ISSN 1694-5492
Основана 23 марта
1925 года

ЕДИНЫЙ КЫРГЫЗСТАН - ЕДИНЫЙ НАРОД

ОБЩЕНАЦИОНАЛЬНАЯ ГАЗЕТА

Грабёж во сне и наяву


По просьбе читателей мы продолжаем публиковать материалы, посвящённые истории кыргызской милиции и её сотрудникам, внёсшим большой вклад в борьбу с преступностью.

 

Старожилы столицы хорошо помнят кафе «Юность» на Киргизской улице (сейчас Орозбекова). Попасть туда без предварительного заказа столика было невозможно, разве что по знакомству с администрацией или сунув швейцару некую сумму. Заведение пользовалось не только большой популярностью, но и дурной славой. В его разношёрстной публике можно было увидеть местных криминальных авторитетов, сбытчиков наркотиков, воров разного пошиба и девиц лёгкого поведения. Нередко посиделки заканчивались разборками и жестокими драками с поножовщиной.

 

В один из ноябрьских дней 1966 года на пульт городской скорой помощи поступил вызов из «Юности». Приехавшая бригада врачей пыталась на месте привести в чувство потерявшего сознание мужчину, но все усилия оказались напрасными. Его доставили в Республиканскую клиническую больницу, где высказали предположение, что он отравлен каким-то психотропным веществом. Каким именно, покажут анализы. Тогда врачам-токсикологам удалось откачать бедолагу.

 

Буквально через несколько дней снова вызов из «Юности», и опять та же картина, только на этот раз жертвами стали уже двое представителей сильного пола, одного из которых не спасли. Как и в первом случае, у обоих пропали бумажники и дорогостоящие часы.

 

Старший оперуполномоченный отдела по борьбе с хищениями социалистической собственности (ОБХСС) Т. Яхъяров особо не удивился, когда начальство поручило ему поближе присмотреться к кафе «Юность». Привычное для обэхээсника дело: выявлять недолив, недостачу при закладке продуктов, их воровство, растрату денежных средств и так далее. Но, когда вник в подробности задания, предложил создать следственно-оперативную группу. В неё вошли Е. Атаханов, Л. Килин, А. Батыршин, Б. Орозов и другие. К тому времени вынесла своё заключение экспертиза: в крови у потерпевших обнаружена большая доза клофелина — препарата, вызывающего резкое понижение давления и потерю сознания, что в большинстве случаев приводит к летальному исходу.

 

Как-то к директору кафе обратился высокопоставленный чиновник из Министерства торговли с просьбой взять на работу его племянника. Мол, парень, окончив школу и водительские курсы, слоняется без дела и может попасть в плохую компанию…

 

Новый экспедитор быстро нашёл общий язык с коллективом, особенно подружился с девушками-официантками, им тоже пришёлся по душе смешливый и обаятельный молодой человек. Роль экспедитора блистательно сыграл оперуполномоченный уголовного розыска Управления внутренних дел южной столицы старший лейтенант Керим Рузиев (здесь и далее все фамилии изменены).

 

Внедрив своего сотрудника в персонал кафе, оперативники вплотную занялись его постоянными посетителями с криминальным прошлым. После тщательного отбора остановились на известной в городе проститутке Магдалине Криворучко, имеющей судимость за спекуляцию лекарственными препаратами в бытность работы провизором. Высланная на 101-й километр за аморальный образ жизни, она умудрялась тайком приезжать в столицу и часто бывать в «Юности». Запросили спецкомендатуру в пгт. Луговая, где Магдалина стояла на учёте: там ответили, что поднадзорная М. Криворучко уже две недели не является на регистрацию и место нахождения её неизвестно. Товарки по спецпоселению рассказывали, что как-то застали её за странным занятием — взбалтывала в чашке какую-то жидкость и что-то подмешивала. Заметив, что за ней наблюдают, поспешно спрятала всё в тумбочку.

 

Оперативно-разыскные мероприятия шли своим ходом, когда её труп с капроновой бечёвкой на шее обнаружили около колонии для несовершеннолетних в селе Вознесеновка. Профессиональное чутьё подсказывало сыщикам, что погибшая имеет прямое отношение к отравлению клиентов кафе, и подельники, узнав, что Магдалиной интересуется милиция, убрали её как опасного свидетеля.

 

В один из дней вышел на связь «экспедитор» и попросил взять в разработку администратора зала Евгения Коляду. Вызывает подозрение его правило самолично обслуживать только состоятельных клиентов. Казалось бы, ничего крамольного в этом нет, но именно он принимал заказы у ранее обобранных клиентов, сервировал их столики, приносил блюда и напитки. Другими словами, был с ними в тесном контакте.

 

Пробивая администратора по своим каналам, оперативники обратили внимание на его образование: три курса Ленинградского училища циркового искусства по специализации «Иллюзионизм», а ещё установили, что в криминальных кругах он известен как карточный «катала» с погонялом Циркач. В прошлом судим за мошенничество в особо крупном размере.

 

Предположения сыщиков, что Коляда при обслуживании клиентов пользуется навыками, приобретёнными во время учёбы, вскоре подтвердились. Операция по обезвреживанию Циркача и его преступной группировки до сегодняшнего дня не имеет аналогов в работе оперативных служб органов внутренних дел.

 

В один из субботних дней, за две недели до новогодних праздников, в кафе » Юность» было не протолкнуться. Многочисленная компания сотрудников «Киргизпотребсоюза» отмечала юбилей одного из своих коллег. Обслуживал их лично администратор зала. За соседними столиками расположились оперативники. Особенно шумно вёл себя юбиляр, в изрядном подпитии сорил деньгами, часто заказывал музыку и щедро одарял соседей бутылками шампанского. В какой-то момент, отвлекая непринуждённым разговором, Циркач едва заметным движением руки что-то бросил в его бокал, а затем скрылся за шторой.

 

Вот как об этом позже вспоминал Т. Яхъяров: «Что нас тогда заставило не вмешиваться и продолжать наблюдение, до сих пор непонятно, но пошло на пользу дела. Через какое-то время, когда клиент заснул, уронив голову на столик, в зале появился гардеробщик. Проходя по рядам, остановился около него и, делая вид, что приводит в чувство, начал рыться в карманах. Взяли его с поличным. Циркача задержать не удалось, почувствовав опасность, он ушёл через чёрный вход. До прибытия следственной группы проводили обыск на месте происшествия, а гардеробщика закрыли в мясном цехе кухни под присмотром «экспедитора» Керима Рузиева. Неожиданно тот схватил разделочный нож и нанёс ему несколько ударов в область грудной клетки. Истекая кровью и теряя сознание, Керим сумел обезоружить преступника и надеть на него наручники. Врачи спасли ему жизнь. Впоследствии отважный опер вырос до руководителя одной из служб Министерства внутренних дел».

 

За покушение на жизнь сотрудника правоохранительных органов гардеробщику Э. Санжарову грозила высшая мера наказания. Понятно, почему на допросах он всё валил на своего шефа, Циркача, по его словам, жестокого и скорого на расправу за неподчинение. Шесть лет назад познакомился с ним на «зоне» под Куйбышевом. По совпадению, освободившись в один день, некоторое время гастролировали по республикам Средней Азии, промышляя мелким воровством и карманными кражами. Потом осели во Фрунзе, где жила дальняя родственница Циркача.

 

Любвеобильный Циркач часто пользовался услугами девушек по вызову. Особым его вниманием пользовалась Магдалина. Именно она предложила ему начать дело, сулящее хорошие деньги. Пользуясь старыми связями в аптечной сети столицы, без особого труда приобретала сильнейшие психотропные препараты: клофелин, реланиум, морфий, кодеин, атропин и другие. Почувствовав за собой слежку, Циркач приказал Санжарову устранить Магдалину, объясняя это тем, что в случае чего она не выдержит допроса, поплывёт и может всех сдать. Под предлогом, что вызывает Циркач, он приехал за ней в Луговое, а на обратном пути, остановившись в зарослях около колонии для малолеток, накинул ей на шею удавку. Тело бросил там же.

 

Задержать Циркача удалось только через полгода, и вот при каких обстоятельствах. В первых числах мая 1967 года в службу собственной безопасности МВД поступили материалы на участкового Сокулукского ОВД К. Р. по факту утери им табельного оружия. По показаниям милиционера, это произошло в одном из придорожных кафе, куда он зашёл перекусить. Спиртного в рот не брал, пил только лимонад, неожиданно на какое-то время потерял сознание, а когда очнулся, кобура уже была пуста. Помнит только, что около его столика постоянно вертелся какой-то мужчина в болоньевом плаще.

 

В преступлении явно просматривался почерк Циркача. Буквально наизнанку вывернули весь район, проверили точки общепита на трассе Фрунзе — Кара-Балта, воровские «ямы» и притоны, задействовали агентов и платных информаторов, но результатов — ноль. Тогда кто-то из оперативников предложил ещё раз потревожить родственницу Циркача.

 

Галина Вострецова встретила сыщиков агрессивно, грозилась пожаловаться их начальству за нарушенный покой, утверждала, что не знает, где её троюродный племянник, и давно его не видела. На вопрос, чьи мужские брюки и рубашки развешаны на веранде, ответила, что это вещи покойного мужа, которые готовит на барахолку. Взяв её в разработку, опера не предполагали, что операция по задержанию Циркача приближается к финалу, а дальнейшие события заставили их действовать на упреждение.

 

От одного из агентов поступила информация о частых поездках Галины на рейсовом автобусе в село Беловодское, причём не налегке, а с набитой до верха большой продуктовой сумкой, возвращалась она уже без неё. Приставили к ней «наружку», которая в один из дней довела женщину до проходной местного пивзавода. Зайдя на его территорию, Галина пробыла там около часа, а затем поехала на автовокзал. Через какое-то время на предприятие, как всегда, без предупреждения, нагрянули с рейдом пожарные инспекторы.

 

Осматривая склад с тарой, за бочками обнаружили мужчину, готового открыть по ним огонь из пистолета.
Но обошлось без стрельбы: отлично сработал спущенный с поводка служебный пёс Памир, мёртвой хваткой вцепившись в его запястье. Единственное, что мог сделать Циркач (а это был он), прохрипеть: «Сдаюсь, уберите собаку!» За успешно проведённую операцию по задержанию опасного преступника руководство МВД поощрило «пожарников» (они же — сотрудники уголовного розыска) премиями, ценными подарками и присвоением внеочередных званий.

 

Суд приговорил Э. Санжарова к высшей мере наказания — расстрелу, Евгения Коляду (Циркача) — к 15 годам лишения свободы с содержанием в колонии строгого режима. По стопам матери пошла дочь Магдалины от него. Отбывая срок в женской колонии в селе Степном за сбыт наркотических веществ, она скончалась от передозировки.

 

Сергей СИДОРОВ.
Автор выражает благодарность за помощь в подготовке материала Совету ветеранов МВД КР.

Автор: -

Дата публикации: 15:43, 25-11-2022

ПОИСК ПО АВТОРАМ:

АбытовАйжигитовАрисоваАщеуловБайджиевБеляковБиялиновБоконбаевВоропаеваГоршковаНестероваДосалиевСапожниковКенжесариевКовшоваКузьминПетровПлоскихПоповаПрокофьеваСидоровстейнбергШаповаловШариповШевцовШепеленкоШириноваЭркебаев