Main Menu

НДС. Станет налогом без проблем?

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

     Одна из самых приятных новостей для многих бухгалтеров и предпринимателей Кыргызстана: отныне бумажных бланков строгой отчетности — счетов-фактур по НДС — не будет! А что же будет? Об этом в нашем интервью подробно расскажет председатель правления профессионального объединения «Палата налоговых консультантов» Татьяна КИМ. Она отметила, что, по общему признанию экспертов, налоговая система Кыргызстана — одна из самых либеральных на постсоветском пространстве. Может,  только высокие социальные отчисления все еще отягощают деловую жизнь в стране. Но ситуация вокруг одного из самых ключевых налогов — НДС (налога на добавленную стоимость) — давно требовала серьезного усовершенствования. 

1     — Татьяна Михайловна, как вы мне рассказывали, именно вокруг НДС и была особенно сосредоточена работа Методологического совета по координации фискальной политики, созданного при Министерстве экономики. К НДС и спорам вокруг него мы с вами непременно перейдем, но давайте для начала расскажем читателям, что такое методсовет?
— Методологический совет по координации фискальной политики — это профессиональная экспертная структура. За несколько лет работы он очень хорошо себя зарекомендовал и находил едва ли не самые эффективные пути решения довольно запутанных налоговых проблем. Многие сложные вопросы, требующие разъяснения, проходили через него, а затем уже Министерство экономики Кыргызстана давало от своего имени необходимые консультации деловым кругам.
Год назад, когда прежним правительством было принято решение передать фискальную политику в ведение Министерства финансов, эффективность методсовета заметно снизилась. Против такого переподчинения сильно возражал бизнес, да и   Минэкономики, но это случилось. Новое правительство выразило абсолютное согласие с тем, что фискальная политика должна оставаться прерогативой Министерства экономики.
Резонов для этого несколько. Во-первых, именно эта госструктура определяет стратегию экономической политики. Во-вторых (и это главное!), Минфин в силу своих задач не лишен корпоративных приоритетов, ведь его цель — увеличивать бюджет! Любой ценой! Так просто отойти от этой цели ведомство в принципе не может, да и не должно. Ну а преследуя такие цели, согласитесь, куда сложнее учитывать все аспекты экономических и фискальных вопросов при принятии тех или иных решений на уровне государства.
Фискальная политика должна быть нацелена на защиту интересов бизнеса и развитие экономики в целом. А это не всегда совместимо с целью только пополнения госбюджета, тут вопрос гораздо шире, речь идет о долгосрочной экономической стратегии.
Сейчас существует предложение повысить статус методсовета и сделать его структурой при правительстве, то есть надведомственной, чтобы уберечь столь ценный инструмент от любого корпоративного давления. Думаю, это верная мысль, но… Поживем — увидим.
     — И все же, что с НДС, почему вокруг именно этого налога столько проблем и вопросов?
— На самом деле налоговая система Кыргызстана — одна из самых либеральных, и ставка НДС у нас всего 12%. Тем не менее с этим налогом действительно много проблем. Его трудно считать, сложно сдавать по нему отчет, отдельная проблема — получение бланков счетов-фактур. Последнее вообще стало настоящим «кошмаром» для наших бухгалтеров…
Когда вводили счета-фактуры, они должны были стать инструментом противодействия лже-предпринимательству. Однако по факту эти документы строгой отчетности ровным счетом ничего не изменили в ситуации с правонарушениями вокруг НДС. В определенном смысле даже усугубили ее. Теперь уже сами бланки стали инструментом для совершения налоговых преступлений и превратились в предмет торга.
С введением счетов-фактур как бланков строгой отчетности у недобросовестного предпринимателя появилось несколько способов наживы. К примеру, продавец выписывает счет-фактуру покупателю на пять тысяч сомов, соответственно и сумма к зачету по НДС из госбюджета будет с этой суммы, а на втором ее бланке продавец проставит цифру 500 сомов, то есть ошибется только на один ноль и с нее фактически уплатит НДС в бюджет. Разница с этих сумм падает «партнерам» в карман прямиком из бюджета страны. Так, счета-фактуры стали предметом лже-сделок криминального и полукриминального бизнеса.
Как свидетельствует статистика, за последние годы лже-предпринимательство приобрело ощутимые масштабы. Так, в 2012 году УГНС Бишкека провела исследования, выяснив, что в течение семи месяцев текущего года было обнаружено 73 лже-фирмы, а ущерб, нанесенный ими, оценивается почти в 200 миллионов сомов! Это только в столице. Управление по борьбе с экономическими преступлениями (в том же 2012 году), работая по Иссык-Кульской и Нарынской областям, выяснило, что одна лже-предпринимательница открыла порядка 30-40 фирм, нанеся ущерб государству на сумму 38 млн. сомов! Антикоррупционная служба ГКНБ оценивает оборот по поддельным счетам-фактурам в нашей стране в 20 млрд. сомов только за последние четыре года!
Еще один вариант для махинаций — организовать лже-фирмы, которые занимаются только продажей самих бланков. При этом им абсолютно все равно, на какие именно цели идут эти документы, они могут продавать даже пустые бланки. Продав их, фирма закрывается и исчезает. Бесследно… Чаще всего такие юридические лица регистрируются либо на паспорта умерших людей, либо на утерянные, украденные удостоверения личности.
Опыт по введению счетов-фактур когда-то специально ездили изучать в Латвию, ни к чему хорошему его внедрение у нас не привело, зато о-очень усложнило жизнь бизнесу. Например, получение бланков, отчет по ним — отдельная «головная боль». В отчете вы обязаны указать бракованные, неиспользованные, утерянные, испорченные бланки. Все это заполняется в отдельном реестре, тщательно подсчитывается, аккуратно заполняется и сдается. Нашим бухгалтерам не позавидуешь…      Хорошо бы вся эта волокита по факту привела к усилению контроля, выявлению лже-фирм… Увы!
     — А почему возможно у нас зарегистрировать фирму и исчезнуть бесследно?
— Тому есть ряд причин, но в основном такое возможно и из-за нечеткой работы наших органов юстиции. Как выяснилось, немало случаев, когда в Минюсте могут зарегистрировать предприятие по такому, например, «адресу»: г. Ош, улица Курманджан Датки. Все! Или: ОсОО «такое-то», «рынок «Дордой». И Минюст принимает такие документы и считает это вполне нормальной практикой. Непонятно, почему? Видимо, потому, что они не несут никакой ответственности за такую регистрацию юридического лица и им нет необходимости потом его разыскивать.
Между прочим даже в бизнес-среде Кыргызстана уверены, что регистрировать предпринимательские структуры по логике вещей должна бы Государственная налоговая служба, а не Минюст. Ведь именно налоговикам потом работать с фирмой, это их будущий клиент, и они заинтересованы в том, чтобы и компания, и ее адрес, и ее деятельность были подлинными и законными. У налоговой службы в этом плане есть конечная цель — налоговое администрирование.
Но по установившемуся и по сей день существующему положению вещей любое предприятие в Кыргызстане проходит регистрацию сначала в Минюсте, затем только в налоговых органах. Зачем нужно первое, явно лишнее, звено, если у него нет никаких ведомственных интересов к субъектам предпринимательства? Кстати, при этом индивидуальный предприниматель у нас почему-то идет регистрироваться в Национальный статкомитет…
     — Чем еще «досаждает» бизнесу и государству НДС?
— С ним много и других проблем. Поскольку государство пыталось бороться с лже-предпринимательством, были поставлены определенные необходимые барьеры, что создало неудобства и добросовестным налогоплательщикам.
Например, бланки строгой отчетности в первый раз можно получить в налоговой не больше 10 штук, а процедура возврата (возмещения) по НДС стала очень сложной, особенно если ты не входишь в специальный упрощенный список его плательщиков…
Кстати, в мировой практике, если налог принимался в зачет и он выше, чем НДС к оплате, то предпринимателю эта сумма возвращается сразу же после сдачи по нему отчета. Буквально в течение двух-трех недель. У нас эта система не работает вообще. И главная причина, почему некоторые наши предприниматели уклоняются от уплаты НДС, в том, что он давно превратился фактически в налог с оборота, то есть в незачетный НДС.
Иными словами, возврат и возмещение по НДС государство делает крайне неохотно, а сама процедура превратилась в очень сложную, волокитную и почти безуспешную для бизнесмена. Для его возмещения или возврата надо сдать массу документов. Нужных и ненужных. В том числе, например, ГТД (государственную таможенную декларацию) страны назначения, если речь идет об экспорте. ГТД страны назначения — это не документ нашего налогоплательщика. Это документ налогоплательщика государства-получателя товара. А значит, порой достать его сложнее, чем Луну с неба.
Одним словом, ситуация вокруг возмещения (возврата) НДС стала полем постоянной сложной, многоходовой битвы. Столь же неэффективной, сколь и бессмысленной. Положа руку на сердце — ситуация с НДС стала просто нетерпимой.
У нас, как известно, при возмещении документы на сумму до 300 тысяч сомов рассматривает сама налоговая служба. Свыше — комиссия. И там тоже имеет место свой коррупционный риск… Словом, редкая «птица» сможет долететь тут до «финиша»… Да, у нас есть упрощенный список получателей возмещения по НДС, но он только для экспортеров, и в него из 9 тысяч плательщиков обычно стабильно попадают примерно 24 предприятия, вроде «Вимм-Билль-Данна», «Интергласа» и т.п.
     — И как же решено было с НДС в результате поступать?
— Государственная налоговая служба обратилась к специалистам по налогообложению, экспертному сообществу с просьбой провести анализ существующего положения вещей и предложить им усовершенствовать ситуацию с администрированием НДС кардинально. Консалтинговая компания во главе с Сергеем Сабко взялась за этот проект и проделала огромную работу.
Во-первых, они собрали полную картину существующих проблем с уплатой, отчетом и возмещением (возвратом) этого налога, провели анкетирование и интервью по стране как с налогоплательщиками, так и с налоговиками и выявили все узкие места и основные проблемы. Есть две главные проблемы: первая — получение бланков счетов-фактур, вторая — возврат и возмещение НДС. Ну и ряд более мелких.
В свою очередь серьезные препятствия в работе встречает и Государственная налоговая служба, и ей тоже не позавидуешь. На настоящий момент у них висит переплата свыше 11 млрд. сомов. Часть по объективным причинам, часть — нет.
Есть и еще одна невероятная проблема. Налогоплательщик сдает отчет в электронной форме, но из-за несовместимости программного обеспечения оператора связи и ГНС сотрудник налогового органа, получивший отчет, вынужден распечатывать его, формировать пакеты таких документов, передавать их в соответствующий отдел, где кто-то тупо сидит и вводит их в информационную базу ГНС вручную… Представить только!
В процессе исследования вопроса эксперты выезжали в регионы, изучая проблемы на местах. Удивительно, но в Джалал-Абаде нас поразило, что администрирование налога на добавленную стоимость, в том числе и процесс возмещения по нему работают и отлажены отлично. Там люди, например, тратят не больше 20 минут на получение бланков тех же счетов-фактур.
А в Оше плательщики НДС вообще не знают, что такое  возврат, о возмещении только мечтают… Одна налогоплательщица призналась, что потратила три года, пока не поняла, что все ее старания бесполезны,  и оставила всякие попытки добиться законного решения вопроса.
Также в отношении процесса получения бланков счетов-фактур в регионах никакие нормы не соблюдаются, как правило.      Где-то их выдают первый раз на 15 дней, а где-то на месяц и даже на год.
Есть и другие сложности, связанные с взаиморасчетами (по электричеству и т.д.), они происходят только в начале месяца, так что случается перебивка со сроками. Счет-фактура выписана одним месяцем, а услуга оказана следующим,  и налоговая служба отказывается принимать отчет.
Немало нареканий и откровенно коррупционного характера. Так, например, в Оше все услуги налоговой службы платные. И сколько при этом она будет стоить, узнать невозможно. Словом, есть много барьеров, созданных искусственно и не оговоренных в законе…
К примеру, нет никаких стандартов к порядку сдачи отчетов по НДС, каждая налоговая служба установила свои порядки. А налогоплательщик между ними бултыхается. Перешел в другую районную налоговую, а там свои требования. Такого, конечно, быть не должно.
     — Татьяна Михайловна, ну и извечный вопрос: что делать?..
— Прежде чем предложить меры совершенствования администрирования этого важного для государства налога, мы, конечно, обсуждали в экспертном сообществе и ведомствах все нюансы много-много раз. Выслушали все стороны и бизнес тоже. Но, надо понимать, что бизнес эгоистичен, и это нормально. А нам надо учесть интересы всех и найти сбалансированное решение.
Был предложен ряд мер и усовершенствований, которые вошли в качестве поправок в Налоговый кодекс. Самое важное нововведение — это отказ от бланков строгой отчетности в бумажном их виде. То есть счетов-фактур с номерным теснением уже не будет!
Мы долго к этому шли, не решались от них отказаться, но, видимо, «созрели». ГНС ждала внедрения автоматизации налогового администрирования, теперь она работает. И вместо бумажных счетов-фактур, за которыми надо было ходить в свой налоговый орган, теперь будет электронное присвоение номеров и серий предприятию, которое будет выдаваться по их заявлению. И его (заявление) также можно будет подать в электронном виде.
При этом для налоговой службы существуют жесткие временные ограничения: утром предприниматель подал заявку, после обеда ему программа автоматически выдала на его имя и фирму определенное количество электронных бланков счетов-фактур. Номер и серия, как вы понимаете, персонифицированы. И в любой момент, зайдя на сайт ГНС, можно проверить, есть ли такие бланки, принадлежат ли они этому предпринимателю и фирме, действительны ли они? Все можно узнать сразу в он-лайн режиме. Достаточно доступа к Интернету.
Кроме того, чтобы не расширять, а по возможности сузить поле для развития лже-предпринимательства, мы предложили сохранить меру, что для вновь зарегистрированного в качестве плательщика по НДС предприятия можно будет получить в первый раз не более 10 бланков счетов-фактур (то есть теперь номеров и серий в электронном виде). В следующий раз налогоплательщик получит их уже в пределах квартальной потребности.
Отныне картина ограничений для безотчетного хождения счетов-фактур такая. Предположим, январь — отчетный месяц, предприниматель должен представить отчетность по НДС, включая реестры счетов-фактур, до 25 февраля, но он этого не сделал в срок. И если он не представит отчетность до 10 марта, то номера счетов-фактур, по которым не представлена отчетность, «сгорают», то есть автоматически (компьютерной программой) признаются «недействительными».
Такое ограничение было необходимым, потому что, согласно действующему законодательству, период, когда можно безотчетно пользоваться бланками счетов-фактур, достигает пяти-шести месяцев. И если цель субъекта — лже-бизнес, то можно в течение всего этого немалого периода писать в счетах-фактурах любые цифры, любые товары и «обувать» родное государство на любые суммы.
Раз мы переходим к электронной выдаче счетов-фактур, то, понятно, пропадает и отчет по ним. Реестры приобретений и поставок будут прилагаться к отчету по НДС, они будут длиннее, но составлять их будет проще. Сегодня многие инспекторы при приеме реестров требуют заполнить их вручную. Новая форма реестра будет предусматривать представление данных по всем приобретениям.
И опять раз мы переходим к электронной форме выдачи счетов-фактур, то естественно повышаются требования к размещению информации о них и доступу к ней, чтобы налогоплательщик имел возможность проверить их достоверность в оперативном порядке.
     — В Бишкеке с этим нет больших проблем, Интернет или доступ к нему тут есть почти у всех. А в регионах, особенно отдаленных?
— Совершенно справедливый вопрос. Мы это тоже учли, и потому налоговая служба отныне обязана (и это оговорено законодательно!) по первому же требованию налогоплательщика обеспечить ему доступ к получению такого рода информации, это жесткая норма Налогового кодекса. И объявление о такой возможности будет висеть в налоговых органах на самом видном месте.
Скорее всего, в городских районах будет оформлен уголок налогоплательщика с отдельным ПК, подключенным к Интернету, с которого можно будет отправить отчет, посмотреть информацию по счетам-фактурам на сайте ГНС и т.п. В очень отдаленных районах не так и много плательщиков НДС, и там пользование ПК будет    предоставлять уполномоченный сотрудник.
Еще одно принципиальное нововведение в том, что теперь все отчеты плательщики НДС будут обязаны сдавать только в электронном виде! Конечно, с тем условием для налоговой службы, чтобы все они садились автоматически в информационную базу. А не так, как сейчас, когда они перенабираются кем-то вручную!..
Еще одно из предложений аналитической группы — внедрение «черного списка» плательщиков по НДС. Знаете, у нас есть один печально известный гражданин, которого, по-моему, наконец в прошлом году осудили. Он на протяжении всех двадцати с лишним лет занимался лже-предпринимательством и открыл массу фирм, наживаясь на возмещении НДС. Ему, кажется, уже самому надоело ждать, когда же его «поймают за руку»…
     — А есть изменения в регистрации налогоплательщиков по НДС?
— Безусловно. Вход в добровольную регистрацию по НДС отныне также будет иметь серьезные ограничения. Тут мы, похоже, в своей либеральности переступили все разумные границы. В цивилизованном мире налоговая служба сама принимает решение включать ли бизнес предпринимателя в список плательщиков НДС. И это отдельная, тщательно проводимая работа, когда сотрудники налоговой едут, смотрят, есть ли у налогоплательщика бизнес, офис, помещение, склады, товар и т.д. Словом, все необходимое, чтобы он вел заявленный им бизнес. И именно налоговая служба решает, включать или не включать его в список плательщиков по НДС.
Иностранные эксперты, кстати, сильно удивились, узнав, что у нас можно просто заявить о добровольной регистрации по НДС и получить ее. Во всем должны быть разумные барьеры, призванные обезопасить госбюджет. И это нормальная мировая налоговая практика.
Еще одним из таких барьеров должна стать норма в Налоговом кодексе, требующая от плательщиков НДС либо работы предприятия не менее 12 месяцев, либо банковского депозита в 1 млн. сомов.
Признаюсь, тут наш бизнес поначалу сильно возмутился! Стали звучать заявления представителей бизнес-ассоциаций о том, что государство таким образом нанесет колоссальный ущерб бизнесу, особенно малому и среднему, и ставит препоны, вводя столь жесткие условия.
Но, во-первых, тут есть выбор. И можно не рисковать деньгами, а годом работы доказать свою стабильность. А во-вторых, любому предприятию, прежде чем достичь уровня плательщика НДС, нужно еще наладить бизнес и развить его, а на это требуются месяцы, а иногда и годы. К этому уровню предприятия малого и среднего бизнеса идут порой не один год… Даже если это всего-навсего компания, которая занимается упаковкой продуктов для супермаркетов. Не говоря уже о более сложном виде предпринимательства.
Ну и последним убедительным для представителей бизнеса аргументом стали представленные статистические данные.      У нас из девяти с лишним тысяч плательщиков НДС реально работающих 8 400, то есть около тысячи из добровольно зарегистрированных не работают по заявленной деятельности. Причем цифры эти из года в год примерно одни и те же. Приблизительно 1300-1400 предприятий регистрируется и столько же дерегистрируется по НДС ежегодно. Из них, к примеру, в 2013 году  более 1 100 были дерегистрированы принудительно! То есть они и не собирались сдавать отчетность по налогу на добавленную стоимость изначально. Иными словами, это один и тот же контингент криминальных и полукриминальных лиц от бизнеса.
Из 8 400 работающих налогоплательщиков НДС более 5 000 — это субъекты, зарегистрировавшиеся добровольно. Одна треть из этих плательщиков показала НДС к оплате в сумме около 190 млн. сомов. При этом остальные две трети в этой категории показали в отчетности более одного млрд. сомов к зачету! Разница в 800 млн. сомов — это прямой ущерб, нанесенный государству.
Порог для принятия решения налоговым органом в отношении возмещения/возврата превышения по НДС увеличен теперь с 300 тыс. сомов до 1 млн. сомов. А в перечень налогоплательщиков, которые смогут получить возмещение в упрощенном порядке, войдут не 24 предприятия-экспортера, а любой добросовестный плательщик НДС, который проработал не менее одного года. И в его налоговой истории не должно быть зафиксировано ни одного факта использования сомнительных счетов-фактур по НДС. Заявление на возмещение/возврат от такого предпринимателя принимается в уведомительном порядке. Налоговая будет обязана исполнить его в трехдневный срок.
Кстати говоря, эти   нововведения заставят теперь и добросовестных налогоплательщиков наладить у себя должным образом контроль за учетом и документооборотом, с теми же счетами-фактурами например.
Также теперь можно будет производить возмещение суммы превышения НДС в счет будущего импорта, а не задолженности по нему, и это будет оговорено в Налоговом кодексе и в Инструкции по таможенному администрированию.
Одним словом, предложенные нововведения должны если и не свести к нулю пресловутый лже-бизнес, то уж точно существенно осложнить возможность наживаться на государственном бюджете и воровать общенародные деньги. А добросовестному налогоплательщику исполнять свои налоговые обязательства по НДС будет намного проще.

Интервью взяла Чинара АСАНОВА.
Фото автора. 

 

 



« (Previous News)



Добавить комментарий