Пн. Окт 15th, 2018

Где найти миллион? На пасеке!

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Share on Google+
Google+
Print this page
Print

watch О развитии отечественного пчеловодства как отрасли народного хозяйства в долгосрочной стратегии «40 шагов в будущее», как, впрочем, и в предыдущей, ничего не сказано. Производителей мёда относят у нас чуть ли не к любителям, то есть людям, занимающимся «сладким» хобби в своё удовольствие. Но это далеко не так. Пчеловоды, их ассоциации и объединения давно вышли на мировой уровень. Целебный кыргызский мёд ждут в Российской Федерации, особенно в северных областях, покупают его в европейских странах: на ежегодной выставке-ярмарке «Зелёная неделя» вкусная сладкая продукция под брендом «Сделано в Кыргызстане» всегда собирала поклонников чистых, органических продуктов питания.

Номинально пчеловоды относятся к Министерству сельского хозяйства, пищевой промышленности и мелиорации, там стараются решать их проблемы, как и москвичи, в ассоциацию которых не раз обращались кыргызские пчеловоды и всегда находили там понимание и поддержку.

Правительство огромное внимание уделяет продвижению экспорта в страны Евразийского экономического союза и Европу — Кыргызстан получил статус ВСП+, что позволяет нашим экспортёрам пересекать границы европейских государств без пошлины.

Но большая загвоздка в получении сертификатов. В наших калибровочных лабораториях нет оборудования для всех испытаний этого продукта, требуемых в Европе. Я не раз встречала своих сограждан в Германии: они жаловались на бюрократические препоны и невнимание властей к своей отрасли. В Берлине и Мюнхене у них давно налажены каналы сбыта сладкой продукции. Так почему пчеловоды выпали из поля зрения правительства? Можно предположить, что наша экономика страдает мелкотоварностью, а закупать мёд маленькими партиями иностранные коммерсанты не привыкли.

На самом деле подобные выводы не соответствуют действительности. В этом я убедилась, познакомившись с Бакытом Дегенбаевым — лидером Союза производителей Кыргызстана. Он решительно опроверг, оперируя фактами, созданные кем-то мифы о якобы бедности отечественных пчеловодов, а в доказательство своей правоты показал скрупулёзно сделанные расчёты цепочки добавленной стоимости на пасеках.

По его словам, в нашей республике — настоящий пчелиный рай. Два года назад кыргызстанцы собрали 12 тысяч тонн мёда, что говорит о том, что уже в 2015-м мы достигли производственного пика, зарегистрированного во времена Советского Союза (1985 г.). В России мы занимаем третье место по экспорту этого продукта, а самое главное — Кыргызстан наряду со всемирно известными производителями мёда из Китая, Америки, Аргентины, Турции, Украины и Мексики входит в авторитетный элитный клуб пасечников, занимающих 50% рынка. Логично предположить, что условия для игроков-конкурентов на этом «пчелином» рынке может диктовать и наш горный край.

Б. Дегенбаев уверен, что потенциал пасечников огромен: мы имеем все шансы ежегодно качать до 100 тысяч тонн мёда, привлекать зарубежных инвесторов и, наконец, навсегда похоронить прилипшее к нашей республике мнение о том, что мы страна мелкотоварного производства и чуть ли не натурального хозяйства.

За один килограмм кыргызского мёда покупатели сегодня дают — $2,5, если перевести на деньги — это 250 млн. в твёрдой валюте ежегодного дохода. — Где сегодня оседают эти немалые деньги? — задаётся вопросом Бакыт и сам же отвечает: — В карманах наших пчеловодов.

А почему бы нашим пасечникам не работать официально, открыто? Они могут создать свыше 25 тысяч новых рабочих мест по всей республике.

Мой собеседник предлагает сделать брендом Кыргызстана (пусть не всей страны, а только медовой отрасти) летящую пчелу, в которую не верят чиновники и серьёзно её не воспринимают. В новой национальной стратегии стабильного развития республики «Жаўы доорго — кырк кадам» об этих поистине «золотых» насекомых, опыляющих цветущие сады, не сказано ни слова.

Да что там мёд! Это продукт побочный, главное — пчёлы помогают поддерживать экосистему, не вредят природе.

— Если вдруг они по какой-то причине разом вымрут, через четыре года некому станет опылять пастбищную растительность, значит, пострадают корма для животных, а чабаны вынуждены будут поменять традиционную сферу деятельности, — рассуждает

Б. Дегенбаев. Он уверен, что пчеловодство может стать локомотивом развития всего сельского хозяйства нашей страны. Подсчитал: сохраним первозданными, не тронутыми деятельностью человека луга и предгорья, а также джайлоо — получим доход в 35 раз больше, чем от продажи мёда, сможем пополнить республиканский бюджет на 250 млн. сомов.

Если реально оценивать возможности кыргызских пчеловодов, то внутренний валовой продукт можно увеличить до $5-6 млрд. Ведь продукция пасечников не только мёд, но и целебное маточное молочко, соты, прополис, которые с успехом применяют не только в медицине, но и в косметологии.

Галина ЛУНЁВА.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *