Отечественная социология как самопознание кыргызского общества

С конца 1990-х годов в отечественной социологии проявляется тенденция повышения её статуса как социального знания, её роли и в формировании общественных настроений, и в развитии сферы социального управления и планирования. Действительно, к этому периоду пришло осознание того, что кыргызское общество прошло точку возврата к прошлому, что сформировалась новая социальная структура, возникли новые социальные слои и группы, легитимировался новый социальный и политический порядок, что в общественных настроениях адаптивные установки, позиции социального анархизма и архаизации постепенно уступают место достиженческим, ориентированным на планирование и реализацию жизненных целей. Можно сказать, что уверенность в будущем стала личностным и социальным капиталом. С будущим сегодня связывается социальное доверие как способность строить справедливое чистое общество «Таза Коом».

Речь идёт о том, что для кыргызского общества проект «Таза Коом» должен становиться социальной ценностью, как богатство, власть, престиж и образование. Более того, можно говорить, что уверенность в будущем, социальное доверие настраивает не только на формирование барьеров против возможных будущих угроз и рисков, но и логику недоверия неизбежно замещает логикой доверия — тем, что отечественная социология определяет как системное доверие, как доверие сложившейся в социальной системе и её участниками.

Такие новые социальные реальности, как креативный слой, солидаристские практики, демократия участия, обусловливают внимание к «Таза Коом» как к желаемому и реальному, воплощаемому состоянию общества. Речь идёт о том, что в контексте происходящих в кыргызском обществе процессов будущее становится ресурсом и отдельных конкретных личностей, и социальных слоев, что от того, как воспринимается будущее и как оно включается в жизненные стратегии, в иерархию жизненных целей, в позиции по отношению к актуальным в обществе процессам, зависит конфигурация общественных отношений, изменчивых, подвижных в силу влияния образов будущего. Об этом говорит тот факт, что кыргызскй креативный слой, как показали наши наблюдения, основывается на принятии креативности как рациональности, уверенности в себе, планируемое, чего не хватало традиционному пониманию личности.

Так как проект «Таза Коом» определяет состояние инновационного потенциала кыргызского общества, а модернизация общества связана с формированием целостной структуры сознания, с переходом на более глубокие уровни регулирования человеком своего поведения, где его сознание пытается ускользнуть от миражей суетливого размежевания, потребность в «Таза Коом» означает прекращение стратегии построения параллельных социальных миров, построения упрощённых социальных ниш.

Действительно, в условиях жёсткой динамики перемен ориентация на прошлое означает отставание личности, её чрезмерный консерватизм, отказ от инициативности, личной независимости, потребности в самореализации. Можно сказать, что кыргызское общество делится в определённой степени на людей будущего и людей прошлого, и это связано не только с реальностью, утончения в обществе слоя людей, живущих воспоминаниями о прошлом. Социальный реванш связывается в эти дни с проектом «Таза Коом». В целом кыргызское общество преодолело синдром травматогенности, и нынешний этап показывает, что настроения кыргызстанцев отличаются от настроений 2010-х годов: люди не хотели бы вернуться в узнаваемое прошлое, для них важно создание дальней зоны комфортности, ощущение того, что, хотя страну и ждут трудные времена, для настроений кыргызстанцев характерны спокойствие, уравновешенность, хотя многие испытывают тревогу.

Можно предположить, что ресурс социальной прочности значительно больше в обществе, чем в предшествующий период, когда возобладали настроения алармизма, безразличия или анархизма. В то же время грань между кыргызстанцами, испытывающими тревогу и испытывающими спокойствие, довольно подвижна, и уверенность в «Таза Коом» становится если не определяющим, то разграничивающим фактором. В том, чтобы пережить трудные времена, заключается непростая проблема для кыргызстанцев. Но говорить о том, что общество не мыслит категориями будущего, означает упростить картину. Дело не в бытовом суждении, что за плохими временами следуют лучшие. Уверенность в будущем, как отмечалось ранее, вызвана высоким уровнем доверия — системным, и от этого зависят устойчивость общественной жизни, ожидание продуманных перемен, имеющих позитивные социальные последствия.

Можно говорить также о том, что с будущим для кыргызстанцев связывается осознание таких проблем, как социальное неравенство. На первый взгляд кажется, что это включённая в актуалистский контекст проблема и в кыргызском обществе большинство испытывает негативное влияние неравенств как разрушающих или снижающих надежды на лучшее будущее. Ситуация гораздо сложнее: отношение к социальным неравенствам во многом определяется тем, каким видят кыргызстанцы будущее кыргызского общества. Так как большинство кыргызстанцев поддерживает идею социально разумного, социально организованного общества, то актуалистский эффект социальных неравенств смягчается и преодоление неравенств связывается не с принятием ультрарадикальных, конфискационных решений, конфискационных действий государства или с возвратом к идее уравниловки. Пришло понимание того, что надо нивелировать социальные неравенства, перевести в контекст справедливых, социально обоснованных неравенств, связанных с конкретным вкладом, реализацией конкретных возможностей, дара, талантов человека.

Изучая проблему социальных неравенств, мы пришли к выводу, что в стране наблюдается угрожающий разрыв качества человеческих ресурсов между основными социальными группами. При этом мы отмечаем и положительные моменты:

  • отмечается превышение уровня человеческого капитала молодого поколения над уровнем человеческого капитала старшего поколения, что повышает уверенность в будущем;
  • хотя структурно-качественный состав человеческого капитала и его воспроизводство вызывают опасения, в то же время в кыргызском обществе имеет потенциал организации качественно новой социальной и гражданской жизни.

В этом контексте речь идёт о том, что отношения к будущему оказывают определённое влияние на дальнейший жизненный путь.

Можно сказать, что потребность в принятии будущего как социальной реальности в кыргызском обществе связана не с уходом в вымышленное лучшее будущее, а с активным созданием будущего в условиях настоящего, накоплением социальных ресурсов для наступления лучшего и предсказуемого будущего. Актуальные социальные проблемы, которые оцениваются с позиции будущего, связываются с моделью будущего устройства общества, с тем, что группам, ориентированным на будущее, свойствен более высокий социальный оптимизм по сравнению с другими группами населения, и уверенность в будущем основывается не на социальных притязаниях, а определяется социально-профессиональным, социально активистским ресурсами.

В кыргызском обществе, как мы отмечали ранее, креативный социальный слой пока занимает неструктурированные позиции, которые ориентированы на то, чтобы реализовать личностный потенциал. Пока не идёт речи о переходе на уровень группового самоопределения. Тем не менее в новом креативном слое проявляется то, что не свойственно реализующим адаптивные стратегии группам населения, — ориентированность на будущее. Созидание будущего становится залогом уверенности в настоящем. Также можно смело говорить о том, что потребность напоминать о себе, «теребить» государственные структуры является признаком готовности к мобилизации ради совместных действий. Эти стратегии креативного социального слоя, хотя и не лишены некоторого интеллектуального снобизма, особенно по отношению к старым базисным группам, нацелены на то, чтобы сделать общественный альтруизм формулой социального взаимодействия. Это говорит о том, что новый креативный социальный слой становится практической социальной группой, нуждаясь в идеологической легитимации.

В принципе, кыргызское общество, которое достигло основного согласия по формуле устойчивость-порядок-законность, нацелено на перемены, на то, чтобы уверенность в будущем стала общесоциальным ресурсом. Если говорить об этом, следует подчеркнуть, что, как показывает история современных обществ, группа, которая берёт на себя лидерство в созидании будущего, определяет общественные тренды. Как говорят во Франции, с приходом новых левых и уходом Ш. де Голля минула эпоха великой Франции.

Тем не менее созидание будущего является ключом к общественному успеху, и в кыргызском обществе это условие начинает осознаваться. Однако общественные настроения нуждаются в социологическом обосновании, понимании сложности процесса перехода от адаптивности к созиданию. В самой адаптации нет ничего плохого, ведь именно благодаря ресурсу терпения и прочности кыргызстанцев страна пережила нелёгкие 1990-е годы и две революции, когда в ситуации безденежья, политического безвременья в целом сохранялась политическая устойчивость и, несмотря на процветание бартера и ломку хозяйственных связей, жизнедеятельность страны не прервалась.

Как показали шесть лет правления Атамбаева, интенсивный экономический рост эффективен, выражается в социально значимых результатах, если в обществе принято социальное проектирование, понимание того, какие времена, какие достижения и какие сложности могут ожидать общество в ближайшем и среднесрочном будущем. Вероятно, основным упущением этого периода было то, что в условиях притока значительных финансовых ресурсов развивалась преимущественно сфера потребления. Повышение уровня жизни населения играло позитивную роль, и это нельзя отрицать. Но вместе с тем и в экономике, и в образовании, и в культуре не происходило того, что можно назвать инвестированием в будущее. Хотя была принята политика целевых программ, но их реализация не сопровождалась социальным и государственным контролем. Создавалось впечатление, что программы принимались как будто для того, чтобы о них забыть.

В этой ситуации важным стало признание того, что в управленческой деятельности отсутствует стратегическое, сценарное мышление, а доминирующий актуализм препятствует переходу страны к модели инновационного развития. Об этом свидетельствует и то, что большинство кыргызстанцев сохранило актуалистскую направленность и только треть населения ориентирована в будущее. Для большой части населения интерес к жизни определяется социальным микроуровнем, сводится к удовлетворению актуальных потребностей, а их отношение к обществу социально реактивно. В то же время, как показывают наши исследования, для кыргызстанцев в иерархии приоритетов общественного участия важное место занимают здравоохранение, защита окружающей среды, трудоустройство, поиск работы, защита прав человека, благотворительность. Это говорит о том, что массовые настроения характеризуются уходом от потребительских интенций к созидающим установкам и для кыргызстанцев здоровье, как и сбалансированная социальная среда, становятся факторами социальной активности. При этом отношение кыргызстанцев к ситуации в стране коррелирует с соответствующими чувствами озлобленности и агрессии. Большинство тех, кто считает ситуацию в стране нормальной, настроены на позитивные перемены к лучшему, в то время как социально дезориентированные и испытывающие чувство социальной зависти и агрессии, в основном не испытывают доверия к государственным и социальным институтам.

Это доказывает, что ориентация на проект «Таза Коом», уверенность в этом будущем являются важными показателями устойчивости общественного самочувствия, укрепления социальной солидарности, развитости социальных творческих практик. Пока данные настроения не имеют массовый характер, но проявляются спорадически, присущи отдельным группам и в определённых общественных состояниях, например в период эмоционального подъёма (что наблюдалось при проведении Игр кочевников). Важно и необходимо, чтобы ориентированность на проект «Таза Коом» стала общенациональным трендом, определяла масштабы и цели социального планирования, характер взаимодействия элит и общества, государства и социологии.

Данные приоритеты не могут быть реализованы автоматически, для этого недостаточно общественного консенсуса. Чтобы в обществе ориентированность на будущее укрепилась в качестве тенденции общественных настроений, чтобы общественная жизнь характеризовалась стремлением к наращиванию ресурсов будущего и в институциональной системе доминировали институты социального развития, требуется поворот и в общественном сознании, и в общественном развитии. Отечественная социологическая мысль, фиксируя данные настроения, отстаёт от общественных трендов, ограничена прогнозами на кратковременное будущее. Никто не отрицает, но надо признать, что в глобальном мире наступил период социальной неопределённости, но, как бы это странно ни звучало, именно уверенность в будущем становится основным показателем успешности кыргызского государства и кыргызской нации.

Кусеин ИСАЕВ, д.ф.н. профессор социологии,
Калыс ИШИМКАНОВ, философ, магистр социологии.

"СК"

Издательский дом "Слово Кыргызстана"

Добавить комментарий