Main Menu

Большое сердце — без него в профессии соцработника никак

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

Профессия социального работника — одна из самых трудных, малооплачиваемых и не считающихся престижными. Несмотря на это, есть люди, которые никогда не расстанутся с ней и будут продолжать всю жизнь помогать людям. О плюсах и минусах профессии социального работника — в интервью с Патыгуль ЕНГЕРБАЕВОЙ.

Патыгуль Енгербаева

— Патыгуль эже, скажите, пожалуйста, сколько лет вы проработали в сфере социальной помощи?

— Десять лет в отделе соцзащиты Свердловского акимиата столицы, последние 20 лет в благотворительной организации «Бабушка Эдопшн».

— Что вас привело в эту профессию? Почему вы выбрали делом всей своей жизни социальную помощь пожилым людям?

— У меня не было такой специальной цели. Нужна была работа — пошла, начала трудиться, понравилось — так и осталась.

— Что же вам так понравилось в этой довольно сложной и психологически тяжёлой профессии, что решили остаться?

— Просто понравилось помогать пожилым людям, которые очень нуждаются в поддержке, ждут её. Например, когда я работала в отделе соцзащиты Свердловского района, то, по установленным правилам, не требовалось купать бабушек. А я купала — ведь не закроешь глаза на то, что женщина, тем более старый человек, уже пять-шесть месяцев не мылась. Была одна — Галина Постникова, на инвалидной коляске, из-за проблем с позвоночником она не могла самостоятельно передвигаться. В «хрущёвке» же двери в ванной маленькие, инвалидная коляска не войдёт. Так мы на ней до дверей, а дальше я уже стулья, табуретки ставила, и до ванны как-то добирались таким способом.

— А трудности, сопряжённые с профессией, ни разу не вызвали желания оставить её? Не отпугнули, особенно на первых порах?

— Если бы отпугнули, я ушла бы. А так, продолжала работать, позже перешла в благотворительный фонд «Бабушка Эдопшн».

На 20-летии «Бабушки Эдопшн»

— Ваши подопечные — люди преклонного возраста. Наверняка к кому-то из них вы привыкаете настолько, что их уход из жизни воспринимаете как потерю близкого, родного человека. Это так?

— Да, у меня была одна бабушка — Анна Онуфриевна Быкова, участница Великой Оте-чественной войны. Её муж Фёдор Степанович тоже воевал, стал инвалидом. Я с ними очень сдружилась. Мимо дома иду, обязательно забегу, что-нибудь приготовлю поесть. Дед такой шутник был, нам всё: «Милые дамы…» Анекдоты прикольные рассказывал. Последние шесть лет он был прикован к постели, Анна Онуфриевна за ним ухаживала. Потом у него начались пролежни. Она стала слабо видеть… Дед умер, а через год она — от инсульта. После деда она как будто потухла. Я очень тяжело восприняла потерю Анны Онуфриевны, она стала мне как подружка…

— …несмотря на большую разницу в возрасте?

— Да-да, возраст, наверное, уже не имел значения. …Потом ещё одна бабушка была — Альфия Емельяновна Донышева. Как ни зайду к ней, а она: «Ну, так ты придумала эликсир молодости?» Говорю: «Нет ещё». «Ой, как жаль, я так жить хочу. Лет пять бы ещё…» Ей было 95, а умерла она в 99 лет.

— Удивительное жизнелюбие…

— Она постоянно переживала, что у неё выпадают волосы. В молодости у неё были такие красивые волосы. Она тоже прошла войну — врачом. Все лекарства наизусть помнила. Ногами своими хорошо ходила — топала себе с палочкой… Как-то у неё сломался пылесос — ещё самого первого выпуска, тяжёлый, железный. И вот мы с ней пошли на базар чинить его. Я хотела одна, а она: «Нет, я с тобой пойду». Когда назад возвращались, думала, свалюсь с ног.

— …такой тяжёлый был пылесос?

— Так с одной стороны пылесос, а с другой её же веду под руку. Она мне всё время говорила: «Вот волосы падают…» Я ей отвечала: «Да не переживайте вы за волосы — парик наденете! Самое главное, у вас в 99 лет ум на своём месте: сами принимаете решения, всё помните. И ноги ходят. Надо этому радоваться».

— А много ли вам встречается бабушек, которых бросили собственные дети?

— В моей практике таких не было… Встречались одинокие, которые не имели детей, или дети у них умерли, потому что оказались наркоманами или алкоголиками. Либо бабушки оказались вынуждены выгнать их, потому что не давали покоя пожилому человеку. Возможно, были среди моих подопечных и брошенные бабушки, но разве ж они в этом признаются — это же их дети. Они будут защищать их до последнего. Вот, например, у Фёдоровой (фамилия изменена — А. С.) сын сидел в тюрьме. Когда вышел, беспокоил её страшно… Потом умер. Есть ещё одна бабушка, у неё сын наркоман — просто ужас, даже на меня кидался. Потом он тоже скончался, от передозировки.

— Возникали ли у вас какие-то конфликтные ситуации из-за несхожести характеров?

— Бывает… Вот, например, дед недавно скончался. Я приходила к нему, чтобы покормить. Как-то опоздала минут на 15, потому что ехала с противоположного конца города, на маршрутке. А он всю еду на пол швырнул. Злой, ругается, матерится. Я только и смогла сказать: «Это же богом данная еда! Зачем вы так? Я же добиралась от другого человека, которого тоже надо было накормить…» А он и слышать не хочет, такой кипеж поднял! После этого я не смогла к нему ходить. Но у него была дочь!

— Она к нему не приходила, не помогала?

— Он защищал свою дочку. Та к нему всего раз в неделю наведывалась. А кормить-то нужно было каждый день — приходила я, прибегали ребята-волонтёры. Хотя могла бы дочь. Но на неё он почему-то не кидался. Возможно, всю злость, которая у него накопилась на собственную дочь, он на меня и перенёс.

Вообще, такие случаи редкость. Большинство пожилых относились и относятся хорошо, с благодарностью. И Вера Шилова, отчества не помню, и Ванилова, и Алексеева… Последние две бабушки, к сожалению, уже умерли. У Ваниловой не было одной руки, детей не имела. Умерла, когда купалась в ванной, — стукнулась головой. Алексеева тоже умерла в ванной. Я ей говорила: приду, не купайтесь! Нет — она в горячую воду села и не встала… Давление поднялось — инсульт.

— Какими качествами должен обладать человек, выбравший профессию социального работника?

— Самое главное — иметь доброе сердце, понимать пожилых людей, их состояние, чувства. Понимать уже по глазам, без слов, ни в коем случае не позволять себе грубить. Если таких качеств нет, то тебе нечего делать в нашей профессии. Когда заходишь в дом, уже по взгляду бабушки понимаешь, довольна она или нет. Если не в духе, то подстраиваешься, говоришь о том, о сём. А когда отойдёт, спрашиваешь, что произошло. Конечно, характер далеко не у всех шёлковый. Но нужно уметь найти подход. Когда годами ходишь к одной и той же бабушке, уже знаешь, что и как делать. Вот, например, у меня есть Полякова (фамилия изменена — А. С.) Я уже знаю, как надо с ней: если о её кошке скажешь хорошее, она радуется, как ребёнок. Я начинаю: «Ой, Мурзик, какой хороший…», и она сразу улыбается, гладит свою кошку: «Ой, да, он у меня такой…»

— Вы многое даёте людям, а что хорошего, позитивного получаете от своей работы?

— Наша профессия делает человека умнее, добрее. Она дала мне возможность понять пожилых людей, дарить им тепло, осознать, что со временем тоже состаришься, более терпеливо относиться к своим родителям… У нас одна из самых хороших профессий в мире, только надо любить её. Без любви никто не сможет её понять. И не сумеет столько лет проработать в ней. За десятилетия труда в отделе соцзащиты Свердловского акимиата и в «Бабушке Эдопшн» я хорошо поняла, что такое старость, и сейчас знаю, как тяжело людям преклонного возраста. А если старая и ещё инвалид — как плачут пожилые люди! Невозможно передать словами. Плачут, потом благодарят… «Я тебя жду, как Господа Бога!» — такими словами всегда встречала меня бабушка Коробко, сидя у порога. У меня аж сердце останавливалось. Она тоже была бездетная, с палочкой ходила. Я её зимой водила во вторую баню. А у неё ногти на ногах, не знаю… Стальные! Я их железными пилками пилила. Так вот, она часто сидела и плакала. Царство ей небесное! Как начнёт плакать… Ушла из жизни, когда я в отпуске была. Как я ревела тогда… Хоронила её соседка, звонит мне: «Слушай, может, ей необитый гроб?» Я ей отвечаю: «Что же она за 81 год не заслужила похорон по-людски? Вам же её дом достанется! Уж гроб нормальный сделайте».

— Так дом бабушки перешёл той соседке во владение?

— Да, они уже заранее его на себя записали. Я же никогда не спрашиваю, кому дом пишется. Это для стариков больной вопрос… Некоторые заявляют: вот, я уйду в дом престарелых! А я говорю им: «Была я в доме престарелых, разговаривала с бабушками, которые там живут, видела тоску в их глазах… Чужие стены, чужая крыша. Вы этого хотите? А зато здесь вы хозяйка полная. Это ваша крыша, вы королева!» Так и говорю им: «Вы в своём доме королева! Захотела — пошла покушала, пожелала — пошла искупалась. Это уже когда совсем приспичило, тогда в дом престарелых…»

— Да, нелёгкая у вас работа, Патыгуль эже… Спасибо за такое содержательное интервью.

— И вам спасибо.

Айжан САРЫГУЛОВА.

Фото автора.






Related News

Главное — верховенство закона

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintМы продолжаем серию материалов, приуроченных к 30-летию независимости Кыргызстана. Взглянуть на путь, пройденный нашей странойRead More

Армейские будни глазами министра

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrint1 февраля этого года Указом Президента С. Жапарова  «О дальнейших мерах по развитию системы управления ВооружённымиRead More

Добавить комментарий