромной по своим объемам), и это при том самом «потеплении в отношениях», которым так гордится белорусский истеблишмент. А те миллионы евро, которые Брюссель, Берлин и Варшава вкладывают в проекты по развитию в белорусских регионах очередного «местного самоуправления», фактически направлены на реализацию известных цветных сценариев и создание сети своих сторонников среди регионального руководства. То есть на формирование и взращивание оппозиционного движения непосредственно в недрах Беларуси. Те страны, что прошли через такие западные проекты, хорошо научились считывать симптомы повышенной западной заинтересованности.

Что Беларусь может предложить Западу в ответ? Только одно — последовательный антироссийский курс. Лукашенко мог бы решиться на такое лишь при условии гарантий собственного политического будущего и обильных финансовых вливаний. Однако на данный момент ЕС и США не готовы принять приемлемого для Минска решения ни по первому, ни по второму вопросу. В связи с этим становится очевидно, что практический смысл всех телодвижений белорусской власти на западном направлении в последние годы на деле оказался крайне скуден. И дальнейшее сближение с новыми «партнерами» неизбежно приведет к размыванию власти Лукашенко с последующей «украинизацией» внутриполитической ситуации в постсоветской республике. По всей видимости, формулу «а если не будете нас содержать, то мы уйдем на Запад» белорусскому руководству придется отставить — любые детские манипуляции в политике устаревают и приходят в негодность очень быстро.

watch Татьяна ПОПОВА.

По материалам СМИ и Интернета.

"СК"

Издательский дом "Слово Кыргызстана"

Добавить комментарий