Main Menu

Игорь Шестаков: «МВД работает в заданном направлении»

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

В обществе наблюдается неугасающий интерес к процессу реформирования правоохранительных органов. Заданный Президентом страны курс на цифровизацию всех сторон жизни, оказание государственных услуг и обеспечение общественной безопасности находят поддержку у руководства МВД.

С вопросом, как общество относится к проводимым реформам в МВД, мы обращаемся к известным политологам. На этот раз нашим собеседником стал Игорь ШЕСТАКОВ.

— Игорь Альбертович, в 2019 году введены в действие новые кодексы, заработал проект «Безопасный город», командный центр ГУВД Бишкека, Центр мониторинга, для предоставления услуг населению введена система «Единое окно», начала работать новая Патрульная милиция. Как вы можете оценить деятельность МВД за прошлый год?

— Процесс модернизации, цифровизации в стране должен касаться не только сферы экономики, но и общественной безопасности. Цель деятельности МВД — это обеспечение безопасности государства и граждан. А без крепкой материально-технической базы правоохранительных органов трудно говорить о налаживании экономики и социально-политической ситуации в стране, так как эти вещи взаимосвязаны. В социальных сетях существует запрос на повышение уровня деятельности МВД по современным нормам. Социальные сети, по сути, сейчас являются народным мониторингом, контролем и оценкой деятельности госорганов. Могу сказать, как активный пользователь соцсетей, что народ позитивно воспринял конкурсный отбор в Патрульную милицию, и этот факт может даже являться примером для других госорганов.

Что касается проекта «Безопасный город», то с его внедрением начала повышаться культура вождения, водители стали привыкать соблюдать правила и понимать, что за нарушения они понесут ответственность. С одной стороны, цифровизация позволяет эффективно бороться с коррупцией, а с другой — оказывать современные услуги гражданам страны. По отзывам в социальных сетях, сейчас стало намного проще получить справки и иные услуги в госорганах, в том числе в МВД.

Надо понимать, что проблемы копились не один год, и решить их за короткий срок невозможно. Но сейчас видно, что руководство МВД стремится сделать ведомство более открытым, хотя, конечно, есть своя специфика, не все аспекты деятельности можно выносить на всеобщее обозрение. Но сотрудники пресс-службы МВД часто посещают социальные сети, осуществляя обратную связь с населением, комментируют события и отвечают на запросы граждан. Это уже хорошая тенденция, я могу только посоветовать сделать эту работу более системной.

Приведу примеры того, что пользователи соцсетей положительно оценивают работу Патрульной милиции, некоторые рассказывают об оперативности, вежливости сотрудников. Конечно, бывает и критика. Надо сказать, что в рамках того объёма финансирования, который получает МВД, ведомство эффективно использует ресурсы.

— Как вы оцениваете сотрудничество МВД с другими госорганами? Например, МВД ведёт работу по противодействию религиозному экстремизму, наркопреступности, семейному насилию, но, к сожалению, другие госорганы или бездействуют, или не достаточно обращают внимания на эти проблемы.

— Решить вопросы распространения религиозного экстремизма только с помощью МВД и ГКНБ нереально. Это проблема общественная. Можно привести в пример недавние события в приграничных районах Казахстана. Проблемы там накапливались годами, и государственным структурам и обществу надо было заранее предупреждать такие конфликты. Правоохранительные органы выполняют свои задачи, но только карательными методами такие проблемы не решить. Нужна поддержка всего общества, госкомитетов по делам религий, по делам молодёжи, органов местного самоуправления. А у нас в стране были случаи, когда целыми семьями уезжали в Сирию. Вербовщики работают очень профессионально. И где были в такой ситуации местные органы власти, общественные организации, которых в стране сотни и тысячи? Поэтому я считаю, что обществу и другим госструктурам следует максимально помогать правоохранительным органам, должна существовать гражданская ответственность за противодействие подобным фактам.

— Ещё не забыты события в селе Кой-Таш прошлым летом. В обществе были разные мнения о действиях милиции в те дни, в том числе критика. Но в целом комиссия, изучившая те события, пришла к выводу, что все действия МВД были законными. Как бы вы оценили работу милиции в те напряженные дни?

— Кой-ташские события — не рядовой инцидент, это максимально политизированная ситуация, прежде всего при участии самого Атамбаева. Началось с того, что он отказался являться по повесткам следователя МВД. А ведь, будучи на посту президента, он неоднократно заявлял, что перед законом все должны быть равны. В те дни он в результате своих действий превратился из свидетеля в обвиняемого в тяжких преступлениях. Политизированные события надо разбирать по фактам. Убит спецназовец ГКНБ, тяжёлые ранения получили сотрудники МВД, а сторонники Атамбаева почти не пострадали. В Кой-Таше создалась общественно опасная ситуация, которой могли воспользоваться в своих целях деструктивные силы. Поэтому считаю, что сотрудники МВД действовали, исходя из этой опасной ситуации. Как гражданский человек и политолог, я могу задать вопросы только Атамбаеву: почему в его доме было так много оружия, которое применялось для вооружённого сопротивления, почему он как гражданин страны не подчинился законным требованиям сотрудников милиции?

— Хотелось бы узнать ваше мнение о таких проблемах, как семейное насилие, насилие над детьми?

— Опять же в этом вопросе нельзя всю ответственность возлагать на сотрудников милиции. Я, как эксперт, могу сказать, что растёт целое поколение детей, которые фактически не видят своих родителей, находящихся в трудовой миграции. Многие из них не посещают школу, их воспитывает улица, а потом они пополняют ряды криминальных элементов. Каждый год в парламенте, правительстве звучат обещания о создании новых рабочих мест, но обещания так и остаются словами. Люди уезжают за границу в поисках работы, а их дети остаются на попечении бабушек и дедушек, других родственников и растут как трава в поле. Правоохранители встречаются с такими молодыми людьми только по факту совершённого ими правонарушения. Я думаю, что когда кыргызстанцы не станут думать о том, куда поехать в поисках работы, то случаев семейного насилия станет намного меньше. Считаю, что введённые в 2019 году новые законы слишком либеральные. Приведу в пример соседний Казахстан, где в случае сексуального насилия над детьми применяется химическая кастрация, и это абсолютно правильная мера. По моему мнению, надо вернуть смертную казнь за подобные преступления против детей. Преступники понимают, что в любом случае жизнь ему будет сохранена, и поэтому беспредельничают. У нас давно ведутся разговоры о таком способе наказания педофилов, как кастрация, но дальше разговоров дело не продвигается. К тому же надо сказать, что правоохранители стараются, ловят коррупционеров, насильников и им подобных, а в судах им дают условные сроки или вообще дела разваливают. Президент Жээнбеков недавно дал негативную оценку работе судей, так было и при прежних руководителях страны. Народ перестал верить в правосудие, об этом говорят и в социальных сетях, и в СМИ. И я считаю, что новые законы, направленные на гуманизацию, не отражают реального положения в стране. Наши законы зачастую пишутся на грантовые деньги от доноров, которые считают, что законы должны быть, как в развитых странах Европы. При этом не учитывается социально-экономическое положение в нашей стране. Я считаю, что такие либеральные законы пока что не подходят условиям Кыргызстана. Нам надо брать пример в законодательстве хотя бы с соседнего Казахстана, где существуют жёсткие правила и законы для нарушителей порядка.

Беседовал Улан АЛЫМБЕКОВ.



« (Previous News)



Добавить комментарий