Анкара без снега

— У нас в Астане снег, — поделился в электронной переписке по возвращении домой казахстанский коллега.

— А мы по снегу истосковались, — ответил из Анкары куратор наших курсов по международной журналистике Эртан Даштан — Эртан бей, как мы все его называем.

Наша группа в вотсапе образовалась сразу по приезду в Анкару — организаторы курсов предложили её создать, чтобы подгонять опаздывающих на занятия, вытаскивать из уютных номеров отеля прогульщиков и не терять друг друга во время экскурсий. Теперь вот обмениваемся сообщениями — 25 журналистов из девяти стран и наш Эртан бей, иногда до сотни в час доходит, как было вчера. Так сдружили две недели, проведённые в Анкаре.

Турагентства пишут, что зимой в Анкаре нередок мокрый снег. За то время, что мы были там, он не выпал ни разу — ни мокрый, ни сухой. Часто шёл дождь — холодный и нудный, Анкара выглядела серой, торопящейся нырнуть в офисы, в автобусы, хлебные лавки… Не советую ехать в Анкару зимой. Но мы время не выбирали, потому что ехали не отдыхать, а учиться. Курсы организовала и проводила академия Haber («Новости») информационного агентства Anadolu при поддержке Турецкого управления по сотрудничеству и развитию TIKA.

Утро в Анкаре. Сапожник. Мы каждый день бежали мимо него на занятия

Anadolu — ведущее информационное агентство Турции. Его сотрудники, читавшие нам лекции наряду с профессорами университетов, гордятся тем, что информагентство входит в десятку самых крупных в мире, и что его основателем был ещё отец турков — Мустафа Кемаль. Через два года агентство отметит свое 100-летие. Anadolu (Анатолия) — старинное название большей части Турции, располагающейся на Анатолийском плато. Анкара тоже входит в Анатолию и находится на её северной границе. Новости агентства выходят на десятке языков, включая арабский, английский, русский, сербский и другие. Его офисы находятся в 39 государствах (на постсоветском пространстве — в Баку и Москве). Это мощная организация, не нуждающаяся в финансах — 49 процентов акций принадлежат государству, остальные — частным вкладчикам. Как говорят сотрудники, работать в Anadolu престижно и многие журналисты стремятся устроиться в него. Головной офис, в конференц-зале которого и проходили наши занятия, размещается в девяти-этажном здании. Работа в нём кипит с утра до позднего вечера, включая чайную и кофейную, где варят настоящий турецкий кофе, и столовую, которая за то время, что мы там пробыли, ни разу не повторилась в своём меню.

В Бейпазаре

Что касается TIKA, то ее аббревиатура в нашей стране широко известна. Сейчас она завершает в Бишкеке строительство кыргызско-турецкой клиники, на которую все возлагают большие надежды в том смысле, что качество услуг там будет турецкое, а цены доступны простым людям. Созданная вскоре после развала Советского Союза, TIKA специально рассчитана на вхождение и закрепление Турции на постсоветском пространстве и в странах бывшего социалистического лагеря. Осуществляет проекты во всех пяти республиках Центральной Азии, на Кавказе, в России, Украине, Молдове, на Балканах, в Средиземноморье: строит медицинские центры, оборудует компьютерные классы в школах, модернизирует библиотеки, организует учебные курсы… Подчиняясь премьер-министру и располагая большими финансовыми возможностями, считается одной из самых влиятельных структур в Турции.

В Бейпазаре. Лудильщик Мустафа
В Бейпазаре

Курсы в Anadolu поставлены на поток. Только с прошлого лета журналистов из Кыргызстана, насколько мне известно, приглашали участвовать в трёх тренингах: для репортёров, работающих в горячих точках; для пишущих на темы энергетики; и вот наши — международной журналистики. Для участия в тренингах по ведению репортажей из зон боевых действий требовалось предоставить справку о состоянии здоровья и ещё просили захватить с собой походную одежду — это говорило о том, что предполагались практические занятия. Не знаю, насколько они оказались эффективными, но Anadolu на самом деле есть чем поделиться: Турция последние десять лет участвует то в одном вооружённом конфликте на территории другой страны, то в другом (сначала в Ираке, теперь в Сирии), и журналисты информагентства ведут репортажи из этих горячих точек. Направляясь в конференц-зал, мы каждый день видели развёрнутую в холле выставку фотографий Салиха Махмуда Лейла — собкора Anadolu в Сирии. Талантливый парень погиб осенью 2015 года в пригороде Алеппо во время теракта, организованного боевиками «Исламского государства»: рядом взорвалась машина, начинённая взрывчаткой. К тому времени он проработал в агентстве больше трёх лет, готовился через месяц стать отцом. «Он был смелым человеком и замечательным фотографом, лауреатом многих профессиональных конкурсов, представлял наше агентство на фестивале Visa pour l’Image. Часто оказывался в центре перестрелок и терактов. В июле его ранили во время перестрелки, а месяц назад рядом с ним взорвался снаряд, и он получил ожоги лица второй степени. Но фотожурналистику не бросил», — рассказывают коллеги Салиха Махмуда Лейла. Парень, кстати, был из Сирии — там, в родном городе Анадан, его и похоронили.

Получить ответ на вопросы, на каких условиях отправляются работать в горячих точках репортёры Anadolu, какие компенсации выплачиваются агентством или государством в случае ранения или гибели, не удалось. Видимо, закрытая информация. Точно так же оказалось, к сожалению, бесполезным спрашивать у лекторов, что они сами думают о регулярных боевых действиях, которые Турция с августа 2016 года ведёт на земле чужого государства — Сирии (сначала операция «Щит Евфрата», теперь — «Оливковая ветвь», развёрнутая с 20 января). Как сказал один из преподавателей — представитель университета, давать комментарии по этому поводу могут только «генералы и политики». Чем объясняется эта уклончивость, можно только предполагать. Сложностью и запутанностью темы? Соображениями личной безопасности?

В то же время позиция официальной Анкары общеизвестна: она заявляет о ней постоянно. Ввод турецких военных сил на территорию Сирии объясняет тем, что в её северо-западной части, граничащей с Турцией, действуют курдские повстанческие группы (PYD и YPG), которые связаны с Рабочей партией Курдистана, признанной в Турции (как и во многих других странах, включая Европу) экстремистской, и постоянно угрожают её безопасности. Каждую информацию из района Африн, где ведётся операция «Оливковая ветвь», Anadolu сопровождает пояснением: «Африн превратился в один из активных центров террористической деятельности в регионе.

Тот самый “Фиат-Жигули” с надписью “Шехиды не умирают, Родина не делится”
И кошек, и собак, и голубей в Анкаре, Стамбуле любят. Живности здесь вольготно

В то же время горы Африна представляют собой естественное укрытие для террористов, давая им возможность беспрепятственно обстреливать населённые пункты на территории Турции. Многие годы PYD/PKK переправляет через горную гряду Аманос отряды террористов в нашу страну». Хотя Сирия квалифицирует действия турецкой армии как агрессию и нарушение её суверенитета, Анкара абсолютно убеждена в законности своих шагов, обосновывая их резолюциями Совбеза ООН по вопросам борьбы с терроризмом и статьей 51-й Устава ООН о праве на индивидуальную или коллективную самооборону. «Никто не вправе требовать от Анкары ответа за шаги по устранению угроз границам Турции, — заявил недавно президент Реджеп Эрдоган, выступая на митинге в провинции Кахраманмараш, где находится один из лагерей для беженцев из Сирии (мы давали оттуда летом репортаж). — Турция продолжит обеспечивать безопасность границ и устранять любые источники угроз. Турция и её армия не боятся врагов. Операция в Африне — наглядное тому свидетельство».

Вообще тот факт, что страна участвует в войне, здесь чувствуется постоянно. Особенно когда включаешь телевизионные новости. Они, как правило, начинаются сообщениями о том, сколько объектов террористов и их самих уничтожено в Африне, сколько населённых пунктов освобождено. Много передач, в которых политики дискутируют, обсуждая роль США и России в сирийском конфликте, последние высказывания Сергея Лаврова или Рекса Тиллерсона, который как раз в те дни, когда мы там были, нанёс визит в Анкару.

Продавец любимых
в Турции симитов -бубликов
с кунжутом

Почти каждый день прибывали тела погибших военнослужащих — их хоронили торжественно, оборачивая гробы в красный национальный флаг, при большом стечении народа. Данные о погибших разнятся: турецкая сторона сообщала, что потеряла около 30 своих солдат и офицеров, представители воюющих курдов называли в разы большую цифру.

В новостях показывали сюжет о поездке Реджепа Эрдогана в один из регионов и встрече с населением: к нему прорываются молодые люди с просьбой направить их в действующую армию.

На вопрос, как простой народ Турции относится к тому, что его страна воюет, эсэнгэвцы, давно работающие и живущие в Турции, отвечали нам по-разному. Одна, приехавшая сюда вслед за дочкой, вышедшей замуж за турка, сказала: «А как вы думаете: кто будет радоваться тому, что каждый день оттуда прибывают гробы?» Второй, оставшийся здесь после окончания университета и подрабатывающий экскурсоводом, убеждён, что 80% турок поддерживают действия своего правительства, считая, что война объясняется интересами безопасности. «Вот в вашей стране, — спросил он у меня, — все знают государственный гимн? А тут его знают и взрослые, и дети. Каждая неделя в школе начинается и завершается исполнением гимна. …В Сирии турки воюют не за оплату, хотя здесь выплачиваются очень серьёзные компенсации за гибель. Есть даже такси, на которых написано, что они бесплатно возят членов семьи шехидов».

В старой Анкаре, недалеко от Анатолийской цитадели

О том, что в Турции уделяют большое внимание воспитанию патриотизма, я писала в летнем репортаже. Одним из показателей этого стремления является отношение к государственному флагу. По всей стране на самых видных местах: на вершинах холмов, крышах самых высоких и самых значимых зданий развеваются огромные полотнища с полумесяцем и звездой, причём одного размера, независимо, в Анкаре или в оторванной от неё на тысячу километров провинции. Над улицей в квартале Малтепе, которую мы пробегаем каждое утро по пути в Anadolu, танцуют на ветру множество гирлянд из красных флажков. В Бейпазаре, старинном городке в ста километрах от Анкары, повстречали удивительное авто: точь-в-точь, как «Жигули», но со значком FIAT на решётке. «Шехиды не умирают, Родина не делится», — было выведено на его лобовом стекле.

…Кроме нас, кыргызстанцев, слушателями курсов по международной журналистике были коллеги из Азербайджана, Грузии, Казахстана, Монголии, Таджикистана, Узбекистана, Украины, самой Турции. Естественно, в аудитории витал вопрос: почему нет представителей России? Тем более что после истории со сбитым истребителем Су-24 Анкара очень бережно, скажем так, выстраивает отношения с Москвой, встречая в ответ такое же стремление. Оба государства поняли, что им выгоднее быть деловыми партнёрами. Опытнейший журналист Anadolu, который вёл тренинг, не смог — или не захотел — объяснить, почему не приглашают россиян. Остаётся предположить, что, может быть, это связано с тем, что Турция не признаёт независимости Абхазии и Южной Осетии, считая их частями Грузии, и не признаёт присоединения Крыма к России, называя это аннексией. Слово «аннексия» не раз и не два прозвучало на лекциях. С учётом того, что среди слушателей были представители и Грузии, и Украины, включая крымских татар, возможно, организаторы предусмотрительно избегают конфронтации. Можно представить, какие дискуссии разворачивались бы в зале, присутствуй россияне. Но, повторюсь, это предположение.

В Бейпазаре

Для тех, кто не знает: доступа к Википедии на территории Турции нет. Власти страны блокировали выход на неё в апреле прошлого года, после того как в «быстрой энциклопедии» разместили информацию о том, что Турция спонсирует «Исламское государство» и «Аль-Каиду». Невзирая на неоднократные требования Анкары, информация с портала не удалена.

И наконец, вопрос, который невозможно обойти: зачем вообще Турции нужны эти обучающие курсы для журналистов из других стран? Ведь затраты, которые она полностью берёт на себя, немаленькие (едва нас проводили, как прибыла следующая группа). Ответ очевиден: страна, конечно, стремится утвердить себя в роли игрока, влияющего на мировые процессы. Для начала хотя бы на то, что происходит в регионе.

В следующей части материала — никакой политики, рассказ только о том, чем удивила февральская Анкара.

Кифаят АСКЕРОВА.
source site Фото автора.
see url Продолжение следует.

"СК"

Издательский дом "Слово Кыргызстана"

Добавить комментарий