Main Menu

Спаниель по кличке Глобус

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

Выпускник Карагандинской Высшей школы МВД СССР Эркин Саданбеков многие годы посвятил милицейскому следствию. Сегодня он успешный адвокат, из тех, к кому не пробиться. На мою просьбу вспомнить что-то из следственной практики мэтр отозвался такими вот связанными одной темой рассказами…

1990-е, подразделение республиканской Службы по борьбе с наркобизнесом на Иссык-Куле. Известная когда-то посевами опийного мака к описываемому времени область эта поставляла на чёрный рынок гашиш и марихуану. Наркотик добывали из дикорастущей конопли, особенно распространённой в Тюпском, Ак-Сууйском, Джети-Огузском, Иссык-Кульском районах.
…Рутинная проверка багажника «жигулей» на посту ГАИ при выезде из города Балыкчи, среди прочего багажа обнаружили целлофановый пакет с ещё сырыми пляжными принадлежностями — плавки, футболка, полотенце. Меж ними покрытые скотчем спичечные коробки с гашишем. Услышав, что четверо юношей-пассажиров категорически отказываются признавать его своим, шофёр чуть не расплакался: груз-то, выходит, его! «Я их в Чолпон-Ате на трассе подобрал. Во Фрунзе еду, ну чего ж порожняком гнать!? Подзаработать решил, вот и подзаработал», — оправдывался он.
Водительская непричастность к преступным коробкам была очевидна. Но пацаны оказались упёртыми, четырёхчасовой допрос поодиночке ничего не дал. Ни мне, ни известному своей въедливостью и проницательностью оперу Табылды Казиеву расколоть их не удалось. И тут я вспомнил, что на одном из занятий по криминалистике в альма-матер нам рассказывали о методе одорологической выборки. Специально обученной служебно-разыскной собаке давали обнюхать вещественное доказательство, затем предъявляли несколько человек, и умное животное по запаху выбирало, кому оно принадлежало.
Поинтересовался, есть ли такие собачки во Фрунзе? «Зачем обязательно в столице искать. Мой Глобус ничем не хуже, тем более мы недавно со стажировки», — степенно высказался кинолог Саня Бударный. Не откладывая в долгий ящик, выстроили подозреваемых. Перед спаниелем в присутствии понятых раскрыли целлофан, тот втянул воздух, обежал шеренгу и уверенно облаял одного из парней-пассажиров. Через пару минут ошарашенный гражданин Филимонов уже давал признательные показания…
А через пару недель наш Глобус отличился вновь. Проводили рутинную проверку почтовых отправлений на станции Рыбачье, и из десятков посылок четвероногий полицейский уверенно обозначил одну. Соблюдая закон, вскрыли. Среди ароматных яблок — плотно обёрнутый синей изолентой пакет. Внутри — обильно присыпанная перцем дюжина коробков с резким запахом гашиша. Расчёт был явно на то, что специи и апорт перебьют своим духом наркотический смрад. Не вышло.
Составив необходимые процессуальные документы, фанерный ящик с адресами отправителя и получателя сфотографировали и, решив провести контролируемую поставку, забили и отправили в Омск — согласно квитанции. Тамошним коллегам тут же направили зашифрованное послание. Вскоре те подтвердили, что посылка поступила. Капитан Казиев срочно вылетел в командировку. Получателем оказался трижды судимый за сбыт наркотиков Панкратов. Его, приторачивавшего ящик к багажнику велосипеда, засада ждала прямо у выхода из почтового отделения. Рецидивист сразу же заявил, что получил из Киргизии яблоки, ни о какой анаше ведать не ведает. Признания сибирский сиделец так и не дал. На третьи сутки расстроенный Табылды отбыл восвояси. Но дома и стены помогают. При обыске у отправителя нашли письмо с обратным адресом и подписью, в котором Панкратов просил «травки» и обещал поделиться деньгами после её продажи. После почерковедческой экспертизы письмецо это и легло в основу обвинительного заключения. Оба наркобарыги получили 8 лет колонии строгого режима на двоих.
И ещё одна «наркоистория». На сей раз без участия Глобуса. Но с не менее закрученным сюжетом.
…Во всех крупных исправительно-трудовых колониях СССР трудились цензоры. Натасканные, они внимательно изучали письма осуждённых, выискивая их преступные связи, нераскрытые преступления, сведения о возможном побеге — да мало ли что?!
В одной такой маляве зэк Ниязов полунамёками сообщал своей балыкчинской подружке, что ей принесут пакет, содержимое которого она должна привезти в Бишкек. Там-де его заберут и передадут ему. По смыслу письма можно было догадаться, что речь идёт о наркотике, скорее всего, гашише. Оперативной части колонии отправитель был хорошо известен. Судимый за сбыт зелья Ниязов и на зоне свой промысел не бросал.
Взять его с поличным до сих пор не удавалось, и вдруг — такой случай. Полученной информацией немедленно поделились с балыкчинскими сыщиками. Так началась операция «Канал». К разработке, что происходило нечасто, сразу же подключили следователя. Более того, его, а не оперуполномоченного, как обычно, назначили руководить оперативно-следственными действиями: важно было тщательно соблюсти все нормы уголовного права, обеспечив тем самым судебную перспективу многоступенчатого дела.
О Жамиле собрали всю возможную информацию. Мать-одиночка воспитывает дочку трёх лет. Постоянной работы не имеет, ютится в ветхом домишке на окраине. Ни в чём преступном не замечена. Письмецо-то женщина получила, но никто на неё не выходит, связь установить не пытается. Неделю с неё не спускали глаз — безрезультатно. Подумывали наблюдение снять, как вдруг… На базаре, в толчее, девушку как бы случайно толкнул мужчина, «срисовать» которого не удалось. Громко обругал растяпой, но успел шепнуть что-то ещё. И скрылся.
С рынка Жамиля уверенно направилась в недалёкую ново-
стройку. И вынесла полный, но лёгкий целлофановый пакет. Видимо, связной, чтоб не светиться, из рук в руки наркоту передавать не стал, но спрятал её в подвале, сообщив, где именно.
Хотите — верьте, хотите — нет, стало жаль женщину. Судя по тому, как беспечно шагала она по городу с тремя килограммами (вес выдавал объём пакета) наркоты, было ясно, что подозреваемая не осознаёт, во что её втянули. А ведь дальше ей предлагалось отвезти и передать груз незнакомцу, что вполне тянуло уже на перевозку и сбыт, наказываемые пятнадцатью годами лишения свободы. С ребёнком опять же что будет?! Короче, вопреки плану, не став вести объект дальше, дал я команду о задержании. Ох, как негодовало начальство!
Жамиля же, как и предполагалось, ни минуточки не отпиралась. Рассказала всё и даже письмо зоновское выдала. К сожалению, суд его за улику не принял. Ниязов в тот раз остался безнаказанным. Обвиняемая же с учётом всех обстоятельств дела, семейного положения и помощи следствию отделалась условным сроком.
Через год Ниязов объявился в Балыкчи. Взялся за старое. Но, не зная новых милицейских уловок, вскоре попытался сбыть марихуану оперу под прикрытием. Получив пять с половиной лет лишения свободы, был этапирован на строгий режим в северный Казахстан.
Александр ЗЕЛИЧЕНКО.
Фото из личного архива
Э. САДАНБЕКОВА.






Related News

Куда нас мчит конь свободы?

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintКак известно, жизнь кочевников-кыргызов испокон веку проходила в непрерывных передвижениях в поисках лучшей земли дляRead More

Независимость — самое дорогое…

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrint2021 год ознаменован большой датой — юбилеем независимости Кыргызстана. Какой путь прошла республика за последниеRead More

Добавить комментарий