Эти увлекательные и заманчивые … пещеры (фото)

«Лучше пещер могут быть только пещеры, в которых ещё не бывал» — так хотелось перефразировать знаменитые строки Владимира Высоцкого после беседы с Сергеем Дудашвили — спелеологом, исследователем, создателем Фонда сохранения и исследования пещер Кыргызстана.

Кто сказал, что белых пятен на планете не осталось? Земля таит в себе много мест, куда ещё не ступала нога человека. Главное — иметь неукротимое желание открывать мир. Часть из таких первопроходцев оказываются в рядах спелеотуристов. В нашей республике расцвет этого увлечения пришёлся на 70-80-е годы прошлого века. Тогда действовали десятки секций при вузах, предприятиях. В них занималось сотни молодых людей, проводились соревнования, исследовательские экспедиции. Федерация спелеотуризма входила в Союз по туризму. Увлечение красотой и силой, что таят в себе горы, тогда в республике оказалось очень распространённым. Альпинисты восходили под небеса, на пики, а спелеотуристы, наоборот, старались забраться вниз, поглубже, в подземный мир кристаллов, сталактитов и сталагмитов. В 1969 году зародилось движение, у его истоков стояли Валерий Калыгин, Виктор Рейс и Сергей Дудашвили.

С. Дудашвили рос в Араванском районе Ошской области, и влекло мальчишку в скалы. Среди отвесных или пологих склонов, в нишах и углублениях нравилось искать и находить гроты и пещеры. Тем более что местность к этому увлечению оказалась весьма предрасполагающей.

— Между реками Араван и Ак-Буурой есть массив, так называемые Ошские горы. Знаменитая в Оше Сулейманка — один из архипелагов этой горной системы, оставшейся от некогда большого хребта. Так вот, в массиве достаточно много пещер, и ещё школьником я увлёкся их поиском. Там находится порядка 60 пещер протяжённостью от 50 метров до 500. К нам часто приезжали спелеологи из советских республик, я знал места хорошо, ходил вместе с учёными, принимал участие в исследовании, набирался опыта, знаний, — рассказал С. Дудашвили.

Как признаётся мой собеседник, в каменные недра влекло ощущение таинственности, там за каждым поворотом ждёт что-то неведомое, даже само предчувствие этого манит, заставляет идти вперёд. А в награду за упорство и преодоление препятствий исследователю открывается необычный и красивый подземный мир.

— Пещеры не просто тёмные своды и коридоры. Там всё очень необычно, красиво. Промытые узоры на стенах, слои каменных отложений, различные кристаллы, композиционный симбиоз. А в некоторых местах в привходовой части встречаются следы, оставленные древними людьми: наскальные рисунки, каменные предметы, керамические светильники. Всё это удивительно, — размышляет

С. Дудашвили. — Со временем приходит желание узнать: почему происходит образование пещер и кристаллов с точки зрения науки. Ведь спелеоология связана с такими дисциплинами, как геология, гидрология, минералогия.

Но чтобы добраться до чудес, любителям экзотики предстоит преодолеть немало трудностей в пути и даже опасностей. Ну, во-первых, нужно обладать знаниями, чтобы разобраться, в каких горных массивах следует искать скальные пустоты и по каким признакам их можно обнаружить. При этом вход может находиться на высоте или в труднодоступных местах. И ещё более неведомый маршрут ждёт исследователя уже внутри, где царят темнота и неизвестность.

— Пещеры бывают с вертикально расположенными коридорами, горизонтальные и восходящие, — пояснил С. Дудашвили. — Опасны по-своему каждые. В горизонтальных, как и в горах, нужно преодолевать отвесные стены с помощью спецснаряжения, плюс обводнённость, так как скальные проходы — это каналы, по которым проходят стоки, чем ниже уровень, тем больше воды. В восходящих пещерах верхние участки слепых ходов заполняет углекислый газ, таящий угрозу для людей. Ещё есть опасность остаться без света, а под землёй трудно ориентироваться. В горизонтальных пещерах можно заблудиться, так как многие из них имеют путаную систему ходов. Один коридор перетекает в другой, и так можно сбиться с пути. Для этих случаев существуют свои методики. Среди них маркировка маршрутов, когда ставишь на поворотах номера. Случается, что по мере движения стены сужаются, так что приходится даже ползти. В одном из таких узких мест я как-то застрял — ни назад, ни вперёд. Спасло то, что товарищ нашёл обходной коридор, добрался до меня и молотком расширил края лаза, чтобы я смог выбраться.

Каждая пещера имеет свой микроклимат. Влажность, горные породы и время, в которое она образовалась, а также многие другие условия создают уникальный микромир. Изучить и понять, почему происходит «рождение» таких пустот, и является задачей спелеологии. И в этом вопросе учёным всегда помогали спортсмены спелеотуризма. К сожалению, в Кыргызстане с развалом Союза произошла коммерциализация туризма. Прежние массовые формы отдыха граждан не выжили в новых экономических реалиях. А Сергей Дудашвили, чтобы не дать зачахнуть делу, которому посвятил жизнь, создал Фонд сохранения и изучения пещер. Но о деятельности этой организации чуть позже, а пока ещё немного о предмете нашего рассказа.

Самая глубокая в нашей республике из известных вертикальных носит название академика Ферсмана, на 240 метров она уходит вглубь. Рядом с Араваном есть массив Туя-Муюн (Верблюжья шея). Это место имеет интересную историю. Когда после Великой Отечественной войны в СССР встал опрос создания атомной бомбы, стали искать сырьё. Первый советский радий добыли в пещерах этой горы. Правда, его оказалось немного.

Самой красивой пещерой страны считается Чиль-Устун в Араване. Её протяжённость — 380 метров, которые представляют собой три зала с соединительными коридорами. Один из залов подпирают сверкающие от влаги колонны. Стены украшают кристаллы, сталактиты и сталагмиты причудливых форм, разных цветов. Самая протяжённая по длине пещера находится в Баткенской области и носит название Кан-и-Гут, один из вариантов перевода с фарси звучит как «Рудник погибели». Здесь с древних времён и в Средневековье добывали серебро, свинец. Пещера огромных размеров. В настоящее время изучено только шесть километров, и это только часть, и что может таиться в глубинах, остаётся только догадываться.

Удивительная фантазия природы, сложенная из каменных пород и карстовых натёков, привлекает туристов. С одной стороны, это неплохо, а с другой, люди приходят в подземные дворцы и не всегда почтительны к царящей здесь гармонии. Например, в массиве Туя-Муюн имеется пещера под названием Большая баритовая. Кристаллы барита покрывают стенки в виде гроздьев, карнизов и больших сверкающих кристаллов. Сегодня пещера практически полностью разграблена.

— Многие пещеры не охраняются и от того страдают от варварства, от действий коллекционеров и мастеров по работе с редкими камнями. Поэтому одна из задач фонда — сохранять подземное достояние страны насколько это возможно. Так, мы помогли поставить на входе в пещеру Чиль-Устун дверь. Поблизости живёт человек, который открывает двери для экскурсий, следит за порядком, — поясняет С. Дудашвили.

Мой собеседник вынашивает хорошую мечту: создать хотя бы в одной из подземных достопримечательностей, о которых говорилось выше, современный туристический объект. Провести свет, проложить удобные трассы для гостей, чтобы при этом соблюдались нормы охраны природы. Но фонд может проводить такую «раскрутку» только с местными администрациями. Органам местных властей подали несколько заявок на сотрудничество, но пока ответов нет. Хотя, казалось бы, в регионах заинтересованы в привлечении туристов, в отчисления средств в местные бюджеты, опять же появятся новые рабочие места. Ведь приезжих нужно где-то селить, кормить. А интерес скальные пустоты могут вызвать у иностранцев большой, в этом уверен мой собеседник. Взять, к примеру, хотя бы упоминавшуюся выше пещеру Кан-и-Гут. Она является археологическим и культурным наследием.

— Наша идея состоит в том, что бы сделать её объектом экологического туризма и сохранить историко-археологическое и культурное достояние Центральной Азии. Здесь обитают редкие виды рукокрылых млекопитающих, занесённых в Международный красный лист и Красную книгу Кыргызстана. Разработка и добыча руды велись в течение 1 500 лет. Кан-и-Гут снабжал серебром страны Европы, Китай, а также Россию. Свою известность пещера получила в X-XII веках, когда стала центром добычи серебра и свинца. В комплексных исследованиях должны принимать участие спелеологи, историки, археологи, геологи. Предстоит найти ответ на многие вопросы: как велась добыча, как извлекали металл из руды? В пещере обнаружены мумии животных. Останки древних лестниц и креплений, а также многочисленные следы примитивных инструментов средневековых рудокопов. Когда мы привезли туда иностранцев, они удивлялись, почему такое место не исследуется на должном уровне, не используется как туробъект, — рассказал С. Дудашвили и посетовал, что у нас в республике не развивают такой вид туризма, не вкладывают в него средства. Хотя в других странах мира уникальные пещеры привлекают любителей экзотики и путешествий.

— В Грузии среди туристических маршрутов предлагают посетить пять-шесть пещер, специально приспособленных для посещения. Очень развито это направление в Европе, Австралии, — продолжил мой собеседник. — Я бывал в крупнейшей пещере в Ливане. Там и на лодке передвигаешься, и на поезде едешь. Это гигантский, достаточно популярный бизнес. Прокладывают штольни, чтобы не надо было карабкаться, идти ползком. Проводится электричество, некоторые пещеры имеют специальную подсветку, чтобы лучше показать игру света на кристаллах и минералах. При этом отработаны технологии, позволяющие минимизировать влияние человеческой деятельности на климат.

А теперь хотелось бы немного рассказать о деятельности Фонда сохранения и исследования пещер, созданного С. Дудашвили. С его помощью он планировал привлечь ресурсы для исследования территории нашей страны. Так, в прошлом году кинули клич среди энтузиастов зарубежья — исследовать Кан-и-Гут. Команда специалистов из американцев, французов, англичан, итальянцев и представителей фонда провели топографическую съёмку части пещеры, которая состоит из наслоения природных и искусственных ходов и коридоров. В ближайшее время по итогам этой работы создадут модель Кан-и-Гут в 4D объёме.

Сергей Дудашвили уверен, что список «подземных дворцов», интересных с точки зрения развития туризма, который известен нам, может пополниться новыми, не менее привлекательными местами.

— В Кыргызстане много уголков, где геологические условия позволяют предполагать наличие пещер. Но в этих районах никто не проводил изысканий. То, что у нас открыто, это только небольшая часть. А основные открытия в области исследования пещер ещё предстоят. Но их некому искать, — посетовал мой собеседник.

Фонд в прошлом году запустил проект поиска пещер «Спелеостан». Разослали приглашения учёным и таким же увлечённым энтузиастам подземного мира и рассказали об интересных районах обследования, предложив создать поисковые экспедиции. Набралось пять команд из представителей разных стран. (Фонду можно сказать большое спасибо за популяризацию нашей страны в области развития туризма.) Нашли две новые пещеры: одну в Ат-Башинском районе глубиной 300 метров, а другую — в Баткенской области на 150-160 метров. В этом году в планах — новые походы с учёными из Индонезии, Израиля Испании, Аргентины. Так что пожелаем им новых интересных открытий.

Дмитрий АЩЕУЛОВ.
Фото предоставлено Сергеем ДУДАШВИЛИ.

"СК"

Издательский дом "Слово Кыргызстана"

Добавить комментарий