Пт. Окт 19th, 2018

Молодость, или Горькие думы о независимости

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Share on Google+
Google+
Print this page
Print

Страна недавно торжественно отметила 27-ю годовщину своей независимости. Вслед за ней успешно прошли грандиозные III Всемирные игры кочевников и очередной Саммит глав тюркоязычных государств. Всё это радует. Но если подумать глубже и всерьёз?

Во всемирной истории существовало столько известных народов, государств и империй, которые в силу различных причин, прежде всего из-за войн или иных социально-политических катаклизмов, впоследствии канули в Лету либо растворялись в составе других этносов или новых государственных образований. В этом смысле судьба поистине благоволила нам, кыргызам, сохранив на протяжении последних трёх тысячелетий и землю нашу святую Ала-Тоо, и название наше гордое «кыргыз», и язык наш древний, благозвучный. Лишь государственность наша подверглась крутым изменениям и поворотам: то она появилась, то утерялась, как и наша письменность, то опять возрождалась, достигнув когда-то даже состояния «кыргызского великодержавия» (IX век). Затем наступили долгие, длившиеся почти тысячи лет смутные времена, в течение которых о государственности кыргызов не велось и речи. Но вот настал XX век, представивший кыргызам в условиях Советской империи вновь различные, во многом формальные типы государственности: сначала в виде автономной области в составе РСФСР (1924), затем в качестве автономной республики в составе той же РСФСР (1926), наконец, в статусе союзной республики в составе самого СССР (1936). Но судьба этого искусственного Союза тоже оказалась скоротечной: из-за непоследовательной, непродуманной политики М. Горбачёва и антиконституционных действий организаторов так называемого ГКЧП и руководителей трёх славянских стран — России, Украины и Беларуси, в конце 1991 года его неожиданно не стало. На месте СССР образовалось 15 новых независимых государств, признанных мировым сообществом. В их числе оказался и наш Кыргызстан.

Таким образом, рождение нового независимого Кыргызстана не плод усилий и героической борьбы самого народа и его лидеров, как это часто случалось ранее в истории, а Божий дар, результат мирного распада СССР. Тем не менее тогда перед нами, в первую очередь перед политическим руководством и всем истеблишментом, стояли небывало трудные, мучительные вопросы: как быть? Что делать? Какое государство строить? По какому пути идти? Какой образец взять? Надо честно признать, что готовых ответов или рецептов на такие вопросы в то время не существовало. Наоборот, мы раньше знали и испытали на собственной шкуре лишь одну теорию — перехода из феодализма в социализм, минуя капиталистическую стадию развития. Но, как показала мировая история, не только эта теория, но и всё учение — утопическое и так называемое научное, марксистско-ленинское — о социализме и его последней фазе коммунизма оказались «Дорогой к рабству» (Ф. Хайек). А дорогой, ведущей к благой жизни и процветанию, стал, как свидетельствует та же история, опыт наиболее развитых стран Запада и Востока, где всё основано на праве, демократии и рынке.

Правда, современный мир по-прежнему многолик. В нём всё ещё существуют, вернее, сосуществуют различные варианты и модели развития: я имею в виду либеральные, социалистические, социал-демократические, автократические, откровенно диктаторские, исламские и другие режимы. Но ведущей тенденцией, магистральной линией развития человечества на данном этапе считается всё же стремление к лучшей модели — демократии и рыночной экономике, построению правового государства, в котором верховенствует закон. К чести нашей страны в качестве цели и образца мы изначально выбрали именно этот последний путь, зная, что и он труден, долог и извилист, но в конечном итоге продуктивен.

Словом, сама новая ситуация (внутренняя и внешняя), форс-мажорные обстоятельства вынудили нас искать правильные пути и эффективные средства построения нового суверенного государства, создания основ его политического, правового, экономического и социально-культурного фундамента. Удалось ли это? Если да, то в какой мере?

Я, как один из тех, кто принимал активное участие в общественно-политической и государственной жизни республики за эти годы в том или ином качестве, ответственно заявляю, что, несмотря на появление в последнее время различного рода скептических оценок и мнений о «несостоятельности» кыргызского государства, нам удалось заложить основы фундамента нового Кыргызстана, придав им необратимый, целенаправленный характер. В чём это выражается?

Прежде всего следует отметить то, что у нас в стране установился принципиально новый конституционно-правовой порядок, основанный на уважении прав и свобод граждан, принципах разделения властей и децентрализации управления, приверженности миру и демократии. Наша Конституция по своему духу и букве гораздо ближе к конституциям развитых стран, нежели государств СНГ, не говоря уже о государствах Центральной Азии, хотя она и нуждается в дальнейшем реформировании и совершенствовании. То же самое надо сказать о нашем законодательстве, поскольку у нас одним из первых в Центральноазиатском регионе парламент начал действовать на постоянной, профессиональной основе и состоит из депутатов, избираемых, как правило, в результате конкурентных выборов, а не по списку, спущенному сверху.

Тем не менее сегодня критиков и очернителей нашей новой истории, особенно деятельности экс-президентов А. Акаева, К. Бакиева, Р. Отунбаевой и А. Атамбаева, много. Но мы должны проявить к истории и бывшим главам государства, особенно к их деятельности, справедливый, объективный подход, признав как недостатки, ошибки и заблуждения, так и заслуги, связанные с достижениями нашего народа. Ибо нельзя оторвать их деятельность от жизни народа, нашего государства. То же самое стоит сделать и в отношении тех, кто волей судьбы и благодаря доверию народа оказался в годы независимости Кыргызстана во главе высших властных структур страны, внося свой вклад в становление нашей новой государственности. Я имею в виду, в частности, М. Шеримкулова, А. Жумагулова, Н. Исанова, Ф. Кулова, Т.Чынгышева, А. Муралиева, У. Мукамбаева и др. Я доволен тем, что находился в ряду этих людей, работая в разные годы в руководстве как исполнительной, так и законодательной власти. Я всегда считал и считаю, что как в успехах, так и упущениях, имевших место в Кыргызстане за годы независимости, есть и моя доля ответственности. Об этом хочу сказать честно, безо всякой утайки. Поэтому считаю необходимым рассказать ещё раз о наших недостатках, уроках, проблемах и задачах с тем, чтобы искать вместе возможные пути их устранения и решения.

Обратимся прежде всего к фактам и цифрам, поскольку они, как говорят, упрямы и красноречивы. За четверть века в Кыргызстане 10 раз меняли Основой закон — Конституцию (при А. Акаеве — 5 раз, при К. Бакиеве — 3 раза, при Р. Отунбаевой — 1 раз, при А. Атамбаеве — 1 раз), всё это произошло в основном  путём всенародного референдума, создав иллюзию конституционализма. Три раза в нарушение Конституции состоялись досрочные парламентские выборы (1 раз при А. Акаеве, 1 раз — при К. Бакиеве, 1 раз — при Р. Отунбаевой), 30 раз (!) сменилось правительство (при А. Акаеве — 8 раз, при К. Бакиеве — 5 раз, при Р. Отунбаевой — 2 раза, при А. Атамбаеве — 6 раз). Председатели же парламента после 2005 года менялись как перчатки. Это ли не свидетельство того, что Кыргызстан за годы независимости жил в условиях постоянной политической нестабильности и кадровой чехарды, бесконечных экспериментов. Кроме того, страна с 1990 года пережила два крупнейших межэтнических конфликта на юге и две революции, охватившие всю её территорию.

Всё это самым непосредственным образом сказалось на состоянии экономики и правоохранительной системы. По данным известного экономиста академика Т. Койчуева, основанным на источниках МВФ, Кыргызстан по объёму ВВП в 2015 году занимал последнее место в СНГ, а в мире — 143-е место, уступая даже Таджикистану, а по ВВП на душу населения только вошёл в группу стран с доходами ниже среднего уровня, немного опередив по этому индексу Таджикистан (у нас $1 112, а в Таджикистане — $922). Сравните: в соседних Казахстане — $9 795, Узбекистане — $2 120, в республиках Закавказья — от $3 534 (Армения) до $5 739 (Азербайджан), в Прибалтийских странах — от $13 618 (Латвия) до $17 288 (Эстония), в России — $9 054 (Т. Койчуев. На пути к инновациям и гуманизации развития. 2017, стр. 17). А последние данные 2017-го говорят, что мы опустились ещё ниже, заняв по уровню ВВП на душу населения 146-е и войдя в число самых бедных стран мира, по индексу глобальной конкурентоспособности — 111-е место, как наиболее слабая страна среди государств СНГ, а по индексу коррупции — 136-е. И это при том, что каждый президент Кыргызстана, начиная с А. Акаева и включая нынешнего С. Жээнбекова, приоритетом своей деятельности публично объявлял борьбу с коррупцией.

На деле же Кыргызстан стал, как справедливо замечает независимый шведский исследователь Йохан Энгвалл, всецело коррумпированным государством, где само государство является инвестиционным рынком, способом добывания незаконных денег, а теневая экономика составляет 40-50% от ВВП. Отсюда массовая «прихватизация» государственного имущества и земли, воровство иностранных кредитов и грантов с участием и при попустительстве самих властей предержащих и чиновников, бесконечные споры и скандалы вокруг золотосодержащих мест Кумтор, Джеруй, Талды-Булак левобережный, Макмал, Иштамберди, Бозымчак и др. По сути, сейчас вся территория Кыргызстана превратилась в чёрную дыру — зону экологического бедствия, где беспощадно роют землю, горы и даже ледники. С другой стороны, со времён горбачёвской перестройки (с 1985 года) в Кыргызстане своими силами не построено ни одного сколько-нибудь крупного промышленного объекта и общественного здания. Единственным архитектурно-строительным памятником перестроечных лет в Бишкеке была небольшая «Чайхана аксакалов», потом приватизированная и заброшенная сейчас, а во время правления А. Акаева соорудили к 1 000-летию «Манаса» комплексы в Бишкеке и Таласе, тоже забытые теперь. А. Атамбаев построил ипподром в Чолпон-Ате, приуроченный к открытию Всемирных игр кочевников. Частные же помпезные постройки (рестораны, тойкана, торговые центры, элитные дома) совершенно не вписываются в архитектуру Бишкека и других городов, они хаотичны, самое ужасное — выкорчевали зелёные насаждения. Показательно и то, что наши автомобильные дороги, электролинии и Бишкекскую ТЭЦ, даже государственные резиденции и центральные площади столиц проложили, построили и ремонтировали китайские специалисты и рабочие на китайские же кредиты и гранты.

В целом же за годы независимости мы потеряли промышленность, из индустриально-аграрной республики превратились в аграрную страну, в экономической структуре которой уже больше половины составляет сфера услуг, в основном, торгово-бытовых и посреднических.

Между тем на заре независимости мы хвастались, что станем второй Швейцарией, Бишкек будет финансовым центром региона, а аэропорт «Манас» — международным хабом, мостом между Востоком и Западом. Больше двадцати лет говорим о строительстве кыргызско-китайской железной дороги, соединяющей юг и север, а практических дел пока не видно. Не говоря о таких грандиозных мечтах, мы даже не смогли реализовать сугубо реалистичный и прагматичный проект строительства Камбар-   Атинской ГЭС и других каскадов на реке Нарын. Я сам свидетель того, как в 2003 году А. Акаев и В. Путин договорились в большом зале «Белого дома» о выделении $1,5 млрд. Россией на это. Позже К. Бакиев и А. Атамбаев тоже добивались такой договорённости, но они же не довели дело до конца, до практической реализации. А посмотрите на соседние Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Таджикистан, на их столицы, сравните экономические показатели, инфраструктурные и индустриальные проекты, архитектурные облики. Сравнения отнюдь не в нашу пользу, и, как свидетельствует академик Т. Койчуев, «неутешительны» (См. его книгу «Мировая экономика и постсоветская Центральная Азия», 2011). Обидно и стыдно!

Вызывает сожаление, что за это время мы не смогли решить пограничные споры с Узбекистаном и Таджикистаном, делимитировать и демаркировать границы.

Тем временем мы не в меру любим политику (имеем 230 партий, около 20 тысяч НПО), религию (около 2,5 тысячи организаций), бюрократию (18 тысяч служащих) и роскошь, внешние символы власти и неразумное количество высших учебных заведений и студентов (55 вузов и 250 тысяч студентов вместо девяти и 50 тысяч в 1991 году). Приведу для наглядности живые свидетельства: когда президентом избрали А. Акаева, в 1990-м, он сидел в старом кабинете в старом Доме правительства, не имел почти никакой охраны и персонального самолёта, передвигался на чёрной «Волге». Потом он перебрался в новый Дом правительства, передвигался на дорогих иномарках, впоследствии бронированных, в сопровождении большой охраны и длинного кортежа, летая на специальном борту, занимал и изолировал своей семьёй все три резиденции в Чолпон-Ате, принадлежавшие ранее ЦК Компартии, Верховному Совету и правительству Кыргызстана. Его преемники тоже, кажется, последовали его примеру. Ныне всех первых лиц республики сопровождает большое количество охраны и служебных машин, что расточительно. В этой связи могут спросить: а как Вы сами поступали, когда были почти два срока торага палат Жогорку Кенеша? Отвечаю: я внёс поправку в Закон «Об охране высших должностных лиц», согласно которой охрану и сопровождение ГАИ оставить только за главой государства, а остальных лишить такого права, но Законодательное собрание не поддержало меня, хотя бывшие первые руководители республики времён СССР Т. Усубалиев, А. Масалиев, всего 16 депутатов из 60 согласились со мной. Тогда меня сопровождали только один офицер охраны и один гаишник.

Второй красноречивый пример. Когда я ушёл из Академии наук в 1991 году, там работало более четырёх тысяч человек. А когда вернулся туда в 2012-м, осталось 1 940 человек. Зарплата у доктора наук — 6-7 тысяч сомов, директора института — 9 тысяч, президента академии — 16 тысяч, тогда как водитель депутата или министра, рядовой секретарь в приёмной чиновника получали 18-19 тысяч сомов. Такая вот перевёрнутая пирамида: раньше, во времена СССР, наиболее высокооплачиваемыми были учёные, они получали гораздо больше, нежели чиновники.

Другими увлечениями наших президентов стали разработка и публикация разного рода программ и стратегий. Например, А. Акаев ещё в 1993 году опубликовал книгу под названием «О стратегии социально-экономического развития Кыргызской Республики и неотложных действиях», в которой содержатся явно утопические цифры и мечты (добыча угля на уровне 4-5 млн. тонн, строительство Сары-Джазского горно-обогатительного комбината и др.). Не дожидаясь её полноценной реализации, в 1997 году в пышной обстановке приняли Национальную стратегию устойчивого человеческого развития в Кыргызской Республике, а через 4 года документ — «Комплексные основы развития Кыргызской Республики до 2010 года. Общенациональная стратегия», через ещё 4 года (2005 год, февраль) общенародную программу «Таза Кыргызстан» («Чистый Кыргызстан»).

К. Бакиев, бывший одним из активных разработчиков и исполнителей стратегии 2001 года в качестве премьер-министра республики, после прихода к власти в 2005-м отверг её и программу «Таза Кыргызстан», одобрив новую национальную стратегию, подготовленную его правительством, а в 2009-м неожиданно, вопреки положениям Конституции, объявил какой-то доселе неизвестный «Курс на обновление страны», подражая американским президентам XX века (Рузвельту, Трумэну, Кеннеди, Джонсону). Р. Отунбаева в силу своего временного мандата и чрезвычайных обстоятельств не смогла заняться подобной работой. А вот её преемник А. Атамбаев, вступивший в должность президента 1 декабря 2011 года, почему-то запоздало сформулировал «Национальную стратегию устойчивого развития Кыргызской Республики на период 2013-2017 годов», позаимствовав такую идею и название у своего заклятого врага А. Акаева. До завершения своего президентского срока он, не ознакомив народ с результатами её реализации (а там были такие заведомо нереальные, невыполнимые задачи, как ежегодный 7-процентный рост ВВП, увеличение его на душу населения в два раза, то есть до $2 500, а средней зарплаты к 2017 году — до 26 тысяч сомов), инициировал новую стратегию аж до 2040 года, обозначив её «Таза Коом», и опять заимствовав название у А. Акаева. Видимо, верно выражение: новое — это хорошо забытое старое.

Новый Президент Кыргызстана С. Жээнбеков тоже своё стратегическое видение страны представил через 7 месяцев после вступления в должность.

Дело, конечно, не в названии, а в сути и возможности исполнения. К сожалению, у нас почти все программы и стратегии, как при СССР, не воплотились в жизнь, оставшись на бумаге. Потому что они хорошо не просчитались в экономическом смысле, в них не ставились реалистичные, выполнимые цели и задачи, по ним не велась должная разъяснительная и мобилизационная работа. В этом плане весьма поучителен опыт Узбекистана и Казахстана: там главные цели и задачи оказались реалистичными и выполнимыми. Об этом я писал в своих статьях «Памяти Ислама Каримова» и «Воплощённые стратегии Н. Назарбаева». Сейчас в этом русле очень инициативно и энергично действует нынешний Президент Узбекистана Ш. Мирзиёев.

Чего нам ещё не достаёт?

Прежде всего соблюдения Конституции и законов страны. Это касается всех — от рядового гражданина до Президента. Не секрет, что все бывшие президенты республики нарушали нашу Конституцию. Например, в её нарушение А. Акаев в 1995 году досрочно, а в 2000-м в третий раз переизбирался президентом, К. Бакиев тоже в 2009 году избирался досрочно, несмотря на пятилетний срок, незаконно (вопреки нормам Конституции) упразднил Совет безопасности и должность государственного секретаря, образовал другие неконституционные органы и структуры, Р. Отунбаева и А. Атамбаев не привели в соответствие с новой Конституцией, принятой в 2010 году, структуру своего аппарата и не отменили указы о назначении руководителей государственных органов (Национальный статистический комитет, Государственная кадровая служба, Национальная комиссия по государственному языку, государственная комиссия по делам религий, агентство по защите депозитов), вторгаясь в полномочия и компетенции правительства, связанные со внутренней и внешней политикой, особенно с социально-экономическими, финансовыми и хозяйственными вопросами, и вмешиваясь даже в прерогативы судебной власти там, где по Конституции нельзя. Ведь полномочия президента ясно и точно прописаны в статье 64. Любое отклонение от неё, всякое вмешательство в дела и полномочия других ветвей власти в правовых государствах, где верховодят Конституция и закон, не допускается, если таковое будет, преследуется законом (так было, к примеру, в Чили и Таиланде). То, что такое продолжает иметь место в Кыргызстане, следствие инерции, идущей со времён президентства А. Акаева и К. Бакиева, а также проявления слабости, неумения пользоваться своими конституционными полномочиями Жогорку Кенеша, правительства и судебной власти, о чём в своё время с горечью не раз кричал отец нынешней Конституции О. Текебаев. Я надеюсь, что нынешний Президент С. Жээнбеков извлечёт уроки из этого и исправит положение.

follow link Вторая большая проблема, о чём все знают и говорят, — отсутствие независимости судебной власти: она как раньше, так и сейчас смотрит на Президента и его аппарат. До тех пор, пока судебная власть не станет по-настоящему независимой, как в США и Европе, правового государства, декларированного в Конституции, у нас не будет.

follow Третье — отсутствие атмосферы полной открытости. Речь идёт о необходимости предать огласке всю информацию о том, как произошла у нас приватизация государственного имущества и предприятий, кто чем владеет, на каких основаниях, каково состояние тех предприятий сейчас, насколько они эффективно использовались, и так далее. Точно так же следует опубликовать данные относительно того, куда ушли заимствованные иностранные кредиты и гранты, кто их получал и использовал, куда и как тратил, какова была их отдача, как они возвращаются? Здесь стоит начать с использования в 1990-х годах 25 млн. ЭКЮ, предоставленных Еврокомиссией, $10 млн. пакистанского кредита для фармацевтики, $75 млн. турецкого кредита, $17 млн. на проект «Овцеводство», $40 млн. на проект «Таза суу». Ведь забыты сейчас потраченные средства на Джалал-Абадский комбинат детского питания («Гималай», «Андре»), Иссык-Атинскую овчинно-меховую фабрику, Токмакскую картонно-бумажную фабрику и многое другое. Впоследствии огромные деньги были взяты на реабилитацию дорог Бишкек — Ош, Бишкек — Талас, Бишкек — Торугарт, Ош — Эркештам, Ош — Карамык, Ош — Баткен — Исфана. Только за последние годы, в период президентства А. Атамбаева, почти $1,5 млрд., полученных из Китая, потрачены на строительство электролинии «Датка — Кемин», альтернативной дороги север — юг и реконструкцию Бишкекской ТЭЦ, политический скандал вокруг которой ещё раз ярко обнажил большие неурядицы и коррупцию в сфере использования кредитов.

Честное, объективное расследование подобных дел как бы через микроскоп выявит такое широко распространённое у нас явление, как сращивание политики и бизнеса, что запрещено Конституцией и законодательством. К несчастью народа Кыргызстана, бывшие президенты, многие депутаты парламента, министры и чиновники или члены их семей откровенно, даже демонстративно занимались бизнесом, злоупотребляя служебным положением. И сейчас такое продолжается.

source site Четвёртое. Несмываемым пятном в деятельности властей и правоохранительных органов является умышленное создание условий для бегства преступников и коррупционеров за рубеж. Так случилось, к примеру, с близким окружением, родственниками и некоторыми соратниками бывших президентов А. Акаева и К. Бакиева, с известным криминальным авторитетом А. Батукаевым. Буквально на виду у всех недавно сбежал бывший первый вице-премьер Аскарбек Шадиев.

go to site Пятое. Даже в политическом и правовом плане в Кыргызстане, названном в начале 1990-х годов «островком демократии» начиная с конца 1990-х годов, в период правления А. Акаева, участились политические преследования оппонентов, силовое давление на независимые средства массовой информации (Ф. Кулов, Т. Тургуналиев, З. Сыдыкова). Как оказалось, А. Акаев изначально вёл политику двойных стандартов: у себя дома в Кыргызстане любил разглагольствовать о демократии, а за рубежом, в частности, в Израиле и во Франции в 1993-1994 годах говорил, что в Кыргызстане нет предпосылок для демократии, поэтому требовалась сильная авторитарная власть (его высказывания впервые процитированы в книге Ж. Джаманкулова и Н. Токтоматова «Политико-правовые идеи в Кыргызстане», 2017 год, стр. 107-109). При К. Бакиеве же с неугодными политиками и журналистами просто физически расправлялись. В отличие от него, в последний период президентства А. Атамбаева с оппозицией и СМИ боролись более «мягче», посадив в тюрьмы и подвергнув многомиллионным   штрафам.

Абдыганы ЭРКЕБАЕВ,
академик Национальной академии наук.
Окончание следует.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *