Изгнание идолов. Из жизни кочевников (отрывок из книги)

Зеленое с золотым полумесяцем знамя ислама, воцарившееся в странах халифата, государствах мусульманского мира, несмотря на то что на дворе ХVI век, еще не господствует над кыргызскими кочевьями. Но все чаще конусообразные колпаки дервишей, чалмы ходжей и ишанов из крупных городов Ферганской долины появляются не только в местах большого скопления людей — на базарах, больших площадях, но и в горных кыргызских кочевьях, чтобы привести народ к исламу.

Двигаясь в глубь страны через огромные пространства, пересекая на лошадях по крутым извилистым тропинкам высокие горы, на верблюдах — иссушенные степи и обширные плодородные долины, переплывая быстрые горные реки, дервиши находят в горах маленькие кочевья, население которых состоит в родоплеменных отношениях и занимается в основном скотоводством и не менее земледелием и охотой…

Применяя все свое искусство и богатый опыт, исламские религиозные миссионеры с большим трудом в длительной борьбе с религиозными представлениями свободолюбивых кочевников кыргызов открывали новые обширные территории для проникновения местного населения новой религии.

«Ла-иллахи-илля-лаху ва Мухаммадун рассулахи — Нет никакого божества, кроме Аллаха, и Мухаммед — посланник Аллаха» — этот основной постулат ислама, одной из трех мировых религий, с 622 года и в последующие многие века торжествовал в странах халифата, с каждым годом расширяя границы мусульманского мира, подчиняя новой вере многочисленные народы, объявляя ислам единственно верной религией…

Небольшое кочевье возле Памиро-Алая на юге Киргизии. Около трех десятков юрт расположилось вдоль берега реки. В этом айыле обосновались люди одного из родов племени мундуз. Пять лет назад, разыскивая благодатные земли, они пришли сюда и поставили свои юрты. Зимой овец и лошадей выпасали на отгонных пастбищах, где снег сдувало ветром. Летом скот перегоняли на горные джайлоо (пастбища)…

Кочевье в основном состояло из середняцких хозяйств, в каждом из которых — примерно по 200 овец, 30 кобылиц, 20 голов крупного рогатого скота и два верблюда. Пять лет удача сопутствовала людям: кобылицы давали хороший приплод, родившиеся ягнята быстро крепли и набирали вес, было много кумыса и айрана. В казанах часто варилось мясо, женщины жарили в масле боорсоки (кусочки теста)…

В этом году удача отвернулась от кочевья. Холодная снежная зима с суровыми метелями вызвала большой падеж скота, от бескормицы и гололедицы медленно погибал и оставшийся скот, не имея сил пробить ледяную корку и добыть корм. Обильные снегопады вызвали сход лавин, и под снегом были погребены четыре семьи, среди них — родители Зулайки.

Совсем недавно ее муж — 30-летний мергенчи Шабдан, охотясь с беркутом на лисицу, оступившись, упал с высокой скалы и разбился…

На руках у Зулайки — ребенок. Он умер вчера, но молодая женщина никому не дает его похоронить. Она баюкает его, напевая колыбельную песенку. Вытаскивает свою худую грудь, пытаясь накормить его своим молоком. Желтое лицо умершего младенца не пугает ее, с ним она не чувствует себя одинокой. Она прижимает его к себе цепкими руками и часто произносит его имя.

Уже в который раз, поднимаясь по узкой тропинке, женщина приходит к балбалу — большому идолу. Божество сделано из камня, стоит посередине площадки, сооруженной между покатыми вершинами двух холмов. За ними поднимаются горы, дальние острые вершины которых всегда покрыты снегом.

У идола круглые глаза, маленький рот и уши. Яйце-образная голова вросла в широкое овальное туловище, у него нет рук и ног. Около него стоят сотни таких же маленьких идолов из камня и дерева. Там еще есть идолы побольше, расставленные по краям площадки, которая называется бутхана, и перед ними стоят сосуды, куда она в который раз бросает куски мяса, прося божество вернуть жизнь своему ребенку. Божество молча смотрит на нее большими пустыми глазами…

Она вспоминает, как приходили сюда с мужем и просили у идола, чтобы у них родился сын…

Западный ветер нагнал над селением облака, и они к вечеру превратились в большие черные тучи. Ветер нарастает, и вот первые капли дождя падают на площадку. Вскоре над бутханой начинается осенний ливень. Струи дождя, собираясь в ручейки, стекают с холма…

Зулайка промокла до нитки. С одеяла, в которое она завернула ребенка, стекает вода. Мокрые волосы вылезли из-под платка, глаза опухли от слез. Молодая женщина шепчет какие-то слова…

Ливень нарастает. Она поднимается с колен, ее шепот переходит в крик:

— Идол! Будь ты проклят! Что ты можешь?

— Мой ребенок, в чем он виноват?!

— Уходи! — кричит она…

Сверкают молнии, гремит гром. Вдруг одна из молний на секунду освещает маленького мертвеца и лицо Зулайки, полное скорби, отчаяния и страха. Ей кажется, что земля сейчас от ее слов разверзнется и она вместе с небом провалится в большую пропасть…

Но ничего не произошло, дождь стал затихать, а удары грома все тише и тише. На небе ярко засветилась Алтын Казык — Полярная звезда. Молодая женщина быстро нашла на небе еще семь звезд созвездия Жетиген — Большой Медведицы, потом — созвездие Плеяды, по нему кыргызские кочевники определяли время ночью, а также много ли дождя и снега выпадет на землю… Где-то ухала сова, в реке шумела вода, а влажные фигуры идолов блестели в ярком свете луны и звезд…

Вдруг она увидела, как внизу, на склонах холмов, стали загораться огоньки, и вскоре гирлянды огней опоясали оба холма снизу доверху. Они, как звезды в небе, мерцали таинственным желтым светом и, группируясь, образовывали свои созвездия. Она испугалась, подумав, что это злые духи пришли за ней, но, приглядевшись, увидела силуэты людей, которые держали в руках факелы.

Все взрослое население пришло к бутхане и с тревогой наблюдало за молодой женщиной, которая, прижав к груди мертвого ребенка, спускалась к ним по ступенькам. Около площадки с идолами собралась большая толпа: мужчины в свободных плащах из белого и коричневого войлока, женщины в элечеках, выделялись высокие треугольные колпаки двух дервишей, которые держали в руках длинные посохи. Они, пришедшие сюда из Бухары, уже который месяц терпеливо объясняли кочевникам, что сейчас все люди на земле уже давно поклоняются одному Богу — Аллаху, это имя единственного и единого Бога, сотворившего мир, небеса и землю, людей, ангелов, демонов, растения и животных. Он определяет все происходящее на земле, приведет этот мир к концу, воскресив мертвых, приведет всех людей к своему суду. Грешники отправятся в ад, а праведники найдут блаженство в райских садах. Мухаммед — пророк и посланник Аллаха, а многобожие — великое зло…

Дервишей привел сюда Кудайназар, с которым они познакомились в одном из караван-сараев Оша, куда он пригнал для продажи своих овец. После удачной торговли все вместе прошлись по огромному городскому базару на берегу большой реки. А наутро отправились в путь к кочевью…

Дервиши, постукивая посохами, заходили в каждую юрту. Их смуглые лица в мелких оспинах выражали торжественность и благолепие. Тощие фигуры в рваных халатах присаживались к костру табунщика или чабана, надолго задерживаясь в богатых просторных юртах. Воздев руки к небу, они шептали какие-то незнакомые слова, называя это Кораном, и пятикратно молились, называя это намазом…

Народ был недоволен божеством. В этом году от холода, бескормицы и болезней погибло много скота. Снежная лавина унесла несколько семей, пришедшие с гор селевые потоки забрали жизни пяти женщин и мужчин, спасавших своих лошадей, и непонятная болезнь косит маленьких детей…

Люди часто приходили к божеству, принося в жертву лошадей, коров, овец. Свежая кровь тут же проливалась на землю перед бутханой, а мясо кочевники раскладывали перед пучеглазыми идолами. Народ просил милости и снисхождения. Но тщетно. Из-за засухи трава на пастбищах вся высохла, появившиеся волки стали губить скот. Народ, подстрекаемый дервишами, был недоволен божеством…

Люди с факелами молча наблюдали за окаменевшей Зулайкой. Она медленно шла к ним. Две женщины окружили бедную мать и, обняв ее за плечи, повели в сторону юрт… Раздаются недовольные голоса. Они становятся все громче и громче. Народ, размахивая факелами, с криками поднимается по ступенькам к идолам. Среди всех выделяется голос Джантая — одного из самых богатых людей рода, у него в загоне более тысячи овец. Он первым в сопровождении дервишей поднимается в бутхану.

— Нам не нужно такое божество! — кричит он.

— Оно ничем не может нам помочь!

— В огонь его! — повторяют люди.

— В огонь! В огонь! — вторит ночное эхо.

Бутхана быстро наполняется кочевниками, здесь мужчины, женщины. Их темные фигуры освещены светом факелов. Они возбуждены, о чем-то между собой спорят.

По приказу Джантая люди несут сухой хворост, ветки арчи и сооружают большой костер. Загорается огонь. Туда с улюлюканьем летят деревянные и каменные божества. Десять мужчин, с трудом сдвигая с места большого каменного идола, подбадриваемые криками людей, скатывают его в огонь.

Деревянные идолы горят ярко, и в небо летит множество искр, от горящей арчи распространяется душистый аромат, легкий ветерок с гор шевелит одежду людей. Свет от костра освещает обветренные лица кочевников, они смеются, поют песни. Огонь высоко поднимается в небо. Постепенно небо светлеет, луна и звезды исчезают с небосклона, над кочевьем занимается рассвет. Наконец ярко вспыхнула веточка арчи и костер погас…

Народ покидает бутхану. Спускаясь по холмам, люди направляются к своим жилищам. Вот бутхана совсем опустела. И долго еще в утреннем тумане клубился дым над догорающим костром, в котором чернели закопченные фигуры каменных идолов…

Стало совсем светло. Солнце ярко осветило горы, берега реки, маленькое кочевье, в котором начались суета и движение. Женщины убирают с юрт войлок, обнажая деревянный остов — складные решетчатые стенки — кереге, мужчины готовят в загонах скот для дальнего путешествия, собирают хозяйственную утварь, седлают лошадей. Девушки собирают постельные принадлежности, тушоки, ширдаки и ковры, укладывают деревянные колыбели — бешики, деревянную посуду — плоскодонные чаши и тарелки. Все это навьючивается на верблюдов и лошадей, перевязывается прочными арканами.

Возле большой белой юрты Джантая двое дервишей с деревянными посохами вместе с хозяином наблюдают за сборами семьи. Заблеяли овцы, замычали коровы, залаяли собаки. Озабоченные мальчишки достают из своих тайников спрятанные альчики. Это народ собирается в дальнюю дорогу…

Софья НУРМАТОВА.

"СК"

Издательский дом «Слово Кыргызстана»

Добавить комментарий