Мирослав Ниязов: «Нас объединяет не только вода…»

Визитная карточка

Мирослав Джумабекович Ниязов окончил Фрунзенский политехнический институт по специальности “инженер-механик”. Трудовую биографию начинал мастером на машиностроительном заводе им. Ленина во Фрунзе. В 1976 году призван в органы государственной безопасности, где в общей сложности прослужил 25 лет. С 2001-го по 2005 год трудился Чрезвычайным и Полномочным
Послом Кыргызстана в Таджикистане. С 2014 года вновь на этой должности.
Генерал-майор, имеет ранг Чрезвычайного и Полномочного Посла Кыргызской Республики. В ноябре 2017 года награжден орденом «Достук».


14 января исполняется 25 лет установлению дипломатических отношений с одним из наших ближайших соседей — Таджикистаном.

— Мирослав Джумабекович, говорят, в одну и ту же реку дважды не входят. Тем не менее вы согласились со вторым назначением в Таджикистан. Как это произошло?

— В 2014 году я готовился к командировке в Пакистан в качестве посла. Агреман, то есть согласие пакистанской стороны, уже был. Но в это время тлеющие с 2010 года приграничные конфликты на кыргызско-таджикской границе вспыхнули с новой силой. Межэтнические столкновения и пограничные вооружённые инциденты сопровождались человеческими жертвами и ранениями граждан. С обеих сторон появились беженцы. Посол Кыргызстана в Таджикистане был отозван, границы закрылись. Противостояние достигло опасной черты, когда вероятность вооружённого конфликта с применением бронетехники и артиллерии достигла своего апогея, тем более что прецедент миномётного обстрела кыргызской территории уже имел место. Я с тревогой наблюдал за происходящим, которое не предвещало ничего хорошего.

В разгар этих событий ко мне обратился С. Исаков, нынешний премьер-министр. В то время, если я не ошибаюсь, он занимал должность заведующего отделом внешней политики аппарата Президента КР. Он информировал о том, что есть мнение направить меня послом в Таджикистан. Я понимал, что за этим предложением кроется надежда на мирное урегулирование двусторонних отношений, но совершенно не представлял себе, как это сделать, ибо конфликт зашёл слишком глубоко. В памяти всплыли знакомые ещё по первой командировке, но мне ничего не было известно об их дальнейшей судьбе. Я дал своё согласие.

— Любопытно, а как вас встретили в Таджикистане? Наверное, с подозрением, как бывшего чекиста?

— К удивлению, меня встретили с особой теплотой. Раскрою некоторые детали. Перед выездом на церемонию вручения верительных грамот Президенту РТ перед зданием МИД выстраивается колонна гостевых машин, которые пронумерованы в соответствии с количеством послов, участвующих в церемонии. В этот день их было десять. Мне подали машину под №1. Это меня удивило, так как в автомобиль №2 сел посол Ирана — страны, с которой у Таджикистана установились самые тесные отношения. В процессе церемонии я первым вручал верительные грамоты. А в традиционном выступлении Президент Э. Рахмон отдельную главу произнёс на русском языке, обращаясь ко мне. На общем фоне адресное обращение главы государства с дружественными пожеланиями получило особое звучание. Во время общего фотографирования Эмомали Рахмон подошёл ко мне, крепко сжал мою руку и поставил меня рядом с собой. Это было многообещающее рукопожатие. Я воспринял всё происходящее как сигнал кыргызской стороне о готовности Таджикистана изменить опасный ход развития событий на мирное разрешение межгосударственных споров.

После официальной части церемонии некоторые западные послы подошли ко мне и с недоумением спрашивали: «Как же так, у вас на границе идёт война, а вам оказывают особые почести?»

Одним словом, меня встретили как старого друга, продемонстрировав подчёркнуто дружеское отношение и исключительное внимание.

— Сегодня уже мало кто вспоминает о событиях трёхлетней давности. Расскажите, как стороны пришли к согласию?

— В сентябре 2014 года в Душанбе состоялся саммит ШОС, на котором произошла историческая встреча президентов А. Атамбаева и Э. Рахмона, положившая начало мирному урегулированию территориальных и водно-хозяйственных споров. Таким образом, президенты продемонстрировали всему миру политическую зрелость и глубочайшую ответственность за судьбы народов.

Теперь политическую волю глав государств предстояло воплотить в жизнь. Понятно, что одними призывами и лозунгами решить задачу было невозможно. Требовалась повседневная кропотливая, а порой и опасная работа в приграничных районах.

С таджикской стороны всю работу по примирению сторон возглавил помощник Президента РТ по вопросам национальной безопасности генерал-полковник Ш. Хайруллоев. Это образцовый генерал с высоким интеллектом и глубоким чувством ответственности. Имея за плечами богатый жизненный опыт, а также уроки, полученные в годы гражданской войны в Таджикистане, он решительно призывал стороны к тесному сотрудничеству и взаимодействию между силовыми структурами и органами власти всех уровней. На мой взгляд, это имело решающее значение в быстрой стабилизации обстановки и снижении напряжённости в приграничных районах. Так, по линии МВД проводились совместные коллегии, пограничные службы заключали рамочные соглашения, административные ведомства взаимодействовали друг с другом по всем спорным вопросам и находили компромиссные решения.

Таким образом, уже во второй половине 2014 года вооружённые пограничные инциденты и межэтнические конфликты пошли на убыль. В 2015-м их число сократилось в четыре раза, а в 2016-2017 годах каких-либо серьёзных происшествий в приграничных районах не отмечалось.

— Кого бы вы выделили из числа кыргызских чиновников, активно участвовавших в мирном урегулировании?

— Продуктивно работал бывший вице-премьер-министр А. Маматалиев, который по совместительству являлся сопредседателем межправительственной комиссии по делимитации и демаркации кыргызско-таджикской государственной границы. Со стороны аппарата Президента оперативно реагировал и разрешал возникающие вопросы С. Исаков. Министерство иностранных дел своевременно обеспечивало внешнеполитическую поддержку.

К сожалению, частая сменяемость членов правительства нашей страны прерывает логическую последовательность начатой работы, приводит к неопределённости, а порой и к стагнации. В интересах дела нужно непременно стабилизировать состав правительства. В противном случае любые реформы будут буксовать.

— Считаете ли вы, что теперь обстановка на кыргызско-таджикской границе стабильная, все споры и впредь будут решаться в мирном русле?

— Территориальные споры здесь тесно переплелись с водно-хозяйственными. Конфликт скрыт внутри предметов спора. Только человек может держать конфликт под замком. И наоборот. Только человек может вскрыть «ящик Пандоры». Иначе говоря, обстановка на границе находится в прямой зависимости от человеческого фактора. Любые попытки в одностороннем порядке решить хозяйственные вопросы на спорных территориях неизбежно вызовут обратную реакцию. Гарантией стабильности может стать только окончательное разрешение территориальных споров.

— Сколько ещё времени может понадобиться для того, чтобы достичь полного взаимопонимания с Таджикистаном о границе и наконец делимитировать и демаркировать её на всём протяжении?

— Дело в том, что я не являюсь членом межправительственной комиссии по границе, но иногда участвую в заседаниях. С моей стороны было бы неправильно комментировать работу комиссии и предвосхищать развитие событий. Могу сказать лишь одно: из общей протяжённости нашей границы — а это 971 км — на сегодня описано 520 км.

— Как вы оцениваете уровень экономического сотрудничества между Кыргызстаном и Таджикистаном?

— В 2013 году товарооборот между нашими странами достиг $187 млн. и характеризовался устойчивым ростом. Но из-за событий 2014 года он упал в шесть раз, составив около $30 млн. Только в 2017-м наметился его незначительный рост.

Эти показатели являются наглядным примером того, что приграничные конфликты не только влекут за собой страдания людей, но и наносят огромный экономический ущерб, на восстановление которого требуются годы.

— Дипломатическим отношениям между нашими странами исполняется четверть века. Что вы можете сказать по этому поводу?

— Кыргызстан и Таджикистан — очень схожие республики. Мы живём в одной природно-климатической зоне. Главным нашим богатством является вода и её энергетический потенциал. Совместное производство и экспорт самой дешёвой электроэнергии в рамках проекта CASA-1000 обещают нам огромные выгоды. Мы также являемся обладателями больших запасов полезных ископаемых, что даёт возможность развивать горнодобывающую промышленность. В то же время у нас нет собственных углеводородов, не развиты транспортные коммуникации для выхода на мировые рынки. И всё же нам грех жаловаться, ибо мы обладатели уникальных ресурсов, чего во многих странах мира нет. Всевышний дал нам всё и призвал к трудолюбию, терпению, миру и согласию, после этого неизбежно придут достаток и благополучие народов.

— Спасибо вам большое. В заключение разрешите поздравить вас с награждением орденом «Достук» и пожелать успехов в государственной деятельности.

Дина РАИМБЕКОВА.

"СК"

Издательский дом "Слово Кыргызстана"

Добавить комментарий