Main Menu

Когда в зонах порядок

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

Обстановка в местах лишения свободы — предмет постоянного и пристального внимания общества. Это закономерно, поскольку речь идёт о безопасности страны и её граждан. Ещё свежи в памяти сюрпризы, которые преподносили нам тюрьмы и колонии в недалёком прошлом, когда их сотрясали жестокие бунты и массовые беспорядки. Не сглазить бы, но сегодня в зонах установился час тишины. Помня горькие уроки, руководство уголовно-исполнительной системы (УИС) старается создать осуждённым нормальные условия содержания и обеспечить качественным питанием. Другими словами, повода для бузы нет, но это лишь одна из многих сторон жизни за колючей проволокой. О других мы попросили рассказать председателя Государственной службы исполнения наказаний (ГСИН) генерал-майора милиции Мелиса Турганбаева.

— Мелис Токтомамбетович, по оценке общественности и экспертов в сфере безопасности, с вашим приходом в уголовно-исполнительной системе наметились позитивные изменения. С чего вы начали и что уже удалось сделать?

— Прежде всего с капитального ремонта колоний и восстановления их инфраструктуры. Многие построены ещё в начале ХХ века, другие — в советские времена. Понятно, что они не отвечают современным требованиям в плане обеспечения безопасности. Из-за традиционного недофинансирования в бюджете средства на восстановительные работы не предусмотрены, на капитальное строительство выделено всего 3 миллиона сомов. Но, понимая экономические трудности страны, мы изыскиваем внутренние возможности для восстановления всех без исключения исправительных учреждений и улучшения условий содержания спецконтингента. Большую помощь оказывают международные организации. На днях закончили ремонт палат и хирургического отделения центральной больницы в ИК-47, заново отстроили здание и объекты колонии-поселения №37, переводим туда поселенцев из КП-32, где будут размещаться поликлиника и госпиталь для сотрудников ГСИН, их семей и ветеранов службы. В оснащении их необходимым медицинским оборудованием помогает Международный комитет Красного Креста. К концу года планируем завершить строительство колонии для пожизненно осуждённых и ещё одного корпуса для террористов и экстремистов в ИК-16.

— Гуманизация уголовного и уголовно-исполнительного законодательства в том числе направлена на сокращение тюремного контингента. Есть ли какие-то подвижки в этом плане?

— Безусловно. Проблем и трудностей в применении новых кодексов нет. С начала года в судебные инстанции на пересмотр направлены 8 590 уголовных дел. Из них на сегодняшний день рассмотрены 5 155, сокращены сроки наказания 1 863 осуждённым, 431 освобождён. Кроме того, для разгрузки закрытых исправительных учреждений при ГСИН создана комиссия по условно-досрочному освобождению и переводу в колонии-поселения. Раньше эти вопросы решались в судах и, как правило, с волокитой и нарушением установленных законом сроков рассмотрения таких дел. Подготовлены также 422 досудебных пробационных доклада по применению альтернативных мер наказания, не связанных с лишением свободы. Во многих закрытых колониях функционируют реабилитационные центры. Начинает оправдывать себя служба пробации, задачи которой — сохранить правонарушителя для общества и обеспечить его социальным сопровождением для ресоциализации в нормальной жизни. Сегодня звучат предложения передать её в следующем году Министерству юстиции. Считаю, что с этим не следует торопиться: сначала институт пробации должен пройти длительную обкатку непосредственно в уголовно-исполнительной системе. Такая практика распространена во многих развитых странах.

— Какие меры принимаются для усиления безопасности исправительных учреждений и контроля за соблюдением режима содержания?

— Все они обеспечены камерами видеонаблюдения. В центральном аппарате ГСИН завершено строительство Центра мониторинга и анализа, позволяющего отслеживать обстановку во всех колониях и следственных изоляторах в режиме онлайн. При поддержке ПРООН, ОБСЕ и Управления ООН по преступлениям и наркотикам решается вопрос об оснащении его необходимым оборудованием. Для дежурных смен приобретаем персональные видеорегистраторы, регулярно проводим плановые обысковые мероприятия по изъятию запрещённых предметов. В целом ситуация стабильная и находится под контролем. Есть, правда, в какой-то степени проблемные колонии, где слабая администрация и имеются недостатки оперативной и воспитательной работы, но они укрепляются за счёт опытных сотрудников кадрового резерва. Что же касается смотрящих и положенцев разного уровня воровской иерархии, они в зонах всегда были, есть и будут. «Общак» — это древняя тюремная субкультура. Но главным «хозяином» в колонии должен быть её начальник, который несёт личную ответственность за порядок в ней.

— Слышал от сотрудников ГСИН, что вашими первыми шагами на этой должности стали восстановление производства в исправительных учреждения и трудоустройство осуждённых. Было много попыток реанимировать производственные мощности уголовно-исполнительной системы, но они не дали результатов. Получится ли на этот раз?

— Должно получиться. Не говорю уже о том, что слоняющиеся от безделья по жилой зоне и не занятые трудом заключённые опасны вдвойне. Трудовая занятость спецконтингента всегда была и остаётся одной из главных составляющих стабильности и безопасности пенитенциарных учреждений. На сегодняшний день трудоустроены в общей сложности 2 023 человека (закрытые колонии — 788, следственные изоляторы — 105, колонии-поселения — 1 130). В ИК-16 восстановлен завод по выпуску кирпича, на нём работает более 120 осуждённых, продукция под брендом «Беловодский кирпич» пользуется большим спросом у населения из-за высокого качества и приемлемой стоимости (одна штука — 5,3 сома). Аналогичное предприятие открыто в одной из молдовановских колоний. Инвесторы предлагают расширить кирпичное производство, создав цеха при колониях-поселениях, расположенных в Чуйской области. В скором времени откроем ещё один швейный цех в женской колонии. В КП-52 в Токтогульском районе Джалал-Абадской области поселенцы освоили профессию пчеловода, на средства колонии закуплено 50 ульев, за две качки получено более полутонны мёда. Примеров восстановления производственных мощностей, в том числе сельскохозяйственного назначения, в исправительных учреждениях с различным режимом содержания достаточно много, не буду на них подробно останавливаться, отмечу только, что сегодня у нас появилась возможность не только самим обеспечивать себя всем необходимым, но и выйти с конкурентоспособной продукцией на внешний рынок.

— Возглавив ГСИН, вы принимали какие-то организационные решения, делали жёсткие выводы для устранения недостатков, какого стиля придерживаетесь в кадровой работе?

— Полностью поменял структуру центрального аппарата, которая существовала ещё со времён Союза. Он сокращён на 40%, высвободившиеся штатные единицы переданы на усиление в низовые подразделения. В интересах дела провожу кадровую ротацию. Проведены 38 служебных расследований и 31 проверка, за ненадлежащее исполнение своих обязанностей 5 должностных лиц освобождены от занимаемых должностей, 13 уволены, 10 материалов в отношении сотрудников ГСИН направлены в прокуратуру. Без жёсткой борьбы с нарушителями законности, мздоимцами и коррупционерами в наших рядах все усилия по повышению профессионального уровня в решении служебных задач не дадут ожидаемых результатов. Для проверки финансовой и хозяйственной деятельности исправительных учреждений создан отдел внутреннего аудита с непосредственным подчинением председателю ГСИН. В кадровой работе придерживаюсь принципа: если подчинённый за мной успевает, значит, он на месте. По службе у меня нет друзей и приятелей, ото всех одинаково требую чёткого выполнения своих обязанностей, поддерживаю грамотных, мыслящих и перспективных сотрудников, освобождаюсь от нерадивых и тех, кто запятнал честь мундира.

— Вы один из инициаторов переноса следственного изолятора и исправительной колонии №47 (центральная тюремная больница) за черту столицы. Передвинуть с места на место такие махины непросто…

— Действительно, сделать это нелегко, но меня поддерживают глава государства и правительство. Оно уже выделило 5 миллионов сомов на подготовку проектно-сметной документации. СИЗО планируем разместить в бывшей производственной зоне новопокровской колонии, где сохранилась система коммуникаций, здесь же построим так называемую красную зону, 47-ю переведём в ИК-31 и создадим многопрофильную больницу. Строить новые объекты будем своими силами, для этого в нашей ПМК достаточно рабочих рук и техники. Освободившиеся земельные участки передадим государству. Их дальнейшую судьбу будет решать созданная при правительстве комиссия, и это правильно: если мы сами начнём оценивать и продавать, то обязательно найдутся правдолюбы, которые обвинят нас в какой-то заинтересованности. Уточню, что в первую очередь переведём ИК-47, на это потребуется около 180 миллионов сомов.

— С какими международными организациями и аналогичными ведомствами стран ближнего и дальнего зарубежья вы сотрудничаете и каковы приоритетные направления взаимодействия?

— Конструктивные отношения сложились с ПРООН, ОБСЕ, Управлением ООН по преступлениям и наркотиками, Международным комитетом Красного Креста. Они выступают донорами и оказывают большую помощь в реформировании отечественной уголовно-исполнительной системы. Из ведомств, с которыми тесно взаимодействуем, назову Министерство внутренних дел Турции и Федеральную службу исполнения наказаний России (ФСИН). Недавно с официальным визитом побывал у российских коллег и ещё раз убедился в том, что они надёжные партнёры и готовы укреплять двустороннее сотрудничество. На встрече с директором ФСИН Геннадием Корниенко достигнута договорённость об обмене опытом и информацией, обучении, переподготовке наших сотрудников в Академии службы, оказании материально-технической помощи, в частности, в модернизации системы охраны и безопасности исправительных учреждений и по другим направлениям. Кстати, специалисты ФСИН помогают нам в подготовке проектно-сметной документации по выводу СИЗО за пределы Бишкека и строительству нового. Я тоже приехал не с пустыми руками: выполняя просьбу россиян, поделился опытом предупреждения распространения идей экстремизма и терроризма в колониях и тюрьмах. Кроме России, плодотворно сотрудничаем с УИС других стран — участниц СНГ в формате Совета руководителей пенитенциарных систем государств Содружества.

В заключение хочу отметить, что проблемы в уголовно-исполнительной системе страны копились не один десяток лет и было бы несправедливо требовать от сотрудников УИС сиюминутных изменений. Чтобы навести в ней порядок, нужны время, средства и поддержка государства. И ещё: наши подопечные не мелкие воришки и уличная шпана, а серьёзные преступники. Но они все наши граждане и имеют право на человеческие условия содержания, на перспективу возврата к нормальной жизни после освобождения.

Интервью взял Сергей СИДОРОВ.






Related News

Главное — верховенство закона

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintМы продолжаем серию материалов, приуроченных к 30-летию независимости Кыргызстана. Взглянуть на путь, пройденный нашей странойRead More

Армейские будни глазами министра

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrint1 февраля этого года Указом Президента С. Жапарова  «О дальнейших мерах по развитию системы управления ВооружённымиRead More

Добавить комментарий