Main Menu

Возможен ли кыргызстанский Крымск?

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

Этим летом водная стихия продемонстрировала всем свою мощь и силу. Сначала произошла трагедия в Крымске, которая унесла жизни более сотни людей, потом всколыхнуло Бишкек. Озеро Тез-Тор, находящееся в 55 километрах от столицы, вышло из берегов и начало затапливать села Чон-Арык и Байтик. В нашей стране стихия отступила быстро и не нанесла ощутимого ущерба, но этот случай взбудоражил всю общественность. Все разом заинтересовались горными водоемами и опасностью их прорыва.

Откуда ждать беды?
По прогнозам ученых, в этом году бояться подобных трагедий уже не стоит, а вот в следующем  история может повториться, и, возможно, последствия будут ужасными.
В связи с глобальным потеплением тают ледники и увеличивается объем воды в горных водоемах, что приводит к их разливу. Все наши озера делятся на три категории по степени угрозы. Первая — наиболее опасная, поскольку в нее входят впадины, находящиеся на стадии прорыва и требующие проведения защитных и профилактических инженерных мероприятий для предупреждения возможных катастрофических последствий. Во второй — просто опасные, которые только приближаются в своем развитии к стадии прорыва, но угрозы пока не несут. И, наконец, последнюю группу составляют менее опасные. В этом случае озеро имеет предпосылки к переливу в будущем, но на данный момент оно безопасно. Таким образом, на сегодня в Чуйской области располагаются 18 «неблагополучных» водоемов: в районе реки Ала-Арча, в Кызыл-Суу, Шамси, Кегеты, Сокулукской, Ысык-Атинской и Джарды-Каиндинской долинах. В Таласской области — 1, Нарынской — 6 и в Иссык-Кульской — 12.
«Наибольшую угрозу представляют у нас озера морено-ледникового типа, которые образуются на месте растаявших ледников. Плотиной им служит погребенный лед, но поскольку летом вода нагревается до 10-12 градусов, он начинает таять, что приводит к прорыву как наземному, так и подземному. Его последствия зависят от рельефа нижележащей части долины. Хуже всего, когда  поток попадает в селевой очаг и спускается уже с камнями, грязью. У нас есть целый ряд коварных озер, которые мы называем «нестационарными». Это яма, и она может на протяжении 20 лет быть сухой, а потом за пару месяцев  вобрать в себя большое количество воды», — сказал начальник инженерно-геологической партии Государственного агентства по геологии и минеральным ресурсам Сергей Ерохин. И добавил, что каждое из горных озер республики имеет свои условия образования и прорыва. К примеру, одно из крупнейших озер страны — Кара-Суу Левое — появилось после сильнейшего землетрясения, когда обвалившиеся камни перегородили русло реки Кара-Суу. В 1976 году его признали непрорывоопасным. Однако этот статус может измениться, если опять произойдет сильное землетрясение, плотина разрушится.
По данным ученых, в столице зонами поражения являются 10-й микрорайон, бывший завод им. Ленина, село Маевка,  возможно наводнение ниже ул. Жибек Жолу, а вода, вышедшая из берегов БЧК, может затопить близлежащие постройки.

Лучшая защита — предупреждение
На днях в стенах парламента приняли решение о строительстве заградительного сооружения в начале реки Ала-Арча. Сейчас составляются проект и смета. В связи с этим гидрогеологи заявили, что дамбу необходимо ставить крепкую, как в Алматы на «Медео». В противном случае она может только усугубить положение во время прорыва. Подобное сооружение следует  возводить в долине Аламедин, поскольку там через пару лет водоемы  подойдут к стадии  перелива.
Ранее остановить стихию предлагалось различными методами. Например, проложить трубу, которая станет выкачивать воду. Но на высоте этот метод не действует. Кроме того, остается проблема — куда сбрасывать жидкость, ведь она может перейти в селевой очаг, и результат в итоге будет один. Поэтому пока универсального метода борьбы нет. «В Алматы ученые применяют способ опорожнения. Сначала опустошают одно озеро, потом переходят на другое, а через несколько лет опять возвращаются к первому, поскольку оно углубилось, набрало объем и стало опасным. Этот метод требует внимательности и больших затрат», — отметил Сергей Ерохин.
По его мнению, вмешиваться в развитие природы весьма сложно, поэтому главное — постоянно держать под контролем прорывоопасные озера и работать на предупреждение. Для этого — фиксировать изменения уровня воды в них и проверять на прочность плотины. В идеале следовало бы установить специальные гидрогеологические лаборатории на местах, которые  в автоматическом режиме в течение суток начнут записывать данные, обрабатывать их и отправлять в МЧС. Но, к сожалению, единственная такая лаборатория находится на высоте 3,6 тысячи метров, в районе озера Адыгене, и построена на деньги чешских ученых. А вот у государства нет средств на подобные проекты. Нет у   гидрогеологов и возможности проводить постоянные облеты высокогорных озер из-за отсутствия финансирования. По этой же причине они не могут получать снимки из космоса, которые облегчили бы их работу. «Исторически сложилось, что правительство поручает работу по изучению горных водоемов гидромету, но делаем все мы, при этом существуем на  деньги, оставшиеся в ведомстве после изучения месторождений. Однако после летнего происшествия чиновники заговорили о выделении нам дополнительных средств на обследования, но дальше разговоров дело не пошло», — посетовал С. Ерохин.
Есть еще проблема —  гидрогеологов в Кыргызстане скоро останется раз-два и обчелся. Молодые кадры неохотно идут в эту сферу из-за маленького оклада и непрестижности профессии, поэтому работают всего несколько человек — фанатиков своего дела. Одним словом, если не принять экстренные меры, скоро некому будет обезвреживать мины замедленного действия высоко в горах. А когда они начнут взрываться, будет уже слишком поздно. Между прочим, на ликвидацию последствий  потребуется гораздо больше средств, чем на профилактику.

Со стихией шутки плохи
В этом году из-за прорыва горного озера никто не пострадал, но это не значит, что так будет всегда. Природа по своей сути безжалостна. И в истории Кыргызстана есть примеры подобных трагедий.
Так, 16 августа 1952 года в бассейне реки Туюк  в результате разрушения плотины озера Теке-Тор  затоплено несколько сел, уничтожены водозаборные сооружения, автодороги. На следующий год «взорвалось» Тез-Тор, что в долине Ала-Арчи. Тогда пострадали дома в столице. Следом, в августе 1983 года, селепаводковый поток из озера Кейды-Кучкач накрыл село Сокулук. В 1998 году  водоем на юге страны вышел из своих берегов и потопил узбекский анклав Шахимардан. В тот момент волна достигла пять метров и унесла жизни сотни людей. А в 2003 году в озерцо возле горнолыжной базы «Кашка-Суу» упал отколовшийся кусок ледника, вследствие чего вода перелилась через край и снесла дома и мосты.
Также ярким примером прорывоопасного завально-обвального озера является Кольтор, расположенное на северном склоне Кыргызского хребта. В 1960-1970 годы его переливы  через гребень перемычки происходили один раз в 5-7 лет. В XXI веке частота выхода водоема из берегов увеличилась до одного раза каждые один-два года. Последние ЧП происходили в 2004-м, 2006-м и 2007 годах.

Ирина КОВШОВА.
Фото Игоря САПОЖНИКОВА.

 






Related News

Уроки октября

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintСкоро будем отмечать события, произошедшие 5-6 октября прошлого года. Казалось бы, совсем недавно — всегоRead More

Праздник бриллиантовых и золотых пар

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintВо Дворце бракосочетания столицы чествовали бриллиантовые и золотые пары Ленинского района. Юбиляров поздравил аким районаRead More

Добавить комментарий