Main Menu

Экспериментальный урок

ПоделитьсяShare on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

Изучение религиоведения с пятого по старшие классы — пока мечта и роскошь

Новый учебный курс «Основы религиозной культуры», преподаваемый с прошлого года в школах республики, пробивает себе дорогу нелегко. Тем не менее, если в начале в эксперименте участвовали 10 школ, то сейчас уже 56. Гость редакции — Назира Умаровна Курбанова, декан факультета истории и социально-правового образования КГУ им. И. Арабаева, один из авторов нового учебного пособия «Основы религиозной культуры», по которому преподают в пилотных школах.


— Назира Умаровна, сначала планировали — и Концепция государственной политики КР в религиозной сфере на 2014-2020 годы это предусматривает, — что новая дисциплина будет называться «История религиозной культуры». Почему переименовали на «Основы»?

— Вы правы. Действительно, учитывая чрезмерную загруженность учащихся, первоначально задумывали вести предмет в рамках исторических дисциплин. Но потом решили: чтобы он не затерялся, лучше всего преподавать его отдельно, так как на него возлагаются большие надежды по духовно-нравственному воспитанию детей. К тому же учли опыт других стран. К примеру, в России в 1990-е годы сначала преподавали религии основного населения регионов (православие, ислам, буддизм, иудаизм) по выбору родителей, затем — историю мировых религий, а сегодня это уже «Основы духовно-нравственной культуры и светской этики».

Новый курс, апробируемый в школах нашей республики, предполагает не только знакомство учащихся с религиями, их историей и сегодняшним состоянием, но и формирование у них уважения к религиозным культурам, воспитание чувства гражданской зрелости, понимания опасности идеологий религиозного радикализма, а также экстремизма и радикализма.

— Почему он преподается только в 9-х классах? Помнится, пару лет назад в одном из интервью представитель Академии образования говорил о том, что предмет очень сложный и его будут изучать с 5-го по 11-й классы.

— На самом деле общественность республики — эксперты, ученые, представители госструктур, религиозных организаций — забила тревогу, подняв вопрос о необходимости религиозного просвещения молодежи, как только дали о себе знать такие проблемы, как ношение школьницами хиджабов, посещение учащимися жума-намазов во время уроков, конфликты, связанные с захоронением и т. д. Примерно десять лет назад ныне широко известные эксперты в религиозной сфере, в том числе К. Маликов, экс-директор Госкомиссии по делам религий А. Жумабаев, ныне посол в Саудовской Аравии, заведующий отделом Кыргызской академии образования М. Иманкулов, работающий в муфтияте Д. Мурадилов и многие другие, учитывая многолетний опыт преподавания религиоведения в зарубежье, разработали Концепцию религиоведческого образования. Тогда предлагалось ввести новую дисциплину в учебные программы с 5-го по 11-й классы. Концепцию и тематический план предмета опубликовали на страницах газеты «Кут Билим». Развернулась острая дискуссия между разработчиками и представителями мусульманской общины, предлагавшими изучать только ислам как религию основного большинства населения страны. Но не только это обстоятельство сыграло свою роль. Введение нового предмета — очень сложный процесс, школьные учебные планы и без того перегружены, кроме того, требуется соответствующее финансовое, кадровое, учебно-методическое обеспечение. Иными словами, изучение данного предмета с 5-го класса — пока мечта и роскошь.

Специалисты говорят, что введение только одного часа в школы республики требует 19 млн. сомов дополнительных расходов.

Поэтому выбрали только 9-й класс, для того чтобы как можно большее количество учащихся прошли курс.

— Расскажите, пожалуйста, об авторском коллективе вашего учебника.

— Это известные в республике люди, профессионалы своего дела, одержимые идеей совершенствования религиозной сферы и распространения религиозных знаний в обществе. Рабочую группу возглавляет упомянутый выше Мурат Иманкулов — известный в стране историк-методист, кандидат исторических наук, доцент, автор учебников по истории Кыргызстана. Вместе с Кубатом Курманалиевым, методистом нашего университета имени И. Арабаева, они написали раздел в учебнике, посвященный истории распространения религий в Кыргызстане. Индира Асланова — религиовед, руководитель Центра религиоведческих исследований при Кыргызско-Российском Славянском университете. Она из тех специалистов, про которых сегодня говорят «продвинутая молодежь». Училась религиоведению в КРСУ, а также исламоведению во всемирно известном каирском университете «Аль-Азхаре». Владеет несколькими иностранными языками, побывала во многих странах мира, изучая религиоведение в летних школах. Гульназ Исаева — начальник аналитического отдела Государственной комиссии по делам религий, практик, знающая ситуацию глубоко изнутри. Совместно с Закиром Чотаевым, кандидатом политологических наук, доцентом, ныне заместителем директора Госкомиссии по делам религии, они раскрыли в учебнике очень важные темы: о сегодняшней религиозной ситуации в республике, функционирующих религиозных организациях, конфликтах, происходящих на почве религии, понятиях светскости и о многом др.

— Насколько я знаю, учебник пробивает себе дорогу с трудом. Во всяком случае уже через полгода преподавания по нему многие — и учителя, и представители светских наук, и религиозные деятели — дали ему отрицательную оценку.

— Учителя критиковали в основном за сложность и академический уровень учебника, говорили, что он написан научным языком и перенасыщен новыми понятиями и терминологией. Чтобы избежать такой ситуации, вероятно, следовало заранее объявить конкурс на написание учебника и выбрать из их множества самый оптимальный. Тем более что в отличие от прошлых лет сегодня в стране есть много экспертов, религиоведов и теологов. Перед нами же поставили очень сжатые сроки — учебник был написан буквально в течение полумесяца.

— А чем были недовольны священнослужители и представители светских наук?

— Надо сказать, что от религиозных организаций, экспертов, фонда «Ыйман», отдельных представителей мусульманской общины, зарубежных религиоведов поступило очень большое количество отзывов. Точки зрения были полярные — от доброжелательных, поддерживающих до оскорбительно-уничижительных. В это же время в адрес Министерства образования и науки поступили письма от известных ученых, академиков, которые возмущались высокими темпами исламизации, арабизации внешнего вида мусульман и мусульманок, разного рода проблемами, возникающими на почве религии. Таким образом, если одна сторона требовала сохранения светскости государства, национальной культуры, традиций, другая — изучения только основной религии населения страны. Острая дискуссия вокруг предмета показала идеологическую и мировоззренческую полярность нашего общества.

— На сайте Госкомиссии по делам религий в 20-х числах августа сообщалось, что учебник доработан и будет издан к сентябрю. Это так?

— Процесс контролируют сама Госкомиссия по делам религий под руководством директора З. Эргешева, отдел этнической, религиозной политики и взаимодействия с гражданским обществом аппарата Президента, а также Министерство образования и науки. Так что можно сказать, что судьба учебника в надежных руках. Конечно, он доработан и упрощен, к работе привлекли опытных методистов, имеющих опыт написания школьных учебников. Кроме того, создали учебно-методическое пособие для учителей и подготовили электронные информационные материалы по темам. Кстати, положительную оценку учебнику дал ученый из Казахстана, доктор философских наук, профессор А. И. Артемьев, имеющий опыт написания учебников по религиоведению, а также специалист из Норвегии.

— Интересно, почему эксперт из далекой Норвегии?

— Дело в том, что, начиная с 2011 года, Центр мира и прав человека в г. Осло (Норвегия) во главе с Анной Хазген реализует в Кыргызстане на грантовой основе многие проекты. Он оказал содействие в издании первого варианта учебника. В прошлом году учителя из Норвегии приехали в Бишкек и провели тренинги для учителей первых десяти пилотных школ, поделились своими учебными и информационными материалами. Норвежские друзья договорились о том, чтобы ОБСЕ оказал техническую поддержку второй серии тренингов, которую мы организовали в августе в Бишкеке и Оше для учителей уже 56 пилотных школ и сотрудников районных и городских отделов образования. К тому же Норвегия является эталоном религиозной свободы в Европе, имеет очень большой положительный опыт.

— Будет ли учебник, кроме кыргызского и русского языков, издан на узбекском и таджикском, как планировалось?

— Разработка государственного стандарта по курсу «Основы религиозной культуры» как обязательного школьного предмета, безусловно, потребует издания на узбекском и таджикском языках.

— А как обстоит с введением религиоведения в средних специальных и высших учебных заведениях? Ведь это предусматривалось сделать еще в 2015-2016 годах.

— Да, в Плане реализации Концепции государственной политики в религиозной сфере имеется несколько пунктов об этом. В частности, планировалось выделить из госбюджета на эти цели в 2015 году 100 тысяч сомов, в 2016-м — 200 тысяч сомов, а также привлечь дополнительные средства за счет доноров. Но, насколько мне известно, пока все осталось на бумаге. Правда, есть вузы, которые уже довольно давно по своей инициативе внесли новый предмет в свои учебные программы и с тех пор ведут его. К примеру, у нас в университете он преподается с 2000-х годов. Студенты очень любят этот предмет, потому что они не только слушают лекции, но и посещают храмы, мечети, знакомятся с интересными людьми, дружат с ними, посещают их мероприятия совместно с преподавателями, то есть узнают религию изнутри.

— Вы участвовали в недавних тренингах для пилотных школ в Оше, где имели возможность общаться с преподавателями из глубинки. Чем живет и дышит юг? С какими проблемами чаще всего сталкиваются сельские учителя?

— Сначала я хотела бы пояснить, что августовские бишкекские тренинги собрали преподавателей столицы, Чуйской, Нарынской, Таласской и Иссык-Кульской областей, а ошский соответственно — Джалал-Абадской, Баткенской, Ошской и южной столицы. Эти встречи и общение были полезны не только для учителей, но и для нас. Мы узнали о множестве проблем (в том числе связанных с религией), с которыми стакиваются школьные преподаватели. К примеру, на местах происходит очень много конфликтов по поводу ношения школьницами хиджаба.

Фанатичные родители выступают против празднования в школах Нового года, 8 Марта, против совместного выступления девочек и мальчиков, запрещают своим детям танцевать, петь, убеждая, что это грех, и т. д. В одной из школ для проведения мероприятия на тему нравственности пригласили… адептов Свидетелей Иеговы. В Нарынской области священнослужитель лоббировал и поощрял ношение школьницами хиджабов, при этом обещал поддержать их, если учителя будут против.

Чтобы не ссориться с родителями учеников, посещающих по пятницам мечеть, в одной из школ нашли «выход»: предоставили им в расписании свободное время.

Очень сложно приходится учителям в выстраивании отношений с родителями детей, проживающих в новостройках, — так называемым тяжелым контингентом. Малограмотные и конфликтогенные, те ничего не желают знать, кроме своих искаженных убеждений. В то же время именно в новостройках чаще всего происходят случаи детского суицида и педофилии, жертвой которой являются оставленные на попечении родственников дети мигрантов.

— Располагаете ли вы информацией о том, увеличился или уменьшился за последние три года (со времени принятия концепции) поток молодых кыргызстанцев, едущих учиться в зарубежные религиозные учебные заведения?

— К сожалению, я нигде не встречала таких данных. Очень сложно отследить и фиксировать сведения подобного рода, так как многие едут по своим каналам, через своих знакомых в разные страны мира. Полагаю, в связи с тем, что у нас нет запрета на получение религиозного образования, наши граждане будут продолжать выезжать за религиозными знаниями. Абсолютно согласна с экспертами в том, что зарубежное религиозное образование можно получать только после завершения базового в Кыргызстане.

— Пользуется ли популярностью первый в стране теологический колледж, открывшийся в прошлом году в вашем университете? Сколько в него поступило в этом году ребят?

— Особого ажиотажа пока не наблюдается. Всего в колледже обучаются 56 ребят, из них в этом году поступили 25. Почти 50% учащихся обеспечены питанием и проживают в медресе, расположенном в с. Джал.

Для тех, кто не знает, добавлю, что колледж открылся как пилотный проект государства на базе уже упомянутого мной теологического факультета, имеющего достаточный опыт подготовки бакалавров и магистрантов по специальности «исламская теология». Учебный план разработан рабочей группой Ассоциации теологов Кыргызстана на основе типового учебного плана Министерства образования и науки. Изучаются общеобразовательные и теологические дисциплины. Из преподавателей общеобразовательных дисциплин — три доктора наук Ph.D., защитившие докторские диссертации по религии, три кандидата наук. Директор колледжа — сотрудник Госкомиссии по делам религий докторант Государственного турецкого университета Докуз Эйлул, имеющий большой опыт работы с теологами, Н. Шамралиев.

— По официальной информации, еще три года назад ни одно исламское учебное заведение в Кыргызстане не имело государственного сертификата, отсутствовали стандарты религиозного образования, обучение зачастую сводилось к зазубриванию сур Корана и изучению процедур культовых обрядов. Изменилась ли ситуация?

— Можно сказать, лед тронулся. В этом году впервые в истории Кыргызстана Исламский университет им. Х. Умара получил государственную лицензию. Это означает, что дипломы его выпускников будут признаны государством, им теперь будет легче интегрироваться в гражданское общество, они смогут продолжить обучение в любом вузе, на курсах переквалификации, получат возможность трудоустраиваться в государственные структуры, где востребована их специальность.

Студенты этого университета обучаются в соответствии с государственными стандартами по направлению «исламская теология». Общепризнано, что среди всех исламских учебных заведений республики он — лучший по качеству преподавания, квалификации преподавателей, материальному и финансовому обеспечению.

А всего, по данным Госкомиссии по делам религий, учетную регистрацию в стране прошло 106 исламских учебных заведений, функционирует порядка 80. Все понимают, что нужен переход от количества к качеству…

— Недавно вы участвовали в социологическом исследовании процесса радикализации молодежи. Знаю, что его результаты пока закрыты для общественности, можете ли хотя бы в общих чертах рассказать о них?

— Исследование провел Научно-исследовательский институт исламоведения в рамках проекта «Притягивающие и отталкивающие факторы в радикализации молодежи Кыргызстана». Мы охватили все регионы, включая города Бишкек и Ош. Всего опросили 912 молодых людей — старшеклассников, выпускников школ, студентов, учащихся медресе с тем, чтобы выявить основные тенденции в их социализации и восприимчивости к идеям радикализации. Анкету разработали таким образом, чтобы определить социально-демографические характеристики молодежи, их осведомленность о радикальных группах, отношение к ним и к радикальной идеологии. Анализ ответов дает много важной информации. В частности, об отношении опрошенных молодых людей к введению законов шариата, к секуляризму, полигамии, исламской одежде, к неверующим, об их жизненных и карьерных планах, представлении о гендерных ролях и т. д. Важно, что в число опрошенных входила также молодежь из «списка экстремистского надзора», то есть побывавшая в горячих точках и состоящая на учете в правоохранительных органах. Кроме того, мы провели глубинные интервью с ребятами, нуждающимися в правовой, социальной помощи, местными неформальными лидерами, представителями айыл окмоту, других государственных органов, имамами и преподавателями медресе, учеными и специалистами в области религии и безопасности.

В связи с тем, что это было очень нужное исследование, нам оказали содействие почти все государственные структуры, занимающиеся вопросами религии, начиная с Госкомиссии по делам религий, 10-го Управления МВД, а также муфтият. Полевые работы, сбор материалов уже на стадии завершения. Забегая вперед, могу сказать, что результаты исследования прояснят ситуацию и помогут в разработке стратегий дальнейших действий.


Эпизод в тему

Соседка недавно рассказала любопытную историю. В минувшие выходные она отправилась на ближайший рынок, чтобы сделать заготовки на зиму. Тот факт, что ее автомашина накануне забарахлила и встала на прикол, соседку не смущал — решила, что наймет такси. На базаре, где большинство торговцев давно уже составляли перекупщики, на этот раз повезло: в самом конце рядов стояла крестьянка с ящиками помидоров с собственного огорода. Большие розовые томаты были в самый раз, чтобы накрутить сок, и стоили подходяще. Обрадованная соседка отобрала несколько ящиков. Осталось найти такси. Дунганки — продавщицы зеленью указали на парня лет 30, торговавшего неподалеку овощами и фруктами: мол, он и подвезет, и на этаж поднимет. Парень оказался с юга. По дороге к дому разговорились на задевающую всех тему: о кандидатах в президенты, за кого голосовать… Уже у самого подъезда соседка поинтересовалась у парня, есть ли у него профессия, почему он торгует на базаре. Оказалось… теолог, окончил университет в Стамбуле. Поработал немного по специальности, но зарплата была очень маленькая, и он ушел на базар.


— Насколько распространена, на ваш взгляд, сеть подпольных и деструктивных религиозных группировок в Кыргызстане?

— Если в отношении религиозных организаций, функционирующих на законном основании, работа уже налажена, то с запрещенными, подпольными и деструктивными группировками, движениями, течениями, идеологиями дело обстоит намного сложнее. К примеру, несмотря на запрет и принимаемые меры, продолжают свою деятельность «хизбуттахрировцы». К сожалению, пока ими занимаются только правоохранительные органы. И это причина, почему ситуация не меняется к лучшему.

— Какие у вас ожидания от нового правительства?

Мне очень хотелось бы, чтобы и правительство, и новый будущий президент обратили внимание на социальный статус и заработную плату сельских школьных учителей. У преподавателей 56 школ республики, в которых апробируется курс «Основы религиозной культуры», средняя заработная плата составляет 5-6 тысяч сомов. А чиновники пишут в своих отчетах, что наши учителя получают в среднем 15 тысяч.

Пока мы не поднимем статус и реальный уровень жизни школьного педагога, трудно говорить о повышении качества образования.

— Спасибо за интервью.

Кифаят АСКЕРОВА.
Фото Нины Горшковой.






Related News

Главное — верховенство закона

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrintМы продолжаем серию материалов, приуроченных к 30-летию независимости Кыргызстана. Взглянуть на путь, пройденный нашей странойRead More

Армейские будни глазами министра

ПоделитьсяFacebookTwitterVKPrint1 февраля этого года Указом Президента С. Жапарова  «О дальнейших мерах по развитию системы управления ВооружённымиRead More

Добавить комментарий