Main Menu

ДЕПУТАТЫ — ИСТИНА В ПОСЛЕДНЕЙ ИНСТАНЦИИ?

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

Не иссякает поток заявлений граждан депутатам Жогорку Кенеша, в которых они, подробно излагая свой взгляд на проблему, жалуются на произвол милиции, просят прижать к ногтю «плохих» служителей Фемиды. Люди видят в народном избраннике истину в последней инстанции? Он настоящий радетель за интересы электората? В  его руках реальные рычаги восстановления справедливости? Или обращение к парламентарию — шаг отчаяния?

ВЕРСИЯ ЖАЛОБЩИКА

В конце января на имя депутата И. Карамушкиной поступило заявление жительницы Бишкека Н. Хурсенко. Наталья Леонидовна так изложила свою историю: по договору застройки от 22 августа 1941 г. Хурсенко М. Ф. выделен земельный участок. В 1956 г. ее отец Леонид вместе со своим отцом Михаилом Федоровичем построил дом. В сентябре 1970 г. районным судом право собственности на домостроение признано за  Леонидом Михайловичем. В декабре того же года Верховный суд отменил решение нижестоящего суда. То есть спорный дом остался за Михаилом Федоровичем. Но, пишет далее Наталья Леонидовна, «10 октября 1978 г. Хурсенко М. Ф. оставляет завещание сыну Леониду на все свое недвижимое имущество». Таким образом, ее отец становится собственником дома №35 по ул. Мичурина.

А вот второй сын Михаила Федоровича — Анатолий (дядя Натальи Леонидовны) — на основании  регистрационного удостоверения от 3 июня 1992 г. непонятным образом регистрирует на себя это домостроение, и это несмотря на то, что имеется справка БТИ от 4 июля 1981 г., где указано, что инвентаризационное дело ошибочно зарегистрировано за Анатолием Михайловичем.

В декабре 2010 г. Наталья Леонидовна обратилась в Межрайонный суд Бишкека с требованием исправить ошибку в регистрационном удостоверении,  то есть зарегистрировать дом №35 по ул. Мичурина на ее отца — Леонида Михайловича. Исковые требования суд удовлетворил, и уже в феврале 2011 г. Наталья Леонидовна на основании завещания отца продала этот дом З. Рахимову. Но вот беда, новый хозяин не смог въехать в купленный дом, так как квартирант В. Гришечкин, заселенный двоюродным братом Владимиром (сын Анатолия Михайловича), оспорил решение Межрайонного суда.

Этот квартирант, пишет Наталья Леонидовна, ранее  угрожал, что у него есть журналистка, которая «подаст надзорную жалобу и посадит меня». Далее, цитирую, «на процессе в Верховном суде я увидела эту журналистку, которая оказалась адвокатом В. Гришечкина. Она же член Коллегии по отбору судей — Степкичева И. Увидев меня впервые в зале заседаний, она стала угрожать мне и всячески оскорблять. Верховный суд отменил решения Межрайонного и Бишкекского городского судов и отправил дело на новое рассмотрение в Межрайонный суд.

Перед процессом в Межрайонном суде Степкичева И. находится у судьи  около 10 минут. Судья решает в удовлетворении моего иска отказать. Причем в решении  ни разу не упомянули о законных завещаниях Хурсенко М. Ф. и Л. М.». Наталья Леонидовна обжаловала данное решение, но вышестоящая судебная инстанция  оставила его в силе. Она просит нардепа И. Карамушкину помочь в установлении законного права собственника на домостроение №35 по ул. Мичурина, так как по завещаниям собственником являлся ее отец Леонид, а не его брат Анатолий.

Но на деле, сокрушается Наталья Леонидовна, оказывается все по-другому, т.е. «член Коллегии по отбору судей, она же адвокат Степкичева И. оказывает давление на судей разных инстанций и влияет на решения судов в пользу своего клиента». И в завершение добавляет: «Прошу Вас взять под контроль это дело и установить справедливость».

 

ПОЕХАЛА «ТЕЛЕГА»…

Как поступила с заявлением законодатель Ирина Карамушкина? Она направила его с сопроводительным письмом генеральному прокурору и главе Совета по отбору судей Кыргызской Республики. Не могу отказать себе в удовольствии процитировать: «…на мое имя поступило заявление с просьбой о содействии в установлении законности и справедливости в отношении признания права собственности гражданки Хурсенко Н. Л. на домостроение по адресу Бишкек, ул. Мичурина, 35. О результатах рассмотрения заявления прошу проинформировать автора».

Похоже, законодатель безоговорочно поверила всему, что изложено в заявлении. Жаль, что Ирина Карамушкина, прежде чем «напрягать» генерального прокурора проверкой доводов

Н. Хурсенко,  не пригласила основного «виновника» отмены судебных актов, вынесенных в пользу Натальи Леонидовны, — журналистку, адвоката и члена СОС КР, — хотя бы формально выслушать другую сторону.

Сделано главное — «телега» поехала куда надо; пока оппоненты жалобщика собьют подошвы о пороги инстанций, которым надлежит разобраться что к чему, навешенный им ярлык «наезжальщиков», «давильщиков» продолжит играть свою роль.

 

ДОКУМЕНТЫ — НЕ ВЕРСИЯ, А ФАКТЫ

А документы свидетельствуют о том, что все изложенное Н. Хурсенко в заявлении — сплошь эмоции и умелое передергивание фактов с целью отвлечь внимание от истины. И страх уголовного преследования вполне обоснованный. Впрочем, расскажем по порядку. Мы будем опираться только на документы, в отличие от заявительницы, не станем их трактовать, как нам удобно или выгодно.

Из материалов судебного дела следует, что Михаил Федорович в 1941 г.  получил земельный участок и построил дом под №33. Этот дом действительно перешел сыну Леониду по завещанию отца. Именно этот дом унаследовала Наталья Леонидовна. Здесь она говорит правду. Но все, что касается дома № 35, — ложь. Собственником этого домостроения Хурсенко М.Ф. никогда не был.

В 1958 г. от земельного участка Михаила Федоровича «отрезали» около 4,3 сотки и передали в собственность Анатолия Михайловича  на строительство дома с утверждением компетентными органами плана застройки. Дом строили наемные специалисты на его средства, помогал отец. В последующем по договоренности с отцом Леонид с семьей жил в построенном Анатолием доме, а Анатолий проживал в отцовском, который перешел по завещанию Леониду.

Леонид доказывал обратное: в 1951 г. он по согласованию с отцом приступил  к строительству дома — заложил фундамент, начал возводить стены. В том же году его призвали в армию, отец продолжил стройку, а он со службы присылал деньги. После демобилизации  в 1955 году сам отделывал дом, нанял рабочих ставить крышу. Через год дом был готов.

Согласно решению суда от 17 сентября 1970 г., по иску о признании права собственности за Хурсенко Леонидом Михайловичем под литерой «б» закреплено домостроение по ул. Мичурина, 35. Но в декабре того же года это решение Верховный суд отменил и дело прекратил, указав, что судам неподведомственны дела по искам о признании права собственности на самовольные постройки.

Леонид Михайлович на этом успокоился. В 1983 г. самовольную постройку безвозмездно изъяли в доход государства на основании судебного акта. Оказалось,  Анатолий Михайлович вышел за пределы проекта. А семь лет спустя, когда установили, что отступить от проекта пришлось невольно — на месте застройки проходили грунтовые воды,  — решением Фрунзенского горисполкома в 1990 г. за Анатолием Михайловичем вновь закрепили тот же земельный участок и утвердили ТЭП дома. На основании этого документа решение суда об изъятии самовольной постройки отменили.

Хозяин дома решил перебраться на собственную жилплощадь, но там проживал его брат Леонид, который отказался добровольно освободить его. Решением  суда от 31 мая 1991 г.  иск Анатолия о выселении Леонида с женой удовлетворен.  В обоснование приведены такие доводы. В 1952 г. проведена инвентаризация  дома №33, принадлежащего  Михаилу Федоровичу. Техник БТИ отметил на схеме надворные постройки (сараи) под литерами «б» и «г». То есть под литерой  «б» техник недостроенный дом не зафиксировал. Следовательно, в 1952 г. никакого фундамента и  стен не возводилось.

Документально доказано, что даже по состоянию на 1966 год пристройка под литерой «б» не была достроена. Леонид Михайлович принес в суд заявления ряда свидетелей, которые хором утверждали, что видели, как он строил дом. Но суд отнесся к их показаниям критически, так как ни один из них не проживал рядом со спорным  домостроением. А вот непосредственные соседи уверенно подтвердили, что стройкой занимался Анатолий, он нанимал  специалистов и сам рассчитывался с ними. Более того, Леонид имел государственную квартиру и отцовский дом, а у Анатолия никакой иной жилплощади, кроме построенного дома №35, не было.

Если так, то на каком основании Межрайонный суд удовлетворил иск Натальи Леонидовны и обязал Госрегистр внести исправления в сведения о праве собственности на дом №35 по ул. Мичурина  с Хурсенко Анатолия Михайловича на Леонида Михайловича?

Во-первых,  истица представила решение суда от 17 сентября 1970 г. и архивную справку о том, что последующие судебные акты до 1992 г. не сохранились. Во-вторых,  уж очень убедительными показались доводы,  что дом №35 принадлежит ее отцу Леониду Михайловичу, она узнала после его смерти, последовавшей в декабре 2006 г. По завещанию приняла половину дома №33, а дом №35 не может оформить на себя из-за того, что БТИ не исправило «ошибку» в регистрационном свидетельстве в соответствии с решением суда от 17 сентября 1970 г.

Что интересно, суд первой инстанции не привлек собственника дома №35 к процессу хотя бы для того, чтобы установить, не нарушаются ли его права исковыми требованиями Натальи Леонидовны. А суд второй инстанции пошел еще дальше, указав в постановлении, что поскольку Анатолий Михайлович умер в феврале 2008 г., а его сын Владимир не вступил в права наследования, то его интересы не нарушены. Суды проигнорировали тот факт, что Владимир Анатольевич в июле 2008 г. получил справку из Госрегистра, подтверждающую, что его отец Анатолий Михайлович является собственником дома №35, подал заявление нотариусу о принятии наследства, но не вступил в права наследования из-за судебной тяжбы, затеянной его двоюродной сестрой.

Более того, по непонятной причине суд отклонил ходатайство адвоката Владимира Анатольевича Т. Абдиева о приобщении к материалам дела решения суда от 10 декабря 1970 г., которым отменено решение от 17 сентября 1970 г.,  и не дал правовой оценки доводам представителя собственника дома. Окрыленная слепотой и глухотой Фемиды, Наталья Леонидовна скоропалительно продала дом по бросовой цене.

 

НА АВОСЬ

К чести судей Верховного суда, отменяя эти два неправосудных решения, они указали в постановлении, что в основу судебных актов в пользу Н. Хурсенко положено решение от 17 сентября 1970 года, тогда как оно отменено и дело прекращено. А выводы суда о том, что интересы Владимира,  сына Анатолия Михайловича, не нарушены, не соответствуют представленным сторонами документам.

Покупатель дома №35 З. Рахимов вот уже почти два года не может дождаться расторжения в суде договора купли-продажи, заключенного с Н. Хурсенко. Наталья Леонидовна сама на процессы не является, наняла двух адвокатов, которые по очереди приносят то ходатайства об отложении дела, то справки, то больничные. Создается впечатление, что они действуют заодно со своим клиентом — тянут время. Наверняка полученные от покупателя деньги уже потрачены, а отдавать ох как не хочется.

Н. Хурсенко даже уволилась с работы, скрывается от покупателя и двоюродного брата, ведь пока решение суда о расторжении договора купли-продажи не рассмотрит высшая инстанция, Владимир Анатольевич не сможет вступить в права наследования — дом продолжает оставаться в собственности З. Рахимова.

Что касается угроз  “члена Коллегии по отбору судей посадить Наталью Леонидовну”, то и тут она исказила факты. Надеялась, авось проскочит, как проскочило с отмененным решением суда? В 2011 г.,  узнав, что Н. Хурсенко продала дом  Анатолия Михайловича, адвокат Т. Абдиев  обратился в прокуратуру с заявлением о привлечении  ее к уголовной ответственности по ч. 3 ст. 166 УК КР (мошенничество). Наталье Леонидовне это хорошо известно: ей, как и адвокату, прокуратура   Свердловского района ответила письменно: пока идет судебное разбирательство, возбуждение уголовного преследования невозможно. Но бояться есть чего…

Итак, вступившими в законную силу судебными решениями доподлинно установлено, что Н. Хурсенко умышленно скрыла определение Верховного суда от 10 декабря 1970 г. Каким-то непонятным образом получила в Госрегистре справку о том, что архив судебных актов до 1992 г. якобы не сохранен. Присвоила дом дяди. Затягивает рассмотрение иска Рахимова о расторжении договора-купли продажи чужого дома. Заявлением депутату ЖК КР оговорила члена СОС в бездоказательных угрозах, оскорблении, давлении на суд.

Теперь есть основания к возбуждению уголовного дела по факту мошенничества и ложному доносу?

Ирина СТЕПКИЧЕВА.



« (Previous News)



Related News

Против экстремизма и терроризма: стратегия и тактика

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintВ Бишкеке состоялись XI Региональные экспертные консультации представителей подразделений органов безопасности, специальных служб и правоохранительныхRead More

Высокая инспекция

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintЗаместитель министра внутренних дел Октябрь Урмамбетов посетил Ат-Башинский и Нарынский районы, ОВД города Нарына иRead More

Добавить комментарий