«Где деньги, Зин?»

Старости нужно очень немногое,
но это немногое нужно очень и очень.
Маргарет Уиллур

go …На краю неширокого тротуара, расстелив ткань или плёнку, в большинстве своём немолодые торговцы каждый день не спеша раскладывают немудрёный товар: овощи, фрукты, вещи, комнатные цветы и прочее. С другой стороны шумного проспекта изредка звонят церковные колокола — то призывно и звонко, то протяжно и грустно. Вечно спешащие прохожие, на пару минут задержавшись возле коробейников, рассматривают, прицениваются, иногда покупают приглянувшийся товар. Это считается большой удачей, и не такие везучие товарищи по «прилавку» с завистью посматривают на соседа.

С точки зрения продавцов, место для торговли они выбрали удачное. Жизнь тут бьёт ключом: недалеко супермаркет, мини-рынок, «Энергосбыт» — место паломничества практически всех горожан, да и отстоявшие церковную службу прихожане порой не прочь прикупить что-нибудь нужное по сходной цене.

Мнение блюстителей общественного порядка на этот счёт диаметрально противоположное: рядом выросли элитные жилые комплексы, не покладая рук трудится Соцфонд, шумит центральный проспект, а тут расплодилось такое непотребство. Посему, выполняя указание откуда-то сверху, стражи закона регулярно освобождают тротуар от объектов и субъектов незаконной торговли. Не внемлют они и робким уверениям пенсионеров, что доходы от такой стихийной и ненадёжной торговли невелики, однако какая ни есть, а прибавка к мизерным пенсиям… Увы, Dura lex, sed lex (Закон суров, но это закон)!

Я очень люблю соблюдать законы и делаю это всегда с невероятным вдохновением. Хотелось бы восторженно скакать вприпрыжку по оживлённой трассе вдоль, поперёк и по диагонали — ан нельзя, противозаконно, да и опасно. Хотелось бы не производить громадных, на мой скупердяйский взгляд, отчислений в социальный и пенсионный фонды, но так положено по закону, да и в глубине души теплится надежда, что мой маленький ручеёк взносов вливается в полнокровную реку, питающую тощие кошельки моих престарелых, малообеспеченных и обделённых судьбой сограждан. Прекрасно понимаю, что не от сытой и беззаботной жизни то там, то сям возникают эти сообщества самодеятельных торговцев (неловко даже базарами или рынками их назвать). После требования патрульных разойтись они вскоре возвращаются на те же места, словно вспугнутая стайка воробьёв, слетающихся к рассыпанным крошкам. Служивые — народ подневольный: дан приказ — идут на запад, нет — в другую сторону, к ним претензий никаких. А вот по поводу следующей информации меня, как Ивана Васильевича Буншу, терзают смутные сомнения…

В прошлом году средний прожиточный минимум в Кыргызстане составил 6 240 сомов, а самая маленькая пенсия составляет 1,8 тысячи сомов. Об этом на недавних заседаниях Жогорку Кенеша и правительства сообщили представители высоких государственных структур. На 1 января в стране насчитывалось 630 тысяч пенсионеров. Ежегодно их число увеличивается на 10-20 тысяч, и далеко не все получают достойную пенсию.

На одном из прошлогодних заседаний парламента депутат Алмазбек Эргешов от партии «Кыргызстан» поинтересовался у главы Соцфонда Теўизбека Абжапарова, сколько получают работники Соцфонда в районах и какова минимальная зарплата.

В районе ведущие специалисты получают 13,5 тыс. сомов, главные специалисты — 16,5 тыс. сомов, руководители — 25 тыс. сомов,

— ответил Абжапаров, считая, видимо, что титанический труд деятелей Соцфонда оплачивается незаслуженно низко.

В этом году депутаты подняли вопрос расходной части Социального фонда, отметив, что доходы ведомства составляют 28 млрд. сомов, в то время как расходы — 48 млрд. сомов. Таким образом, ежегодно бюджет принимается с дефицитом. «Если Соцфонд не изменит свою политику, то у нас будут трудности, мы не сможем выплатить пенсии», — констатировал первый вице-премьер-министр Аскар Шадиев.

Уважаемый мною въедливый и дотошный Дастан Бекешев (СДПК) поинтересовался, почему в 2017 году выросли расходы Соцфонда. Ответ его председателя Теўизбека Абжапарова поражает откровенностью и скромностью одновременно: административные расходы ведомства в 2016 году составили 701 млн. сомов, из них 85% — расходы на зарплату, а в 2017-м расходы выросли на 8 млн. сомов — до 709 млн. «Почему?» — сильно недоумевая, вопросил Бекешев. Не изменяя своей скромности и предельно откровенно глава Соцфонда отрапортовал, что львиную долю расходов в основном составляет заработная плата. «В 2017 году было повышение зарплаты», — сказал он (подозреваю, гордясь этим фактом). Отвечая на вопрос депутата о численности сотрудников, он сообщил, что штат составляет 1 600 человек, но он не увеличивался. (Слава тебе, господи, что этого не произошло, иначе 8 миллионами сомов дело бы не ограничилось! Хорошо ещё, что республиканский Соцфонд не пошёл неверными стопами российского пенсионного ведомства, восседающего поистине в царских чертогах, воздвигнутых сами знаете на чьи деньги. — И. П.)

Да уж, не в те и далеко не тощие кошельки вливаются ручейки отчислений с бюджетных и небюджетных зарплат трудоспособных кыргызстанцев… Один их учёных мужей не так давно сообщил, что отсутствие совести — не морально-этический изъян, а категория, относящаяся к одной из областей медицины. Вопросы есть? По-моему, яснее ясного…

Вернусь к статданным о том, что ежегодно армия пенсионеров пополняется на 10-20 тысяч новобранцев. Это вызывает обоснованную тревогу у высоких чиновников, так как денег в бюджете на выплату пенсий катастрофически недостаёт.

Отчего же это происходит? Попробую разобраться. Рождаемость в стране не падает, несколько лет назад Кыргызстан радостно встретил появление на свет шестимиллионного жителя. Естественная убыль населения не переходит пределов допустимого. А пополнять бюджет для выплаты пособий и пенсий некому. Знаю, что не все у нас так честны и открыты перед государством, чтобы выплачивать всё положенное в виде подоходного налога, НДС, НсП и прочих «Н». Но, видимо, закавыка не в этом. Треть, если не половина энергичного, трудоспособного населения осенними журавлиными косяками независимо от времени года покидает родные пенаты, подыскивая работу за рубежом. Это для граждан тех стран зарплаты дворника, таксиста, кухработницы, няни невелики, а наши умудряются мало того что жить на эти деньги там, ещё и переводят своим семьям суммы, которые в общей сложности составляют чуть ли не треть ВВП страны. Благодаря им их отцы и матери если не жируют, то и с протянутой рукой не стоят и на тротуарах не торгуют.

Но нельзя же до бесконечности рожать и выращивать поколения гастарбайтеров! Деятельность Государственной службы миграции в основном направлена на то, чтобы максимально облегчить потенциальным гастарбайтерам путь на чужбину, снабдив перечнем рекомендаций и адресов представительств, и обеспечить минимальное соблюдение законов по отношению к соотечественникам, вкалывающим за рубежом. Лишь бы не возвращались… Не очень скоро хотя бы…

Ну и откуда при таком раскладе, скажите на милость, возникнут средства на выплату нормальных пенсий и неунизительных пособий? Обещать можно всё что угодно. Поставьте передо мной высокую трибуну, я вам такого наобещаю — Остап Бендер с его Нью-Васюками отдыхает и нервно курит в сторонке!

Печально, что персоны-небожители забыли простую истину: от старости уберечься нельзя, она настигнет каждого, как высоко бы он не взобрался. Memento mori — это вовсе не «моментально в море», в чём, видимо, до сих пор уверены почитатели советских комедий. Помни о смерти — вот что значит эта мрачная, но справедливая истина.

Ирина ПРОКОФЬЕВА.

"СК"

Издательский дом "Слово Кыргызстана"

Добавить комментарий